Мать Ученья - Домагой Курмаич

— Вот мы и на месте, — утвердившись на перроне, Зориан помог Кириэлле вытащить ее сумку из вагона. Забавно, но она настояла, что сама понесет свои вещи; впрочем, из прежних циклов он знал, что ее решимости не хватит надолго. Что же, пусть пока что делает, как хочет. — Добро пожаловать в Сиорию, драгоценнейшая сестра.

— Как будто у тебя есть другие сестры, — огрызнулась она, оглядывая исполинский вокзал.

— Тогда ты знаешь, что я говорю правду, — с серьезным видом ответил Зориан.

Кириэлле проигнорировала его, разглядывая цветастые вывески, огромные часы, висящие под сводом вокзала, и толпы людей, спешащих во всех направлениях. Сказать по правде, она держалась куда лучше, чем сам Зориан, когда он впервые приехал в Сиорию.

— Большой, — наконец заключила она.

— Сиория — крупный город и важный транспортный узел, — просто ответил Зориан. — Здесь интенсивное движение.

— Не возражаешь, если мы немножко пройдемся и осмотримся? — спросила Кириэлле.

— В смысле — пройдемся по магазинам и осмотримся в поисках сувениров? — "перевел" Зориан. Она надулась. — Конечно, можем и пройтись. Но купим только что-то одно, и в пределах разумного.

— А что значит — в пределах разумного? — спросила она, вдумчиво изучая вывески.

— Обратись к здравому смыслу, — сухо ответил Зориан. Вот он еще о значении слов с ней не спорил.

— А если я не уверена? — не отступалась она.

— Спрашивай, — отрезал он.

Вероятно, он мог бы купить любую понравившуюся ей вещь, особенно учитывая, сколько он заработает в ближайшие дни, но потакать прихотям Кириэлле — явно неудачная мысль. Сдержанность и так никогда не была ее сильной стороной, страшно подумать, во что она превратится, если он ее избалует.

Так что следующие полтора часа Зориан просто следовал за Кириэлле, порхавшей от магазина к магазину, словно пьяная бабочка, без какой-либо видимой последовательности. С другой стороны, он не особо и пытался понять ее логику — почти все это время он тренировал мысленное чутье, пытаясь считывать информацию об окружающих людях. Столь большие и тесные толпы по-прежнему оглушали его, забивая восприятие размытой, неразборчивой мешаниной эмоций и странных образов. Впрочем, он уже начинал различать в этом фоне отдельных людей. В качестве тренировки он постоянно касался разума Кириэлле, используя ее как некий телепатический якорь, и пытался одновременно коснуться случайных прохожих в толпе. Долгая, изнуряющая работа, но его уже достало оставаться без чутья и эмпатии каждый раз, когда вокруг собирались люди.

В итоге, Кириэлле выбрала стеклянный шар со снегом. Следует признать, игрушка была хороша — домик и деревца внутри шара были столь богаты мелкими деталями, словно кто-то уменьшил настоящий дом вместе с куском земли и заключил в стеклянную сферу. Очевидно, для изготовления игрушки использовалась весьма сложная магия — хоть в конечном продукте ее совершенно не ощущалось — и цена была соответствующая. Хотя и куда скромнее, чем опасался Зориан, так что он купил шар без возражений. Интересно, хватит ли его нынешнего навыка изменения, чтобы сделать такой же?

Выбрав сувенир для Кириэлле, они, как и в прошлом цикле, направились к фонтану на площади. Но на этот раз Зориан сразу повел сестру через парк — встречаться со стаей мозговых крыс было совершенно не обязательно. Учитывая, что разум Кириэлле ничем не защищен, так можно привлечь ненужное внимание, а то и выдать что-то важное — неоправданный, недопустимый риск.

Как выяснилось, одно это уже было серьезным изменением. Так и не увидев мозговых крыс, Кириэлле никак не могла рассказать о них Рее, они просто не упоминались в разговоре. И похоже, в прошлый раз он не понял, насколько встревожил мать Ночки своим рассказом — ничего не зная об опасных грызунах-телепатах, Реа держится куда спокойнее… и куда настойчивее предлагает погостить у них. Хм.

Он позволил Рее и Кириэлле "уговорить" его задержаться. Похоже, выпал редкий случай покопаться в мыслях Реи, пока она ни в чем его не подозревает — грех не воспользоваться им на полную катушку.

— Королевская Академия Сиории? Не сочти за грубость, но для парнишки из провинции — весьма впечатляет, — заметила Реа. — Нет-нет, мы и сами из провинции — но разве Академия не принимает только… э…

— Очень талантливых или очень родовитых? — закончил Зориан. Распространенное среди обывателей заблуждение. Дождавшись кивка Реи, он продолжил. — На самом деле нет. Успешное поступление зависит от того, насколько удачно ты сдал вступительные, есть ли у тебя рекомендации от профессоров или других известных людей, и расстроит ли твой провал кого-нибудь влиятельного. По сути, если можешь оплатить обучение и хорошо сдашь вступительные, тебя точно возьмут.

— И ты хорошо их сдал? — полюбопытствовала Реа.

— Я вошел в полусотню лучших, — гордо ответил Зориан. Вообще говоря, он был сорок восьмым, но это уже несущественные детали.

— Брат довольно талантлив, — неожиданно влезла Кириэлле. — Но, эм, вероятно, тут есть и заслуга нашего брата Дэймена. Во всяком случае, так говорит мама.

— Что? — подчеркнуто-спокойно переспросил Зориан.

— Ммм, — заторопилась Кириэлле. — Не сердись, ладно, а то мама говорила мне не повторять это, потому что ты рассердишься, но она рассказывала, что тебя и Фортова так легко взяли в Академию только из-за Дэймена и его успехов…

— Дэймен тут вообще не при чем, — прошипел сквозь стиснутые зубы Зориан. — Я хорошо сдал экзамены, мое поступление никогда не было под вопросом! Мать, как обычно, приписывает все хорошее Дэймену, а меня равняет с этим придурком Фортовым, только чтобы…

— Я вам верю, мистер Казински, — вмешалась Реа. — Успокойтесь. Незачем набрасываться на сестру.

— Да, извините, — в его словах невольно прозвучала горечь.

Повисло неловкое молчание. Прекрасно. Ай, молодца, Зориан.

Проклятье, почему эта ерунда так сильно его задела?

— Получается, ваш брат — Дэймен Казински? — спросила наконец Реа. — Тот самый?

— Да, — вздохнул Зориан. — Тот самый.

— Погоди, выходит, другой твой брат знаменит? — бесхитростно спросила у Кириэлле Ночка. — А чем?

— Много чем, — Кириэлле смущенно пожала плечами и смолкла, видимо, не желая сильнее расстраивать его.

— Дэймен — "экстремальный археолог", — Зориан изо всех сил старался подавить раздражение. — Он предпринимает экспедиции в опасные места — ищет руины и древние артефакты. А иногда и редкие растения или магических животных, хотя это уже не археология. Он очень удачлив, и потому знаменит.

Ну, как-то так. Далеко не полное объяснение, но в целом верно. Остается надеяться, что этого хватит.

— Я около года ничего о нем не слышала, — заметила Реа.

— Он в Косе, — ответил Зориан. — Судя по всему, нашел в джунглях что-то очень важное, но пока хранит это в секрете. Не сомневаюсь, вы вновь о нем услышите, когда он наконец соизволит