Лихоимка - Надежда Храмушина

–Любых рисунков и записок.

–А зачем вам?

Илья вытащил из своего пакета листок с нарисованным лесом и протянул его Виталию:

–Это вам знакомо?

Виталий Александрович покрутил листок в руке, не особо всматриваясь в рисунок, и, нехотя сказал:

–У нас такими целые тетрадки изрисованы. А у вас откуда?

–Мы нашли в разрушенном доме в Выселках, где раньше жил Помошко, целую стопку журналов «Наука и жизнь», которые ваш отец выписывал, вот из одного он и выпал.

–Понятно. Да, были какие-то, ты ведь знаешь, он не совсем в своём уме был, особенно в последние годы. Вечно какие-то идеи, предположения одно хлеще другого. Порой такую ахинею понесёт, мы с мамкой только переглянемся и стараемся его отвлечь, чтобы не очень распалялся! После его смерти, мы часть в печке спалили, а часть у меня Сашка на чердак перетаскал, всё рассматривал их.

Я попросила:

–А можно посмотреть?

–Посмотрите. Дед вообще у меня очень странный был. Вроде и грамоты-то всего на семь классов, но любознательности и интереса ко всякому такому, научному, а ещё больше к эзотерическому было, хоть отбавляй. Мне пытался, пока я мальчишкой был, втюхать о своём опыте вне телесных путешествий. Иногда, правда, и дельное что мог сказать, но это было редко. Всё что-то записывал, рисовал. Журнал этот, «Наука и жизнь», много лет выписывал.

–А как журналы оказались в Выселках? – спросил его Илья.

–Так он сам с ними к Петру Ивановичу и поехал, попросил, чтобы его мой батя на мотоцикле туда увёз. А вечером без них пешком вернулся. Нам сказал, что его Помошко выгнал. А журналы он оставил у Марии Пустоваловой. Хотел потом забрать, да так и не собрался.

– Он с Помошко, значит, общался? – снова спросил Илья.

–Да не особо так. С Помошкой, вроде, вообще никто не общался. Вернее, Помошко ни с кем не общался. Но дед в Выселки и после смерти Помошко несколько раз ходил. Даже, как-то раз мне сказал, что видел Помошко и разговаривал с ним. Мы, конечно, покивали, да мол, хотя Помошко уже и в живых-то не было. А вы, почему заинтересовались этим Помошко?

–Мы в его доме нашли некоторые артефакты старинные, хотели бы проверить некоторые свои заключения о них.

–Понятно, ну что, пошли – он кивнул Дениске – слазишь к нам на чердак, там, в коробке свалены все его оставшиеся бумаги. Забирайте. Если не пригодятся, тогда обратно привезите. Пусть, как память, о деде останутся.

Дениска сползал на чердак и вытащил большую коробку, в которой навалом лежали тетрадки, книги и отдельные листки, исписанные мелким почерком. Мы всё это погрузили в машину. Попрощавшись с Виталием Александровичем, мы отправились в Выселки, с миссией «Проверим, как там наше полешко». Заехали в магазин, купили продукты. На выезде из деревни, мы встретили Радика на велосипеде. Мы остановились, поинтересовались, не произошло ли с ним каких- то новых событий, но, слава богу, ничего у него не произошло. Мы поехали дальше.

Наше полешко лежало, как мы его и оставили. Выглядело оно одиноко и грустно. Мы походили по деревне, но ничего нового в наше отсутствие не случилось. Мы подошли к дому Помошко, который рухнул накануне. Печка была, в основном цела, правда к ней сложно было подобраться. Мы раскидали стропила, оттащили их к огороду, покидали доски на них, балки потолочные. Дениска залез на печку, скинул оттуда кучу тряпок, я их все перетрясла, но ничего нового мы так и не нашли. Снова и снова искали мы среди обломков и хлама, надеясь найти верёвку с петлёй. Но, похоже, запас удачи на сегодняшний день был исчерпан.

 Потом мы пошли купаться на речку, чтобы смыть с себя пыль и песок от развалин. Долго сидели на берегу, любуясь бликами на воде и, склонёнными к самой воде, тонкими ивами. Дениска сбегал на гору позвонить маме. Та уже начала беспокоиться, вроде собирались мы всего на недельку, а пошла уже вторая неделя. Но, вроде, он её успокоил.

Приехали мы уже почти в девять. Ребята, не дожидаясь нас, поужинали и гоняли мячик. Мы тоже перекусили, и к игре присоединился весь мужской состав нашего отряда. Полкан тоже пытался завладеть мячом, и у него это, почти всегда, получалось. Я села под навесом и записала результат всех наших сегодняшних поездок. Потом подул сильный ветер, который нагнал на небо тучи, и начали падать крупные капли. Мы все собрались под навесом, достали коробку с бумагами Алексея Петрова и начали их разбирать. Интересы у Алексея Николаевича были очень разнообразные. Не было на свете темы, на какую бы он не размышлял. Первое, что мне попалось, были его записи о комарах. Оказывается, что комары ежегодно убивают около миллиона человек, а малярия – болезнь, которая вызывает наибольшее количество смертельных исходов. Он вывел, что каждый час от укусов комаров погибает сотня человек. На другом листке, он нарисовал орбиту Плутона, красными буквами на ней подписал: «Для полного оборота ему требуется 248 лет». И внизу ещё запись: «с момента открытия этой планеты в 1930 году, он так и не успел сделать даже один оборот вокруг солнца, следующий оборот в 2178 году». Дениска тоже очень заинтересованно просматривал записи. Потом нам сообщил, что если взять и выпарить всю соль из Мирового океана и рассыпать её ровным слоем по суше, то его толщина будет сто пятьдесят два метра. Мы долго читали друг другу разные занимательные факты, некоторые записи были с иллюстрациями, что получалось у него очень не плохо.

Наконец, Илья протянул мне тетрадь:

–Смотри, видишь, выдрана страница. Я думаю, что здесь был нарисован твой лес. Потому, что на следующей странице снова такой же лес, только он с какими-то висюльками.

Я взяла тетрадь и посмотрела на рисунок. На нём были всё те же деревья, с пальцами на стволах, только имели этих пальцы с десяток фаланг, и оканчивались они тонкими длинными перьями, рисунок был заключён в какую—то неровную сферу.

–Таких деревьев, точно, не было в моём сне.

–Может это следующее их преобразование. Ты ведь сама говорила, что пальцы начали вылезать из ствола и шевелиться. – Илья передёрнул плечами – представил, на минутку. Листай дальше. Откуда, всё-таки, он про этот лес узнал?

Я перевернула страницу. Там в столбик были записаны четырёхзначные цифры.

–И кто у нас силён в математике? – спросила я – это что ещё за шифровка «Центр-Юстасу»?

Мы разглядывали цифры, но ничего понять было не возможно. Я пролистала