Люболь. Книги 1-4 - Вера Авалиани

Клод же счел, что она не хочет его слушать. И позвонил Гие.

– Я сказал ей все, что думаю по этому поводу. Но она не стала меня слушать. Мой тебе совет – сделай что-то радикальное ради нее. Иначе – никак. Я лез на девятый этаж по скользкой лестнице и купил дом для Софии. Ты отдай ей студию, стань ее подчиненным, носи свитера ее любимого цвета и говори те слова, которые она хочет услышать. Не ломайся и не ломай.

Гия тоже ничего не ответил другу и отключился. Грустный Клод сказал Фредику:

– Тебе привет от Гии и Насти. Они поссорились.

Фредик нахмурил лобик и выдал афоризм:

– Если Гия обидел Настю, пусть скажет, что больше не будет.

Клод рассмеялся такому простому решению проблемы. И процитировал сынишку в смс-ке Гие. Получив ее, Георгий поступил так, как велели «уста младенца».

– Настя, не мучай меня. Я сдаюсь и больше не буду. Но и меньше не буду.

– Ладно, я приеду сейчас.

– Сиди дома. Сам за тобой примчусь. Боюсь, как бы тебя Лимон у дверей не караулил.

Настя вытерла слезы с лица. Стала запихивать в сумку компьютер Сони. И с облегчением покинула свою девичью спальню. Она быстро привыкла к более роскошным интерьерам. Да и чудесный кофе не пила целых два дня.

Ангел Насти даже крякнул от досады, когда прочел в ее мыслях некоторую корыстность. Но напомнил себе, что в материальном мире мотивы тоже материальны.

Гия тоже собирался на встречу и думал, надо ли сделать вид, что ничего не произошло, замять поведение жены или все желучше выказать обиду. Он не думал, что разумная Настя может так взбрыкнуть. Да что там взбрыкнуть: встать на дыбы.

Ехал он по пробкам, временами пробираясь дворам, довольно долго. И в какой – то момент ему показалось, что в одном из них садился в серый автомобиль рыжий человек. Мелькнул только затылок.

– Ну не мог же он спереть деньги у группировки и остаться в Москве? Не сошел же он с ума, – вслух возмутился Георгий. Но все же притормозил за деревом и дождался, пока машина, оказавшаяся «Тойотой», тронется с места, и поехал следом.

Автомобиль выехал в сторону кольцевой. Гие нужно было в другую сторону, но, вцепившись, он боялся отцепиться. Ведь на кольце располагался любимый ресторан Лимона – «Сыр». И предчувствие его не обмануло. Прежде чем выйти из машины, Лимон натянул на голову бейсболку, спрятав волосы и надев черные очки. Так что когда он вышел, то Гие нужно было напрячь память, чтобы по манере двигаться понять – Лимон это или другой человек. Но у него не получилось. Тогда Георгий решил войти в ресторан со стороны кухни и посмотреть на человека в зале, не привлекая к себе его внимания.

– Неужели сон был вещим, – всерьез испугался Георгий. Теперь, когда я прибрал к рукам его бывшую группировку, я Лимону стал врагом номер один: я ведь возглавляю его поиски, – сам себя накручивал Гия.

Поваренок за купюру взялся его проводить к двери в зал. Остальные работали, не отрываясь. Время шло к обеду.

Георгий выглянул из двери и обыскал зал глазами. Нашел человека в бейсболке. Но тот сидел в ней, хоть и без очков, в профиль к точке обзора. А потом и вовсе подошел к нему официант и перекрыл обзор. Тогда Георгий решил сам сесть за крайний столик, чтобы, когда официант отойдет от клиента, сразу увидеть рыжего анфас.

Так и получилось. И Георгий тут же наткнулся глазами на водянистые глаза с рыжими ресницами Лимона. Хоть он и ожидал увидеть Лимона, но все же растерялся, когда понял, что это он и есть. А Лимон действовал в панике. Он выхватил из-за пояса пистолет и, почти не целясь, выстрелил в Гию. Попал в самый край плеча. А у Георгия пистолет был в кармане. И он выстрелил в ответ. Попал в стекло окна, поскольку Лимон юркнул под стол. И так они стреляли через зал, вызвав панику, пока Лимон не кинулся бежать к двери на кухню. Тут Георгий подстрелил его в ягодицу. Лимон упал. Георгий не стал его добивать и вообще к нему подходить. Он позвонил в полицию.

– На меня совершил покушение уголовник по кличке Лимон. Он знает, что я был свидетелем его связи с убитой им девушкой – Натальей Красновой, найденной повешенной в его квартире. Он меня ранил, я подстрелил его в задницу. Лежит на пороге ресторана «Сыр». Мое имя Георгий Цхелава, и я ранен этим типом. Приезжайте скорее.

Лимон тем временем сконцентрировался на ситуации, повернулся на спину и стал снова стрелять в Гию. Но патроны вскоре кончились, а Гия укрылся за стойкой витрины с сырами, сделанной из чего-то твердого.

Полицию, видно, еще раньше вызвал кто-то из посетителей или обслуги ресторана. Потому что наряд прибыл буквально через минуту после того, как Лимон прекратил стрелять.

Он успел подползти к своей машине, когда его заметили полицейский. Гия вышел из укрытия и, зажимая рану на плече рукой, вышел навстречу подъехавшим двум усталым мужчинам: одному в форме, второму – в штатском.

– Те уже вязали Лимона, который ругался трехэтажным матом, зло косясь из-под сдвинувшейся набок бейсболки на своего врага. Штаны его намокли от крови, которая пульсировала. Поэтому полицейские не стали «паковать» Лимона в машину, а вызвали «Скорую». Та тоже приехала на удивление быстро.

Пуля в плече у Георгия просто оцарапала его. Поэтому ему наложили повязку тут же у ресторана и отпустили в участок для дачи показаний. Он отправился за полицейской машиной на своей.

В кабинете пахло мантами: видно, полицейские купили их где-то поблизости на обед. Но происшествие отдалило светлую перспективу перекусить густо наперченными кусочками мяса в тесте. Эта бытовая подробность как-то сблизила Гию с этими мужчинами, вызвала симпатию. И полицейские тоже посочувствовали ему.

– Я начальник охраны у Иллариона Гурии – крупного предпринимателя. Лимон увел у него девушку, которую по ее просьбе Илларион отправил отдыхать в Египет. Лимон (имя его я забыл, но могу выяснить), – Гия и правда забыл настоящее имя и фамилию, хоть и читал их в его досье, собранном частным сыщиком его группировки. –