Хижина - Мэтт Шоу

Самым двуличным человеком, какого только можно себе представить. В многочисленных письмах они признавались друг другу в любви и называли друг друга своими вызывающими тошноту ласкательными именами.

Несмотря на то, что я вбежал в кабинет к отцу, я так и не сказал ему, что видел письма. Я надеялся, что он проявит мужество и признается мне, что изменяет моей маме. Его жене.

Но он не способен был даже на это. Ему не хватило мужества. Забавно, я всегда полагал, что он должен быть мужественным, учитывая его неприязнь к всему недостаточно "искреннему". Может, причина в том, что я вломился к нему? Может быть, если бы я повел себя по-другому, он бы ответил честно? Я был совсем юным, и не слишком контролировал свои эмоции. В особенности, если речь касалась людей или ситуаций, причиняющих боль моей маме.

Я никогда не смогу простить отца за то, как он поступал за спиной моей мамы, но я до сих пор жалею, что не смог наладить с ним отношения до случившегося у него сердечного приступа. Наши последние слова были сказаны в гневе, и это терзает мою душу. Я откинулся на спинку стула и вытер слезу с глаза. Так много воспоминаний о счастливых днях.

Я закрыл глаза и попытался выбросить все это из головы: чувство вины за случившееся ранее, глубокое сожаление о том, что не смог наладить отношения с отцом до случившегося у него сердечного приступа... Я даже ощутил себя виноватым за то, как относился к Джейми в последний год. Очевидно, что она переживала сложные времена, пытаясь разобраться в себе, а я лишь выводил ее из себя, при первой возможности комментируя ее поступки. Но чаще всего я просто закрывался в своем маленьком кабинете и работал над своими произведениями. Между мной и Сьюзaн время от времени возникали напряженные отношения... Я становлюсь похожим на своего отца? Надеюсь, что нет. Я обещал себе, что никогда таким не стану. Я обещал себе, что буду хорошим отцом и отличным мужем, но в данный момент мне кажется, что я не справляюсь с обеими поставленными задачами.

Как только я снова увижу их, я начну исправляться.

Еще одно обещание самому себе.

7

Осторожный стук в дверь хижины выдернул меня из неожиданно нахлынувшего сна. Сквозь щели в занавесках не пробивался солнечный свет, так что я не мог спать долго. Был ли вообще стук или мне показалось? Я не шевелился. Я так и остался сидеть в кресле с пистолетом на коленях и рукой, готовой схватить его в случае необходимости.

- Эй? - тихо сказал я.

В глубине души я надеялся, что если снаружи кто-то есть, то он меня не услышит и уйдет. Я много лет пишу книги ужасов, смотрю фильмы, даже новости по телевизору... Я знаю, что если кто-то поздно ночью разгуливает по лесу, то лучше не открывать ему дверь, если он постучит.

- Кто там? - спросил я снова более тихо, чем это было необходимо.

Я ждал в тишине, отчаянно надеясь, что никто не ответит. С чувством нарастающей тревоги я взял в руку пистолет и направил его на дверь. Какая-то часть меня захотела всадить две пули в дверь на случай, если там кто-то есть, но я удержался и не выстрелил. Неплохой самоконтроль. Похоже, мне послышалось. Либо приснилось в моем некрепком сне.

Прошло еще несколько секунд, и вдруг я услышал характерные звуки тяжелых шагов вдоль хижины, удаляющихся от входной двери. Мое сердце бешено заколотилось в груди, когда я вспомнил этот звук из детства, как однажды я проснулся и побежал к отцу.

Снаружи кто-то был.

Я вскочил со стула, с пистолетом в руке, и как можно тише помчался в спальню, куда направлялись звуки шагов. Если повезет, идущий пройдет перед окном спальни, и я смогу увидеть, кто ходит, но к тому времени, как я оказался в спальне и подошел к окну, звуки шагов полностью стихли. Кто бы это ни был, он, очевидно, сошел с деревянной террасы на мягкую траву, которая смягчала звуки его непрошеных шагов. Проклятье. Я выглянул в окно, но ничего не увидел. Даже меньше, поскольку от моего учащенного дыхания оконные стекла запотели. Я протер их рукой и когда неожиданно для себя увидел бледное лицо юноши, смотрящего прямо на меня, в дюймах от моего собственного лица, закричал и упал на задницу.

Кто бы это ни был, он отступил назад, в темноту и скрылся из виду. Я снова бросился к окну и осторожно выглянул наружу, но его уже не было. Я крепко зажмурил глаза и попытался вспомнить его лицо на случай, если я узнаю в нем одного из подростков, слонявшихся раньше возле магазина, но все, что я смог вспомнить, это длинный шрам, тянувшийся по всей его шее.

Действительно ли я видел шрам, или мое воспаленное воображение вообразило его себе, пытаясь одурачить меня и заставить нервничать еще больше?

Я снова открыл глаза и стал пристально всматриваться в жуткую ночную тьму.

БАХ!

Стук эхом разнесся по хижине, заставив мое сердце снова замереть - ужасное чувство стало слишком знакомым.

- Оставь меня в покое! - закричал я во всю мощь своих легких.

Я не верил, что мой крик чем-то поможет. Если звук пуль, летящих по воздуху, не отпугнул того, кто пытался издеваться надо мной, то я уверен, что мои жалкие вопли ничем не помогут, разве что подстегнут его к дальнейшим действиям.

БАХ!

Не знаю почему, но я поспешил обратно в гостиную, откуда доносился шум, и остановился посреди комнаты, нервно ожидая очередного стука.

ТУК! ТУК!

Я развернулся на месте и посмотрел на входную дверь: кто-то снова постучал.

- Кто там? - спросил я. И