Вальс над бездной - Наталья Калинина

– В первых некоторые книги вышли под авторскими названиями.

– Хочешь сказать, названия для печати придумываешь не ты? И существуют еще и твои? – уточнила Лиза.

– Да. В издательстве заглавия в большинстве случаев меняют. В итоге я просто перестал париться над ними: все равно придумают другое. «Снежный вальс» только вот мое. Но в нем два слова.

– А кто-то читал твои рукописи до их публикации? Или хотя бы знал об альтернативных названиях?

– Лиз, рукописи, помимо редактора, читают только Дина и Ивасин. У меня с этим строго. А про авторские названия я, было дело, трезвонил на каждом шагу. То есть писал неоднократно в блоге, что работаю над такой-то книгой, мое название – вот это, но из печати выйдет под другим.

– Ясно, – ответила Лиза, и ее голос зазвенел от волнения. – Дэн, бери все свои сборники, книги с измененными названиями, записи и приезжай!

– Прямо сейчас? – опешил он. И только тогда Лиза спохватилась, что со своим звонком она ворвалась в его вечер непрошеной гостьей. Может, Дэн с Амалией как раз собирались ужинать. Как же она забыла о женщине, о существовании которой помнила все эти дни?

– Я хотела сказать…

Щеки наверняка стали бордовыми, как столешница кухонного гарнитура. Как хорошо, что Дэн не видит этого. И какой стыд, если приглашение показалось ему двусмысленным.

– Хорошо! – внезапно решился он, оборвав оправдания Лизы на полуслове. – Если тебе это удобно, я приеду. С книгами и своими черновиками.

Сердце будто кто-то толкнул, как маятник, и оно заходило туда-сюда в набирающем амплитуду ритме. Лиза прижала одну ладонь к пылающей щеке. Что она наделала? Но Дэн уже сказал, что скоро будет, и сдержанность в его тоне немного успокоила: приглашение он расценил верно. Без всякой двусмысленности.

Он приехал меньше чем через полчаса. Пробки в тот вечер словно перестали существовать как понятие. Или у его машины выросли крылья. А может, Дэн просто жил близко от нее, хоть ни разу не комментировал их возможное соседство. Лиза бросилась по звонку открывать дверь, чувствуя, как от сильного волнения кровь пульсирует в висках. Что-то подобное она пережила, когда внезапно встретилась с Дэном на вечере для бизнесменов. Но даже сегодня днем, отправляясь на встречу с ним в кафе, не испытывала такой нервозности. С опозданием Лиза подумала, что нужно было переодеться: в этих широких домашних джинсах с протертой на коленке дырой она наверняка выглядела смешной. И не к месту предположила, что Амалия уж точно не встречает Дэна в старой, но удобной одежде, а наряжается в сексуальное белье и полупрозрачный пеньюар. Что за мысли? Дрянные, постыдные, отвлекающие. Лиза сделала глубокий вдох, чтобы немного унять волнение, и открыла дверь.

Одной рукой Дэн придерживал накинутую на плечи куртку, по которой стекали водяные струи, другой прижимал к себе увесистый пакет. Волосы его намокли под дождем и оттого казались темными. Дэн коротким нервным движением стряхнул с них капли и смущенно улыбнулся:

– Привет!

Лиза посторонилась, пропуская его, и вместе с Дэном в квартиру ворвался свежий запах дождя, смешанный с ароматом мужского одеколона.

– Ты без зонта? – спросила она, чтобы нарушить неловкое молчание.

– Забыл дома. А машину припарковал далеко.

Дэн поставил пакет на пол, стянул с себя мокрую куртку и остался в черных джинсах и обтягивающей широкие плечи темно-синей футболке. Лиза невольно скользнула взглядом по его голым рукам – сильным, загорелым, с выступавшими венами. И поспешно отвернулась, испугавшись, что Дэн заметит ее взгляд и истолкует его неверно. Или, наоборот, верно.

Они разложили прямо на ковре в большой комнате книги и тетради, исписанные каллиграфическим почерком. Лизе отчего-то представлялось, что почерк у Дэна должен быть непонятным, что буквы у него скачут по строчкам хаотично, как воробьи. А оказалось, он пишет аккуратно и разборчиво. Она не удержалась от похвалы и заявила, что все записи в этот вечер делать будет он, потому что у нее почерк как раз кошмарный. И даже показала удивившемуся и усомнившемуся в этом мужчине свой конспект.

– Лиз, тебе надо было в мед поступать. Тебя бы за почерк без экзаменов приняли, – отреагировал с улыбкой Дэн, сразу же оставив безуспешную попытку разобрать хоть слово в «арабской вязи», испещрявшей страницы Лизиного конспекта. И эта шутка насчет почерка наконец-то разрушила возникшую между ними неловкость.

Они пролистали все книги несколько раз, включая сборники рассказов: вначале в поиске заглавий, состоявших из четырех слов, потом перебрали все названия по новому кругу, на этот раз подставляя на место завершающего фразу слова первое из каждого названия. Прислонившись спиной к дивану и вытянув длинные ноги, Дэн скрупулезно записывал в тетрадь все, что диктовала ему Лиза. Но их поиски так и не увенчались успехом. Они лишь получили, как пошутил Дэн, два десятка новых названий для детективов – хоть в издательство отправляй.

– Я ошиблась, – со вздохом признала Лиза. Дэн отложил тетрадь и снял очки.

– Нам не хватает звеньев.

– Страшно представить, каким следующим будет «звено», – мрачно ответила Лиза и предложила сделать перерыв. Она пригласила Дэна на кухню, заварила чай и сделала бутерброды.

– Я реально не понимаю, что происходит, Лиз. Веришь?

Она молча кивнула и подвинула ему тарелку с бутербродами. Дэн взял один, не обратив внимания, с сыром берет или ветчиной, и так же рассеянно откусил.

– Я могу опять ошибаться, но кое-что общее в этих трех книгах все же есть, – сказала вдруг Лиза. Дэн замер с бутербродом в руке и вопросительно поднял брови. – Действие в них происходит летом.

– Точно! Один из этих романов даже вышел дополнительно в серии «Летний детектив». Но это сходство слишком незначительное, Лиз.

– Угу. Поэтому мы и не обратили на него внимания. Что у тебя может быть связано с летом, Дэн?

– Да что угодно!

– Может, какой-нибудь курортный роман? – предположила она, постаравшись, чтобы голос звучал как можно более непринужденно, небрежно.

– Да вряд ли… – ответил Дэн, но все же призадумался. И то, что он, возможно, припоминал свои интрижки, неприятно кольнуло Лизу. – Мутная история, – наконец произнес он. – Вот это все. Я даже предположить не могу, кому и зачем понадобилось убивать невинных девушек. И какое отношение к этому имеют мои книги? Убийца перечитал детективов и возомнил себя Мистером Зло?

– А может, он – махровый графоман, который позавидовал твоим таланту и славе?

– Да один фиг! – выругался Дэн. – Лишь бы убийцу нашли, и поскорее.

– Похоже, мы с тобой сделали все возможное, Дэн.

– Угу, – удрученно согласился он. – Одно утешает: на этот раз тут нет никакой чертовщины. Криминальные истории – это мне как-то ближе и понятнее. Хотя вот Ивасин уже посоветовал мне завязать с детективами и начать писать детские сказки. – Лиза спрятала улыбку, поднеся к губам чашку с чаем. – Лиз? – окликнул ее вдруг Дэн. Она подняла на него глаза, решив, что его осенила какая-то идея. – Почему ты сегодня соврала мне?