Царап-царап - Линдси Карри

– Успокойтесь и ещё раз расскажите с самого начала, что случилось? – попросил папа, заходя на кухню. Он упёрся руками в бока и ослабил галстук. Мама стояла у него за спиной. Она наморщила нос, и я тут же поняла, что она учуяла сгоревшее жаркое.

– Вода перелилась через край ванны, – угрюмо ответил Сэм. Я поморщилась и бросила в мусорное ведро ещё несколько сгоревших кусочков жаркого. – Мы тут же вам позвонили и сделали что могли, но всё очень плохо.

– Насколько плохо? – обеспокоенно спросила мама.

– Весь ковёр наверху промок, – ответила я. – Воды было так много, что она начала течь по лестнице. – Я вспомнила звук первых капель и то, как ужасающе похож он был на звуки в школьном туалете, когда краны открылись сами собой. Это не могло быть совпадением. Просто не могло.

Я заметила, что папино лицо покраснело на несколько оттенков, когда он направился к гостиной. Мне было стыдно. Ужасно стыдно. Слёзы начали капать из глаз, прежде чем я смогла их остановить. Это всё моя вина.

Поскольку хуже быть уже не могло, я решила рассказать маме про ящик и промокшую одежду. Одежду, с которой я ещё ничего не сделала. Она озадаченно посмотрела на меня.

– О чём ты говоришь?

– Моя одежда! Она вся промокла и сейчас, наверное, уже покрылась плесенью, – закричала я. Мама была ни в чём не виновата, и я это знала. Но мне было очень страшно. К тому же я ужасно устала.

– Утром я постирала бельё, Клэр, и положила чистые вещи в твой ящик. С ними всё было нормально, – спокойно ответила мама.

– Это невозможно, – ответила я. – Я видела это собственными глазами.

Она пожала плечами.

– Ты уверена, что это тебе не приснилось, милая?

Я фыркнула. Чтобы вам что-то приснилось, вы должны спать, а я уже несколько дней не спала.

Нет, мне это не приснилось. И я не перевозбудилась и ничего не придумала. Как не придумала и другие странные вещи, происходящие в нашем доме.

– Клэр! Сэм! Сейчас же идите сюда! – Папин голос снова вернул меня к нашей проблеме.

Мы с Сэмом вошли в гостиную. Мама шла за нами. Папа стоял на середине лестницы. Увидев нас, он покачал головой.

– Не понимаю, о чём вы думали?

– Мы этого не делали, пап… – начал было Сэм.

Я была готова на всё, чтобы помешать ему сказать правду, но папа меня опередил. Он поднял руку, и его лицо стало суровым.

– Когда вы позвонили, я работал в библиотеке, а ваша мама доставляла важный заказ. Мы всё бросили и помчались домой. – Папа вздохнул и провёл рукой по взъерошенным волосам. – Это что, какая-то запоздавшая первоапрельская шутка?

– Шутка? – переспросила я. – Почему ты так говоришь?

– Потому что наверху нет никакой воды, Клэр.

Я не могла произнести ни слова. Мой мозг как будто отказывался управлять языком, и я лишь с недоумением смотрела на папу.

– Нет воды? – спросил Сэм, вытягивая шею, чтобы заглянуть на лестницу. – Серьёзно? Ты видел ванную? И ковёр в коридоре?

– И твои бумаги, – добавила я. – Я положила их сушиться в раковине. Чернила расплылись, и было невозможно разобрать слова.

Папа посмотрел на маму, а потом перевёл взгляд на нас.

– Ковёр сухой. Мои бумаги тоже сухие. Наверху ничего нет.

Я тревожно посмотрела на лестницу.

– Это невозможно.

Это невозможно. Мы вчетвером видели воду. Вчетвером больше часа пытались её вытереть. Мы не могли этого придумать.

– Хватит. Прекрати, Клэр! – перебил папа и обменялся сердитым взглядом с мамой.

– Зачем вы придумали такую ужасную историю? – спросила мама.

Внезапно мне показалось, что я в полицейском участке и меня допрашивают по поводу преступления, которого я не совершала.

Сэм пристально смотрел на меня, наверное, пытаясь сообразить, что нам делать дальше. У нас было всего два варианта: сказать правду о призраке в доме или солгать, что история о воде в ванной была всего лишь шуткой. Оба варианта были проигрышными.

Мы молчали. Мама ущипнула себя за переносицу и застонала.

– Ладно. Пока вы не захотите сказать нам правду, вы будете наказаны и будете сидеть дома.

Наказаны? У меня отвисла челюсть. Раньше меня никогда не наказывали. Может быть, пару раз я была на волоске от наказания за слишком язвительный ответ, но этого так никогда и не случилось.

Я прошла мимо мамы и Сэма, и мне внезапно стало так больно, как будто моё сердце разрезали пополам. Когда я уже было решила, что худшее позади, папа схватил меня за локоть.