Первое решение - Casperdog

Олег, мгновенно вскочив на ноги, посмотрел на деда.

— Деда, подойди ближе. Ещё ближе. ЕЩЁ! Поднял глаза на группу мужчин — ВСЕМ МОЛЧАТЬ И НЕ ДВИГАТЬСЯ! НИ ЗВУКА!!!

Когда до сетки-ограждения осталось сантиметров десять, Катя, с удивлением глядя на медвежонка, попросила деда опустить её на землю. Подошла и села, прижав руки к сетке. Медвежонок, с другой стороны ограды, уткнулся в её руки носом и блаженно засопел.

— Деда. Это ОНА, вторая половинка! — с восторгом прошептал Олег и, совершенно не осознавая что делает, вышел из вольера, подхватил Катю на руки и вернулся обратно.

А там уже сама Катя, сев на колени Олега, прижала к груди мордочку медвежонка и заплакала…

- -

Олег поднял глаза на окружающих и, увидев в руках двух сопровождающих генерала пистолеты, только помотал головой.

А Катя, словно во сне, положила на голову межвежонка свои ручки и замерла.

Потом встала, чуть качнувшись, оперевшись на руку Олега и, подняв голову, тихо сказала.

— Он мальчик. Его зовут Ырх. Это мой маленький брат, мой спутник. Ему плохо без мамы, но он уже привыкает. Он сказал, что СТАРШИЙ хороший и заботится о нём. Ещё немного и он захочет быть один, как мама. А потом, когда я его позову, он придёт. Мы теперь с ним связаны. Будем помогать друг другу.

Медвежонок внимательно слушал звуки голоса, а потом, поднявшись на задние лапы, лизнул Катю в лицо и поковылял к своей берлоге, вновь зарылся в тряпки и затих.

Слова девочки, сказанные в полнейшей тишине, услышали все. У мужчин было изумление на лицах и непонимание происходящего, а у деда восторженно блестели глаза.

— Первый «спутник», которого я смог увидеть за свою долгую жизнь. Да, Катюня, ты меня удивляешь с каждым появлением. Олег, ты почувствовал Катю, когда она общалась с мишкой?

— Деда, если честно, отрывки мыслей. Их общение было на такой высочайшей скорости, что я почти ничего не понял.

Белый, подхватив Катю на руки, вышел из вольера, плотно закрыв за собой дверь и уже все вместе пошли в беседку. Там, на столе дымил самый настоящий самовар на дровах, а вокруг, на тарелках, было много разных вкусняшек.

Сергей Павлович, незаметно подойдя к Белому с Катей, только и смог прошептать.

— И об этом тоже расскажете. Договорились?

Олег кивнул в ответ, усаживаясь на стул с Катей, которая так и не захотела слезать с его рук.

- -

За столом все молчали, будто снова прокручивая перед глазами сценку общения девочки с медвежонком. Для большинства это было непонятно и странно.

Позже разговорились и, спустя час, стали прощаться с гостеприимным дедом. Вымыли и убрали посуду, на место задвинули стулья и скамейки. Сам дед смотрел на всё это с доброй улыбкой, не принимая ни малейшего участия. Зато потом, когда прощались, каждому сказал тихо пару слов и поблагодарил за помощь.

* * *

Сели уже как положено. Генерал с сопровождающим на своей, а Виктор за рулём и Катя с Олегом на заднем сиденье. Как оказалось, что в этой машине было установлено детское кресло.

Не успели выехать из города, как Олега осенило.

— Вить, тормози, я же у деда не оставил свои шмотки.

— Так домой привезёшь, там и выгрузишь.

— А я что, так и буду из города таскать на себе всё это? У меня рук не хватит. Как-то перевешал дома сколько всё весит, что беру с собой даже на три дня, так оказалось — больше ста килограмм. Аккумулятор для лодки один весит почти тридцать кг, а бензин, а палатка, а спальники? Всё, сигналь генералу. Если не хотят подождать, то пусть едут, а мы ненадолго вернёмся.

И тут Виктор, просигналив генеральской машине, «проколся».

— Так это, Белый, машина, в который ты сейчас сидишь, твоя теперь. Только надо документы оформить, а с этим тебе помогу.

— ТЫ ЧТО СКАЗАЛ? Какая, к чёрту, моя? Моя сейчас на помойке или уже на переплавке. Не надо так шутить.

— А я не шучу, — тихо сказал Виктор, останавливаясь за машиной генерала. Вышел и, подойдя к сидевшему Сергею Павловичу, что-то сказал через опущенное стекло.

Через минуту Ярый, покинув свою машину, подойдя к другой, сел на место водителя.

— Олег. Прости, что не сказали тебе сразу, но эта машина, в которой ты сейчас сидишь, и в самом деле твоя. Хочу тебе сказать, что ни копейки с родителей, которым ты помог или будешь помогать, мы… я не взял. Это возмещение за твою, которую потерял из-за моей семьи.

— Не понял Вас, господин генерал.

— Не надо так, Олег. Ты не прав. Ты знаешь, что в тебя стреляли? Дважды. И только поэтому ты начал крутиться?

— Мне обмолвился Витя, но, если честно, не придал этому значение. В тот день боковой ветер был сильным, поэтому я и не справился с управлением, а всё остальное, извините, чушь собачья.

— «Чушь собачья», как ты говоришь? Тогда послушай то, о чём ты не знаешь. Может быть позже у тебя голова встанет на место, — и генерал рассказал о той ситуации, в которую попал Белый. О двух выстрелах и последствиях для машины. О двух снайперах, целью которых было ликвидировать именно его…

- -

Белый, дослушав до конца рассказ Ярого, не выдержал. Психанул, что на него совсем не было похоже.

— Так, получается, что я стал пешкой в Ваших играх? Да идите Вы, — и, открыв дверь машины, буквально выпрыгнул и пошёл по шоссе в направлении города.

У него в голове бурлила злость. Злость на всех, а, особенно, на ТЕХ забугорных сволочей, которые могли прервать его ПУТЬ и не дать возможности спасти Катю. И не дать родиться СУДЬЕ. И оставить его жену с дочерью сиротами. И больше не увидеть Русю…

- -

Он шёл, а слёзы от гнева и бессилия катились по щекам. Олег не оглядывался назад и не видел, как за ним, включив аварийки, медленно двигались две машины, только теперь генеральская, включив стробоскопы и выставив мигалку на крышу, обеспечивала безопасность как их, так и одинокого пешехода…

…А ещё, минут через двадцать, первым не выдержал Виктор. Остановил машину, выскочил из неё и побежал за другом.

— Стой. Стой, кому говорю! Да стой же ты, дурилка картонная. Мы так вообще до города пешком дойдём.