Люболь. Книги 1-4 - Вера Авалиани

Настя начала подыгрывать – стонать и вскрикивать. Но потом изображать ей уже ничего не пришлось. Муж двигался в ней, как поршень, накачивающий ее воздухом, и в какой-то момент она с блаженным испугом поняла, что взлетает, как воздушный шар, – тело сделалось невесомым, и поплыло сознание.

– Я улетаю, – тревожно прошептала она. И Георгий радостно и самодовольно кончил, поскольку еле сдерживался уже давно. Горячее внутри нее немного «приземлило» Асю.

– Что это было, – спросила она мужа удивленно.

– Мы друг друга приняли внутрь.

– А – а, – с улыбкой сказала Настя, с трудом и неохотно выбираясь из-под мужа.

– Да, кстати, у меня есть алиби, что я тебя люблю: на бандитскую подстилкуты не прошла бы кастинг по объему груди, бедер и размеру жо…, то есть попы, – с усмешкой пробормотал довольный муж.

– Алиби принято. – Настя искренне рассмеялась. – У меня тоже есть уверенность, что я тебя не брошу. По гороскопу у меня всего два мужа. И с тобой я исчерпала лимит.

– А у меня сколько жен? – вдруг очнулся от блаженной дремы Гия.

– Одна, – уверенно соврала Настя, программируя мужа на это.

– А любовниц? – провоцируя Асю на драку подушками, спросил он и закрылся рукой.

– Сколько звезд на небе, – ответила Настя ласково. И все же влепила пару раз мужу подушкой по уху.

– Но если мне изменишь, то я тебя на небо и отправлю. – В голосе ее звучала неприкрытая угроза.

– Ужас обуял меня! – Гия поцеловал Асю в шею. Потом легонько укусил за сосок. – Не бойся, я уже заблаговременно переспал со всеми, кого знаю. Так что до поездки на море я точно буду тебе верен. А там – посмотрим.

– Ага, посмотрим в бинокль! – съязвила Настя.

И оба они решили, что в каждой шутке есть только доля шутки.

Ангел Насти не знал, как ему относиться к поведению подопечной. Согласилась ли она жить, притворяясь? Или только притворилась, что притворяется?

– А Бог ее знает, – вслух сказал он.

А Бог знал, что любовь эта продлится недолго. Закончится разводом, злостью друг на друга. Но из пока очень сильного чувства двух таких разных людей родится очень красивая и смелая девочка. И ее они будут любить оба так сильно, что отец не пожалеет жизни за нее.

Клод встал утром с томлением во всем теле. Прошло несколько месяцев после смерти жены. И сначала горе, потом – множество забот сделали его равнодушным к плотским утехам. Но теперь, в конце весны, он стал видеть эротические сны с участием Сони, конечно. Его чресла требовали излияния. Так что он ушел в ванную, пустил воду и рукой доставил себе облегчение.

Перед ним впервые встал вопрос – как жить дальше в этом плане? Пить бром, как солдат в армии? Ходить к проституткам? Вариант менять подружек в голову ему не приходил, потому что то, к чему привело это его в прошлый раз, – он случайно обрюхатил чуждую ему по духу Жизель и был вынужден жениться на нелюбимой.

Его Ангел задумался над этим вместе с ним. Он по интуифону, растянув невидимую мембрану между пальцами, связалсяс Архангелом Уриилом. Но связаться с ним не удалось – похоже, вопросы любви интересовали наибольшее число Ангелов из-за страждущих от нее подопечных. Поэтому Ангел полетел в небесные чертоги самого красивого из Архистратигов. И к нему тоже ангелы в ожидании разбились на тематические группы. На водяном экране над одной из них значилось: «Безответная любовь», над другой – «Любовь к ловеласу или ветренице», над третьей – «Любовь к умершему партнеру», над четвертой – «Уникальные случаи».

Ангел Клода метался между двумя последними скоплениями Ангелов. Но все же решил, что его случай уникален. К тому же там развалился на мягком клочке облака всего один Ангел, не то что в той группе, где значилась любовь к умершему партнеру и к ловеласу. Ну, отсутствие верности – беда нынешнего века. А почему любят умерших так же много людей? Но тут он вспомнил стихи Софьи, которые он прочел, когда просматривал ленту ее судьбы с двумя другими Ангелами в момент, когда решалось, подходит ли ей Клод: «Любить живых куда трудней, чем мертвых, чем только тень, оставленную именем».

Ангел Клода подогнал к ожидающему разбора уникального случая коллеге багряное от заката облачко и устроился на нем. Ранее пришедший Ангел посмотрел на него хмуро.

– Что-то очень сложное с твоим подзащитным? У моего жена умерла при родах, но душа ее нырнула в тело новорожденной дочери. И Клод об этом знает. А он обещал жене, что другую женщину в дом не приведет. Собирается использовать проституток. Но ведь это втягивание в мир криминала…

– Мне бы твои проблемы! У моей подопечной муж ревнует ее так, что уже троих ее коллег убил. Она ему не изменяет, но он готов простона куски изрезать любого, кто ей просто улыбнулся или сидит в одном кабинете. Она знает об убийствах, но душевно мечется: заявлять ли в полицию, спасая других коллег и просто прохожих от смерти, или молчать, покрывая любимого мужчину.

– Да – а–а! И что, он ей сам рассказал, что убивал из-за нее?

– Она догадалась, а он не стал отпираться. Говорит, в глазах темнеет, не может себя контролировать.

Может, им переехать в страну, где носят паранджу? – Ангел Клода шутил, но невесело.

– Нет, не подойдет. Сам-то он спит с каждой встречной. А там не разгуляешься.

Из чертогов показался в алой сияющей мантии красавец Архангел. Его лицо поражало даже Ангелов своим совершенством и чувственностью.

Он влетел в центр группы Ангелов, прилетевших сюда из-за безответной любви.

– Вам всем один совет: разыскать в ленте судьбы того человека, который впоследствии станет мужем или женой ваших несчастных влюбленных. И побыстрее, путем сговора с Ангелом второго партнера, привести их друг к другу.

Тактика «клин клином вышибается» – единственная из возможных. И гоните мысли о самоубийстве всеми путями. Хобби, переключение любви на сирот или животных.

Шесть крыльев Серафима снова завибрировали стрекозой за спиной божественного Уриила.

В группе Ангелов страдающих от измен партнеров Архангел посоветовал им также найти для супругов верных подходящих партнеров и увести подопечных к ним. А Ангелам самих ловеласов сказал: «Найдите им в партнеры либо ветрениц, либо мазохистов. Пусть взаимные измены «зазеркалят» партнеров или же боль будет желанной, полагающейся по судьбе, как удовольствие».

Архангел пролетел мимо группы любящих перешедших на тот свет и буквально мимоходом обронил фразу:

«Внушите им, что их любовь – самая счастливая, ведь ей больше ничего не угрожает: ни измен, ни обид.