Садовник - Стефани Бодин

— Нет. Никуда я не пойду.

Лейла сильнее вцепилась в мою руку.

Доктор Эмерсон нахмурилась:

— Выбора нет. Мне придется ее забрать… рано или поздно.

— Куда? — поинтересовался я.

Она вздохнула:

— Так до сих пор и не понял? Туда, где они не смогут до нее добраться.

— Кто «они»? — не отставал я.

По раздраженному взгляду я догадался, что уже достал ее.

— Тебе известно кто.

Наверное, «Тро-Дин».

— Я вам ее не отдам. Сначала расскажите все, что знаете.

На самом деле даже тогда я не бросил бы Лейлу. Но говорить об этом доктору Эмерсон я не собирался. Пока.

— В любом случае я на вашей стороне. — Она улыбнулась Лейле: — С тобой все будет в порядке.

Девчонка взглянула на нее и наморщила лоб:

— Я кое-что помню… Начинаю вспоминать.

Доктор наклонилась к Лейле:

— Что ты помнишь?

Та посмотрела на меня, затем снова на нее.

— Какое-то место. Люди и… — Ее глаза застыли и потускнели — как раньше. О чем она думает, оставалось только гадать. — Монитор и свет, монитор и свет. И больше ничего… — Сдвинув брови, девочка немного помолчала и продолжила: — Потом Садовник явился не один… Шаги, много шагов… Мне было не страшно. Просто любопытно: зачем он их привел? Хотя в тот день его голос звучал иначе. Я почувствовала некую дрожь, словно что-то приближалось. Что-то неизвестное… — Лейлу затрясло. — И началось. С конца ряда доносились крики, они постепенно приближались, становились всё громче и громче. Пришел мой черед. Меня охватили страх и боль — такого я никогда не испытывала. Но в то мгновение они слились в одно новое огромное чувство…

— Что? — спросил я. — Что ты почувствовала?

Глаза Лейлы расширились, она вскрикнула, потянулась ко мне рукой и осела. Я едва успел ее подхватить.

Толкая перед собой тележку для уборки, в дамскую комнату ворвался мужчина в синей робе:

— Кто здесь кричал?

С Лейлой на руках, я пронесся мимо него, застывшего с перепуганным лицом, и в нерешительности замер в пустом холле.

— Ну и что ты делаешь? — Голос доктора Эмерсон прозвучал прямо у меня за спиной.

— Надо идти. — Я обернулся. — Лейле требуется помощь.

— Ты и понятия не имеешь, почему ей плохо.

Да, этого я не знал. Зато видел, что происходило в последние сутки.

— Она теряет силы с тех пор, как мы убежали из «Тихой гавани». Тогда она была невероятно сильна, а теперь на глазах слабеет.

— В каком состоянии ты ее нашел? — спросила доктор Эмерсон.

Тотчас передо мной возникли жуткие образы четверых подростков, в оцепенении сидящих на диване.

— Они просто сидели…

Доктор Эмерсон нахмурилась и жестом остановила меня:

— Погоди-ка. Ты сказал, они?

Я кивнул:

— Ага, на диване сидели четверо ребят…

Не успел я и глазом моргнуть, как выложил всю историю о произошедшем в доме престарелых.

Доктор Эмерсон прижала ладонь к губам и наклонила голову.

— Что?

Некоторое время она стояла неподвижно, уставившись на Лейлу, затем слегка покачала головой и опустила руку:

— У меня внизу машина.

Выбирать не приходилось. В больнице стали бы задавать вопросы, ответов на которые я не знал. Непонятно почему, но доктор Эмерсон не связывала себя с «Тро-Дин»; возможно, ради Лейлы мне стоило ей довериться.

Девочка была еще очень слаба, я поддерживал ее за талию, пока мы спускались в лифте в гараж и шли к машине — голубому «приусу» с наклейками из салона проката.

— Ну, рассказывайте! — потребовал я, пристегнув ремнями себя и Лейлу.

— Я не самый лучший водитель, так что подожди, пока доберемся до места, — сказала Эмерсон, помотав головой.

Я хотел было задать еще вопросы, но она решительно отмахнулась, заявив, что должна сосредоточиться на дороге. После утреннего происшествия с квадроциклом я с готовностью поверил ей на слово.

За рулем Эмерсон вела себя напряженно, то и дело почесывая щеку и откидывая назад волосы. Свое волнение я пытался не показывать.

В «Хилтоне» мы поднялись на лифте в номер. Я усадил Лейлу на белый диван, девочка свернулась калачиком и закрыла глаза. Сев рядом на пол, я прислонился к дивану спиной.

В животе урчало.

— Хочешь есть? — Доктор Эмерсон подошла к столу и кинула мне пухлый телефонный справочник. — Закажи еду в номер.

Я умирал от голода, но отложил справочник в сторону:

— Объясните наконец, что происходит.

Доктор Эмерсон сломала пломбу на мини-баре и достала бутылку минеральной воды:

— Будешь?

Я покачал головой.

Она наполнила бокал и расположилась в кресле напротив меня:

— Еще раз говорю, уходи. Тебе же лучше.

— Какая разница, что лучше для меня? Сейчас меня волнует только она. — Я старался говорить тише, чтобы не разбудить Лейлу.

Доктор Эмерсон демонстративно подняла бокал:

— Благородно. Очень благородно, Мейсон. Ведь ты ее даже не знаешь. — Наклонившись ко мне, она понизила голос — наверное, чтобы Лейла не услышала: — Поверь, тебе и не снились ее проблемы. Ты правда готов поставить на карту все?

Я скрестил руки на груди:

— Рассказывайте. Я жду.

Лейла кашлянула и подняла голову:

— Обо мне говорите?

Мы молчали.

— Я хочу знать. Если обо мне, имею право, — продолжила она.

Доктор Эмерсон поставила бокал и провела обеими руками по волосам:

— Лейла, ты попала в аварию и получила черепно-мозговую травму. Компания «Тро-Дин» предложила экспериментальную программу лечения, и твои родители согласились. Вот и все.

Ерунда какая-то.

— Почему же вы не хотите, чтобы она вернулась туда? В «Тро-Дин»?

На мгновение доктор задумалась.

— Мне не по душе некоторые… процедуры. К тому же у меня возникли разногласия с руководителем программы. Думаю, Лейле лучше обратиться за помощью в другое место.

— Разве не требуется разрешение родителей?

И опять пауза.

— Родители отказались от этих детей — сочли целесообразным оставить их в «Тро-Дин».

У Лейлы на глаза навернулись слезы, однако я ни на секунду не поверил словам доктора Эмерсон. Ни один родитель не откажется от своего ребенка, какую бы тяжелую травму тот ни получил. Что-то — если не все — здесь явно было ложью.