Бессмертные - Клаудия Грэй

— Выведи меня отсюда, — сказала я так резко,насколько это было возможно в сложившихся обстоятельствах. Если он работал вэтом клубе — а судя по одежде, так оно и было, — ему не впервой получатьприказы от вампиров. — Отведи меня к своей машине.

Я ожидала, что он вздрогнет, съежится, вытаращив глаза, апотом сглотнет и послушно кивнет. Вместо этого он нахмурился и спросил:

— Зачем?

Я на мгновенье потеряла дар речи.

— Потому что я так велю!

Прекрасные глаза осмотрели меня так же оценивающе, как моиего.

— Ты напугана, — сказал он недоуменно. —Почему? Вампиры никогда не боятся.

— Я не напугана — но по-настоящему разозлюсь, если тыне сделаешь, что тебе сказано. — В отчаянии я достала из сумочки пачкуденег — не знаю точную сумму, но несколько сотен наверняка там было. — Тыпрекратишь задавать вопросы, если я дам тебе это?

Он еще шире распахнул глаза и, заколебавшись лишь намгновенье, выхватил у меня деньги.

— Пошли.

Следом за ним я вернулась в клуб. Поначалу я попала сюдачерез главный вход, пробираясь сквозь толпу людей, которые извивались подгремящую музыку. Но парень повел меня в другой коридор, мимо кухни и каких-точуланов, в конце которого была еще одна дверь, ведущая наружу. Когда онраспахнул ее, стала видна плохо освещенная парковка, окруженная проволочнойоградой.

Мой провожатый отпер дверцу древней «хонды», и я торопливоскользнула внутрь, нервно оглядываясь по сторонам. Если не считать машин,парковка была пуста. Впервые за ночь у меня мелькнула надежда, что, может, я ив самом деле выберусь из всего этого живой.

— Как тебя зовут? — спросила я.

— Натан. — Он выруливал с парковки, оглядываясьназад. — А тебя?

— Люси.

Спустя мгновенье я мысленно обругала себя за то, что назваласвое настоящее имя. О чем только я думала? Я искоса взглянула на него, пытаясьопределить, говорит ли ему о чем-нибудь это имя, — в конце концов, онопоявилось во всех новостях. Но он, казалось, полностью сосредоточился науправлении машиной.

Мы выехали на шоссе, и я вжалась в сиденье. Это был районувеселительных заведений, люди повсюду, многие сновали по улице, переходя изодного клуба в другой. Другие выстроились в очереди у входа — люди, конечно.Вампирам редко приходится ждать, чтобы войти куда бы то ни было.

Я вглядывалась в лица, выискивая возможных преследователей,но никого не заметила. Впрочем, это ничего не означало. На Брайана работалаогромная сеть агентов, мужчин и женщин; они умело прятались и передвигались соскоростью, необычной даже для вампиров.

— Ладно, Люси, — по-прежнему очень вежливозаговорил Натан. — Куда тебя отвезти?

— В Лейкмонт.

— Лейк… Что? Это же почти два часа езды!

— За те деньги, что я дала тебе, ты должен отвезти менякуда угодно, даже за двенадцать часов езды.

— Мне нужно вернуться на работу! У меня всего лишьперерыв. Я думал, что просто высажу тебя где-нибудь.

— Высадишь, да. В Лейкмонте.

— Немыслимо. Я не могу опоздать на четыре часа, менявыгонят с работы.

— Найдешь другую.

Он насмешливо фыркнул.

— Прекрасно! Типично для вас, вампов. «Найдешь другую»!Можно подумать, это легко.

— Я дала тебе больше денег, чем ты заработаешь занеделю! — взорвалась я. — Или, скорее, за месяц.

— Да, но потом-то что?

— Послушай, — сказала я, — у тебя нет выбора.Либо ты везешь меня в Лейкмонт, либо давай попробуй высадить меня где-нибудь.Как только ты остановишь машину, я порву тебе горло.

Это была пустая угроза. Я не нуждалась в пище и несобиралась делать ничего такого, что только осложнило бы мою и без тогонепростую ситуацию. Я хотела лишь напугать его и, следовательно, убедить.

Натан не отвечал, но продолжал вести машину.

— Нам не миновать пункт проверки, — произнес ончерез несколько минут.

— У тебя пурпурный пропуск. — В конце концов,именно по этой причине я заставила его помогать мне. — Значит, тырегулярно въезжаешь в город и выезжаешь из него.

— Это так. Я-то проверок не боюсь. Ты тоже можешь небояться… теоретически. Но что-то подсказывает мне — на самом деле ты не хочешь,чтобы патрульные увидели тебя.

Живот свело — об этом я не подумала.

— Я могу спрятаться в багажнике.

Он засмеялся — с оттенком горечи. Странно, но звук его смехавызвал у меня приятное покалывание вдоль позвоночника. Плохо только, чтосмеялся он надо мной.

— Тебя, надо полагать, никогда не останавливали и необыскивали на пунктах проверки.

— Они смотрят и багажник?

— Иногда. От случая к случаю. Но если что-то покажетсяим подозрительным, то определенно проверят.

Я отвернулась и прислонилась щекой к стеклу. Оно приятнохолодило кожу. Горячие слезы выступили на глазах, и я быстро сморгнула их. Нехватало еще расплакаться перед ним.

— Почему ты убегаешь?

— Это не имеет значения.

Достаточно скверно, что вампиры знали; я не могла рисковатьтем, что узнает и человек.

— Ладно, как скажешь.

— Тебя это не должно волновать — ты простоотрабатываешь полученные деньги.

— Нет, я подчиняюсь, потому что ты пригрозила порватьмне горло.

— И еще за деньги.

Не сводя взгляда с дороги, он слегка пожал плечами.

— Если ты впуталась в крупные неприятности, может, яполучу больше, если выдам тебя.

Мелькнула мысль, что он и правда может так поступить, и япостаралась ответить максимально грозно и внушительно. Раньше мне никогда неприходилось прикладывать усилий, чтобы заставить людей что-то делать для меня.Они… просто делали, и все.

— Меня преследуют не люди, а вампиры. Если ты хочешьменя сдать — останови машину и дождись их. Но если они узнают, что ты помог мнесбежать, то не о деньгах или работе тебе придется беспокоиться, а о своейшкуре.

Последовала еще более долгая пауза, и я поняла, что мы ужена автостраде. Может, у меня даже лучше получается добиваться своего, чем ядумала.

— У тебя есть еще деньги? — спросил он.

— Зачем? Ты повышаешь таксу?

— Ответь, если действительно хочешь покинуть город.

— Да, есть.

— Много?

— Да, много. Сколько ты хочешь?

Вместо ответа он развернулся и поехал обратно.