Спасти Кэрол - Джош Малерман

Хью Бенсон был плотником и не принадлежал к любимым гробовщикам Мандерса.

– Мы копаем так, чтобы носильщикам было удобно опускать.

Мандерс кивнул.

– Все правильно, Лукас. С Бенсоном мы имеем дело не в первый раз.

Мандерс знал, что гробы от Бенсона – это всего-навсего шесть кусков дерева, грубо скрепленные гвоздями. Гробовщик вполне мог строгать свои гробы кухонным ножом.

Конечно, для Кэрол Эверс можно было найти гроб и поприличнее.

– Ждете, что будет много народу, сэр?

– Да нет, одни лишь близкие. Может быть, только сам мистер Эверс.

Лукас посмотрел на Мандерса.

– Я-то думал, сбежится весь город. Миссис Эверс все любили, сдается мне.

– Согласен, – отозвался Мандерс.

Еще минуту-другую Мандерс наблюдал за могильщиками. Вот Лукас уже стоит в могиле по колено, ритмично работая лопатой.

Мандерс глянул на могилу Джона Боуи. Все еще выглядит свежей. Немного на отшибе от прочих могил. И скоро к ее обитателю присоединится один из лучших его друзей.

– У меня дела в офисе, джентльмены, – сказал Мандерс и пошел в дом.

Дела действительно были, но, войдя в офис, он не стал ими заниматься. Вместо этого он долго сидел в темноте, глядя, как последние лучи солнца выбиваются из-за неровного горизонта, бросая сквозь оконное стекло пурпурный отсвет на его рабочий стол. Потом попытался встать, решительно постучав кончиками пальцев по ручкам кресла, но оставил свое намерение – откинулся в кресле, затем вновь наклонился вперед и кончиками пальцев постучал уже по крышке стола. Достал из его ящика лист бумаги и принялся делать заметки, в которых совсем не нуждался, поскольку и так все помнил наизусть.

Встретиться с Марси Дональдсоном по поводу цветов.

Поговорить с Августом Марблсом, узнать, какая ожидается погода.

Проверить, укрепил ли Лукас гроб.

Привезти из города колокол.

Потом он посмотрел в окно. Могильщиков уже не было видно. Все, что Мандерс смог разглядеть, так это самый высокий памятник, возвышавшийся над прочими камнями и крестами. Но Мандерсу не нужно было видеть своих работников. Память и воображение – вот что помогло ему увидеть, как Лукас с напарником ровняют края могилы, еще раз проверяя ее глубину по собственному росту.

Наконец он встал с кресла и пошел к противоположной стене офиса. Башмаки его застучали по деревянному полу, но звук их затих на коврике, лежащем перед книжными полками. Мандерс взял стоящий на нижней полке подсвечник, зажег в нем свечу и поднял ее над головой. Другой рукой он снял с полки тяжелый том в кожаном переплете и вернулся с ним к рабочему столу.

На обложке значилось: «Хэрроуз и окрестности: Книга регистрации». Черные буквы глубоко врезались в красновато-коричневую кожу. Мандерс поправил очки и открыл книгу.

Он все еще читал в свете пламени свечи, отблески которого плясали по офису, когда могильщики, закончив работу, отправились по домам. Теперь Мандерс был совсем один – и в доме, и на кладбище. Он продолжал чтение, не замечая, как пурпур заката сменился серым, а затем и темно-синим цветом, возвестившим начало ночи.

Так где она лежит?

В подвале дома Эверсов, мистер Мандерс. Девчонка видела ее аккурат позавчера.

Мандерс перевернул страницу. Тонкая бумага слегка шуршала, словно жаловалась на собственную неспособность дать Мандерсу то, что он хотел найти. А он листал и листал книгу, склоняясь над текстом все ниже и ниже, рассматривая написанные слова, начертанные имена…

Имя Александра Вульфа продолжало звучать в голове Мандерса, и он все искал и искал этого доктора, которого Дуайт Эверс назвал своим близким знакомым.

Мог ли Роберт Мандерс не слышать о живущем поблизости враче с таким именем?

Пальцы Мандерса продолжали странствовать по тонким белым страницам. Он искал, всматривался, надеялся…