Царап-царап - Линдси Карри

По коридору прокатился раскатистый смех. Уорнер. Он стоял у своего ряда шкафчиков, который теперь должен был стать и моим. Вокруг него собрались пять или шесть мальчишек. Они были похожи на большую группу гусей у Северного пруда. Как их обычно называют? Стадо?

Я обвела коридор глазами в поисках Кэсли, но не увидела её. Эмили тоже нигде не было. Рядом не было друзей, которые помогли бы мне пережить Уорнера и его приятелей. Не было друзей, которые напомнили бы мне, что я умею нормально ходить и произносить слова, кроме бессвязного бормотания. Я приблизилась к шкафчикам и с трудом сглотнула. Мой новый шкафчик оказался не просто поблизости от шкафчика Уорнера, а совсем рядом с ним. Ну конечно же! Такая уж у меня жизнь.

– Извините, – прошептала я.

Двое ребят отошли в сторону, дав мне пройти. Я принялась крутить ручку на замке большим и указательным пальцами, обращая больше внимания на разговор Уорнера с друзьями, чем на комбинацию цифр. Тренировка была трудной. Тренер вёл себя как придурок. Бегать кругами хуже всего. Я нажала последнюю цифру и с силой потянула ручку вниз, но шкафчик не открылся.

Звук замка, который отказывался открываться, разнёсся по всему коридору. Наверное, я была похожа на шестиклассницу, согнувшуюся над замком, смущённую и с красными от стыда щеками. Тот, кто сказал, что эти унизительные дни позади, когда мы перешли в седьмой класс, видимо, не знал, что такие моменты постоянно меня находили.

– Клэр? – раздался голос Уорнера. – Что случилось с твоим шкафчиком?

– Таракан. – Это единственное слово, которое я смогла произнести. Я застыла на месте, сообразив, что только что сообщила половине бейсбольной команды о таракане в своём шкафчике. Которого на самом деле там не было. Мне хотелось свернуться калачиком и умереть. Нет, просто умереть. Сворачивание калачиком заняло бы слишком много времени.

Но Уорнер не смотрел на меня так, как будто бы у меня была какая-то болезнь, разъедающая всё тело. Вместо этого он перевёл взгляд на мой старый шкафчик.

– Какая гадость! И они закрыли целый ряд из-за одного дурацкого таракана? Неужели нельзя было его просто раздавить?

Я хихикнула.

– Если бы.

Уорнер засмеялся вместе со мной. В этом году у него изменился голос. В прошлом году он был ниже ростом, и голос у него был более высокий. Такое чувство, что все изменились за одну ночь. Все, кроме меня.

– Ребята, встретимся позже, – сказал Уорнер друзьям. Они что-то хмыкнули в ответ и медленно разошлись. Но я чувствовала на себе их взгляды: наверное, они недоумевали, почему их приятель тратит время на разговоры со мной, дочерью чокнутого Дэвида Костера.

Уорнер надел рюкзак и облокотился о свой шкафчик, повернувшись ко мне лицом. От него пахло мятной жвачкой.

– Плохое утро?

– Если под плохим ты имеешь в виду самое ужасное на свете, то да. – Я попыталась улыбнуться. Наверное, у меня ничего не получилось. Мне совсем не хотелось улыбаться, хотя передо мной был самый симпатичный мальчик на свете.

– Мне очень жаль. – Уорнер схватился за мой замок. – Какой у тебя шифр?

– Четырнадцать, девять, восемь, – ответила я, глядя, как Уорнер крутил и поворачивал ручку, пока шкафчик не открылся. – Спасибо.

Он пожал плечами.

– Всё нормально. В моём шкафчике никогда не было таракана, но в прошлом году кто-то решил, что будет очень забавно, если распылить в моём шкафчике в спортзале целую бутылку дезодоранта «Акс». Мистер Уильямс не разрешил мне приходить на занятие без формы, так что мне пришлось смириться и надеть её. Воняло весь день.

– Фу, какая гадость! – Я наморщила нос. – У него ужасный запах.

– Вот именно. Пахло так сильно, что у всех начала болеть голова. – Уорнер засмеялся своему воспоминанию. – Раз уж мы заговорили про плохое утро, я видел, что произошло между тобой и Кэсли с Эмили. Это было довольно неловко.

Я вытащила из шкафчика две книги и папку. Прижала их локтем, положила сверху свою папку и захлопнула дверцу.

– Да, Кэсли на меня здорово рассердилась.

– Но теперь всё в порядке?

Сложный вопрос. Я была наказана. За мной охотился призрак. Шкафчик мальчика, который мне ужасно нравился, теперь был рядом с моим. Да, и сегодня после школы, вместо того чтобы заниматься спортом или делать уроки, как все нормальные дети, я должна была ехать в центр города искать место, где больше ста лет назад затонул корабль. Но мы хотя бы помирились с Кэс.

– Да, уже лучше. Просто раньше я не знала Эмили. Но теперь я понимаю, почему она так нравится Кэс. Эмили классная.

Уорнер улыбнулся.

– Ух ты! Было бы ужасно, если бы ты сказала, что ненавидишь Эм или что-то в этом роде. Она ведь моя кузина.

– Эмили твоя кузина? – изумлённо переспросила я. – Не может быть!

– Ты не знала? – со смехом спросил Уорнер. – Я думал, об этом вся школа знает. Моя мама и мама Эмили – сёстры. – С лица Уорнера исчезла улыбка. – Она переехала сюда, чтобы быть поближе к своей семье, поэтому они пока живут у нас.

Неудивительно, что я так часто видела их вместе. Эмили спала на кровати Уорнера.

Я огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не слышит, и наклонилась к Уорнеру.

– Я знаю, почему они сюда переехали. Эмили мне рассказала.

Уорнер с облегчением вздохнул.

– Правда?

Я кивнула и сочувственно улыбнулась.

– Да.

– Вот это да! Эмили не любит об этом говорить. Не хочет, чтобы её жалели. – Уорнер поднял голову и посмотрел на меня. – Я удивился, что она рассказала вам с Кэсли.

– А я не удивлена. Кэс классная. Она умеет слушать и она отличный друг. А я повела себя подло. Эмили всё мне рассказала, потому что ей пришлось это сделать.

Уорнер слабо улыбнулся.

– Я в этом сомневаюсь. Ты бываешь разной, но только не подлой.