Мешок с костями - Стивен Кинг

Признаю, я сделал еще одно допущение. Грязный вседорожник сприводом на четыре колеса, старые шорты, топик, от которого за милю несло«Кеймартом»[40], длинные светлые волосы, перехваченные красными эластичнымизакрутками, отсутствие должного присмотра за ребенком, что в первую очередь ипривело к тому, что трехлетняя девчушка оказалась на дороге, все это подводиломеня к однозначному выводу: трейлерные бродяги[41]. И у меня были основания длятакого заключения. Все-таки я ирландец, черт побери! И мои предки были темисамыми трейлерными бродягами, когда место трейлеров занимали запряженныелошадьми фургоны.

— Фу, как плохо пахнет! — девочка все махала пухлойручонкой. — «Скаути» ужасно ийзвонялся!

И тут ее вырвали из моих рук. Теперь, когда Мэтти оказаласьсовсем рядом, у меня возникли серьезные сомнения в том, что она — старшаясестра крохи. Конечно, зрелого возраста она могла достичь только в следующемстолетии, но я видел, что ей не двенадцать и даже не четырнадцать. Скореедвадцать, может, на год меньше. А когда она выхватывала у меня ребенка, язаметил обручальное кольцо на ее левой руке. Не укрылись от моего внимания итемные мешки под глазами. Да, выглядела она очень молодо, но, думаю, я узналусталость и материнские ужас и тревогу.

Я думал, она отшлепает свое сокровище, потому что именно такреагируют трейлерные бедняки, если их дети выкидывают какой-нибудь фортель.Думаю, я попытался бы ее остановить, отвлечь, дать ей излить свою злость наменя. И не потому, что хотел как-то помочь ребенку. Нет, просто мне нехотелось, чтобы на него кричали, его шлепали и трясли в моем присутствии.Все-таки я в городе первый день. Так охота ли мне тратить время, наблюдая, каккакая-то шлюха наказывает своего ребенка за собственную ошибку?

Но вместо того чтобы как следует тряхнуть девчушку изаорать: «Куда это ты направилась, маленькая дрянь?», Мэтти крепко прижаларебенка к груди (а девочка, не выказывая ни малейшего страха, тут же обхватилаее ручонками за шею), а потом начала покрывать ее лицо поцелуями.

— Почему ты это сделала? — воскликнула Мэтти. — Что на тебянашло? Я чуть не умерла, когда увидела, что тебя нигде нет.

И Мэтти разрыдалась. Девочка в купальном костюмевытаращилась на нее с выражением крайнего изумления на лице. А потом заплакала.Я стоял и смотрел, как они плачут и обнимаются, и мне стало стыдно за мои поспешныевыводы.

Проезжающий мимо автомобиль сбавил ход. Пожилая пара,которая, наверное, отправилась в магазин за праздничной коробкой сладостей,уставилась на нас. Я нетерпеливо замахал руками, показывая, что мы прекраснообойдемся без их любопытных взглядов. Водитель нажал на педаль газа, но я неувидел, как надеялся, номерных знаков другого штата. Парочка жила здесь, апотому всей этой истории суждено было стать достоянием общественности. Мэтти,молодая жена, и ее маленькая дочка (несомненно, зачатая на заднем сиденьелегковушки или в кузове пикапа за несколько месяцев до церемониибракосочетания), плачущие навзрыд на обочине дороги. В компании незнакомца. Нуне совсем незнакомца. Майка Нунэна, заезжего писателя.

— Я хотела пойти на пляж и по-по-пла-вать! — всхлипываламаленькая девочка.

— Я же сказала, что отвезу тебя во второй половине дня. —Мэтти еще плакала, но уже пыталась взять себя в руки. — Больше этого не делай,малышка, пожалуйста, не делай. Момми очень напугалась.

— Не буду. Пьавда, не буду. — Девочка обнимала Мэтти за шею,прижимаясь к ней всем тельцем. Бейсболка свалилась на землю. Я поднял ее,чувствуя себя посторонним. Начал совать сине-красную бейсболку в руку Мэтти,пока ее пальцы не сомкнулись, на козырьке.

Я даже подумал, что все обернулось как нельзя лучше, и,возможно, имел право так рассуждать. История получалась забавной, правда, изтех, что кажутся забавными, когда все позади. А в процессе такие истории скореетянут на ужастик. Допустим, из-за поворота выскочил бы грузовик? Да еще напредельной скорости?

И тут из-за поворота действительно выехал автомобиль. Старыйпикап, но с мощным мотором. Еще двое местных вылупились на нас.

— Мэм? — обратился я к молодой маме. — Мэтти? Я, пожалуй,поеду. Очень рад, что все так хорошо закончилось.

Едва эти слова сорвались с моих губ, как меня чуть неразобрал смех. Я без труда представил, что держу эту речь перед Мэтти (отличноеимя для вестернов вроде «Непрощенный» или «Настоящий смельчак»), засунувбольшие пальцы за ремень кожаных штанов, и в сбитом на затылок стетсоне, дабывсе видели мой благородный лоб. Меня так и подмывало добавить:

«Вы очень милы, мэм. Вы, часом, не наша новая учительница?»

Она повернулась ко мне, и я увидел, что она действительноочень мила. Не портили впечатления даже мешки под глазами и висящие патламисветлые волосы. Я решил, что держится она очень хорошо, учитывая, что повозрасту ей еще не нальют спиртного в баре. Во всяком случае, девочку она неотлупила.

— Большое вам спасибо. Она шла прямо по шоссе? — «Скажите,что нет, — умоляли глаза Мэтти. — Скажите, что она шла по обочине».

— Ну..

— Я шла по той линии. — Девочка указала на разделительнуюполосу. — Она же белая. — В голосе ее звучала уверенность. — А раз белая,значит — безопасная.

Щеки Мэтти, и без того бледные, сделались совсембескровными. Просто удивительно, что она не лишилась чувств. И мне очень нехотелось, чтобы в таком состоянии она ехала домой, да еще и с ребенком.

— Где вы живете, миссис…

— Дивоур, — представилась она. — Я — Мэтти Дивоур. — Онаперекинула девочку на одну руку, а вторую протянула мне. Я ее пожал. Утро выдалосьтеплое, день обещал быть жарким, отличная пляжная погода, но я прикоснулся кледяным пальцам. — Мы живем вон там.

Она махнула рукой в сторону поворота. Сразу за ним к шоссеподходил проселок, Уэсп-Хилл-роуд. Длиной в полмили, он соединял Шестьдесятвосьмое шоссе и Среднюю Бухту. В двухсот ярдах от шоссе проселок огибалсосновую рощицу, а в ней стоял большой трейлер. Ситуация прояснялась. Я вновьоказался рядом с озером Темный След. А уж около озера спасать маленьких детей —мое призвание.

И все-таки я облегченно вздохнул, узнав, что она живетсовсем близко от того места, где, едва не соприкасаясь задними бамперами,стояли наши автомобили. И тут же понял, что по другому и быть не могло. Этамаленькая красотуля в купальнике и не могла уйти далеко от дома, хотя, припродемонстрированной ею решительности… Я подумал, что усталость, читаемая налице молодой мамы, в определенной степени обусловлена этой самой решительностьюи порадовался, что слишком стар, чтобы стать ее будущим кавалером. Уж из них онабудет веревки вить, как в школе, так и в колледже.