Плачущий монстр - Влад Райбер

– Демон! – сказал он с яростным восторгом и сощурил ледяные глаза.

Драки было не избежать. Я кинулся на него, думая, что запросто пробью рукой это хрупкое тело и вырву сердце. Но человек сорвал с пояса пузырёк и окропил меня какой-то прозрачной жидкостью.

– Изыди, нечистый!

Капли попали в лицо, на шею, на руки. Они жгли, как кислота!

В тот же миг я ослеп на один глаз. Он лопнул и вытек, кожу прожгло до костей. Я заревел от боли.

Кого сюда привели эти жалкие людишки?!

Страх заставил меня развернуться и бежать. Я ещё никогда таких не видел, но, судя по всему, это был охотник, что не раз встречал подобных мне. Мои мучения доставляли ему радость.

Мимо уха пролетел и вонзился в балку метательный нож. С него капало какое-то масло. Сильный горьковато-смолистый запах обжёг ноздри.

Я не успел обрадоваться тому, что эта дрянь пролетела мимо. Второй нож врезался в спину промеж позвонков. Масло закипело внутри моего тела.

Я упал, и мои ноги непроизвольно задёргались. Стон эхом пронёсся по подвалу.

– Отведай святого елея! – Бородатый охотник кричал заготовленные фразы. – Изгоняю тебя, нечистый! Сдохни же в муках!

Я пытался ползти, цепляясь ногтями за бетонный пол. Однако боль была слишком сильна. Я свернулся у стены в ожидании последнего удара.

Но этот охотник желал растянуть мои страдания. Говорил нараспев густым басом:

– Чувствуй принесённые тобой мучения! Пожалей убиенных тобой!

Я наконец узнал этот голос. Это и был тот самый молодой человек с пистолетом, который командовал вскрывать квартиру, где я прятался. Никита Пустынский… так его звали. Как же я его недооценил! Он хорошо знал своё дело.

Охотник ушёл, оставив меня одного. Лезвие ножа выжигало внутренности. Это длилось не минуты, а часы. За это время моё тело иссохло. Руки стали похожи на кости, обтянутые синей кожей.

Я просто дожидался, когда мои страдания закончатся, ничего не видел и не слышал…

Чьи-то пальцы взялись за рукоять ножа и с усилием дёрнули. Мне сразу стало легче. Слух пробудился… Этот знакомый стук маленького сердца. Я повернул голову и открыл единственный глаз. За моей спиной стоял пацан.

Он спустился в подвал, чтобы помочь мне.

Кинув на меня сочувствующий взгляд, маленький человек отбросил нож в сторону и ушёл.

Он не хотел моей гибели! Но как мне спастись, такому слабому и беспомощному?..

Крохотные сердца. Подвал был полон крыс. Они бегали вокруг, желая полакомиться моим телом. Я схватил ту, что пожирнее. Из последних сил сломал ей шею, вспорол ногтем грудь и выковырнул красный комочек.

Он таял на языке, как живительный нектар.

«Много мне таких нужно, чтобы хотя бы встать на колени». Но я теперь знал, что не умру. Не сегодня!

Мёртвый дом

Какая ночь! Ветер и дождь. Я не любил, когда что-то падает с неба. Являясь домоседом, должен был всегда где-нибудь обитать. Нуждался в стенах и крыше над головой. Но теперь стал я бездомным, шёл во тьме куда глаза глядят, искал себе новое укрытие. Ветер трепал волосы, задувал под плащ. Где бы укрыться?

Вот оно! То, что нужно! Недостроенный дом-особняк, спрятанный среди густых деревьев. Трехэтажная хоромина с круглыми башнями. Пустые окна, арочный вход без дверей, кирпичные стены расписаны краской. Давно уже заброшенный особняк. Сад оброс дикими кустами и сорняком. Этот дом – чья-то несбывшаяся мечта. Как раз то, что мне подходило. Моё новое пристанище, по крайней мере, на эту ночь.

Я вошёл внутрь. Огромный первый этаж: бетонные стены и пол, кирпичи, пустота и мусор. Много потайных комнат и проходов. Всё пропитано холодом, но не было ветра. Даже ему не хотелось влетать в это гиблое место.

Запахи. Резкие и приставучие. Мне понравилось!

Сердцебиение! Я здесь не один. Был ещё кто-то. Живой!

Тук-тук… Тук-тук… Его мощное сердце стучало в тишине. Этот человек скрывался в одной из пустых комнат.

Где же он?

Я двинулся на этот звук, как на зов. Кто же он такой? В подобном месте мог обитать только тот, кому больше некуда идти.

Я прошёл через асимметричный угловатый коридор, миновал очередную арку, и вдруг что-то попалось под ноги. Носки туфель во что-то упёрлись. Это был труп. Мужчина в чёрном пуховике и в чёрной шапке. К его лицу и одежде застывшей кровью приклеились перья из куртки.

Молния сломана, грудь открыта. Сколько колотых ран! Кто-то и мёртвым не оставлял его в покое, продолжая резать.

Кожа грязно-зелёного цвета, глаза мутные, зрачки поплыли. В носу и на губах жёлтые личинки мух. Этому мертвецу было не меньше недели. Убили и оставили гнить в заброшенном особняке.

Ну и дела здесь творятся!

И того, чьё сердце билось за стеной в глубине комнаты, устраивало соседство с несвежим мертвецом. Значит, его рассудок отличался от большинства людей. Наверное, за стеной скрывался убийца этого неудачника.

Сердце единственного живого человека в особняке стучало слегка взволнованно, он чему-то радовался и подрагивал от нетерпения.

Я собирался переступить через труп, но вдруг он зашевелился. Его зелёные руки упёрлись в пол. Мертвец с треском отдирал себя от бетона. Ноги согнулись в коленях, суставы щёлкали, подбородок ударил по груди.

Покойник сначала сел, а потом встал. Распрямил плечи и поднял голову. Губы зашевелились, изо рта посыпались личинки мух, и он закричал:

– Он убил меня!!! Я умирал в страхе, мучаясь от боли!

Я изумлённо смотрел на него, ведь человеческие трупы не должны двигаться и разговаривать. Если, конечно, не одержимы.

Что это за дом такой?

Мертвец махал руками, кисти болтались во все стороны.

– Мне так плохо. Мне так страшно.

Я долго рассматривал его ножевые раны. Без сомнений, мёртвый. И голос исходил вовсе не изо рта.

Теперь я заметил. Из-за голой стены выглядывала худая и до синевы бледная девушка с длинными чёрными волосами. Пряди скрывали лицо. Только один глаз и половина острой улыбки сияли, словно за тёмными занавесками.

Она была одета в длинное светлое платье, а на ногах – белые тапочки. Сердце не билось. Его не было. Это девушка-призрак.

Мстительный дух, подкопивший сил и частично обретший плоть.

Всё ясно. Бледная девушка управляла мертвецом, как марионеткой.

Поняв,