Темный источник - Дженнифер МакМахон

– Нет?.. А это что?! – истерично взвизгнул Райан, показывая на свою ногу. Там, чуть выше лодыжки, алели три длинные царапины, из которых сочилась кровь.

Мы с Лекси переглянулись, а Райан уже натягивал джинсы и футболку.

– Больше никогда не полезу в этот ваш долбаный бассейн! – выкрикнул он и, сунув ноги в кроссовки, помчался домой.

– Вот не знала, что ты такая гадина! – бросила я Лекси, и она отшатнулась от меня. Я еще никогда не называла ее так. На мгновение на ее лице отразилась легкая растерянность, словно она увидела меня впервые в жизни.

– Что? – переспросила она. – Почему?!

Я шагнула к ней. Теперь нас разделяло всего несколько дюймов. От Лекси пахло тиной и ржавчиной.

– Зачем ты схватила его за ногу? – требовательно спросила я и сама не узнала своего голоса – таким он был резким. – Напугать хотела, да?

– Но я его не хватала! То есть сначала я хотела схватить его за руку, чтобы вытащить, но он вырвался. Он сам выплыл, я тут ни при чем!

– Клянешься?

– Клянусь! Я вообще к нему не прикасалась, к этому твоем сопливому дружку!

Я бросила на Лекси еще один яростный взгляд. На мгновение мне вспомнилось желание, которое я загадала бассейну. Я просила, чтобы моя сестра перестала быть лучшей и особенной, чтобы ей ничего не доставалось просто так, чтобы с ней, наконец, случилось что-то плохое… Мое желание так и не исполнилось, и сейчас я чувствовала, что злюсь на бассейн сильнее, чем на Лекси.

Некоторое время мы смотрели друг на друга в упор: я – со злостью и раздражением, Лекси – ошеломленно и растерянно. Наконец я сказала:

– Если ты его не хватала, кто же его тогда поцарапал?

Лекси пожала плечами:

– Наверное, он оцарапался о бортик бассейна. Там, на глубине, довольно темно. Кроме того, если слишком долго находиться под водой без воздуха, начинаешь терять ориентацию и уже не разбираешь, где верх, а где низ. А иногда тебе начинают мерещиться… всякие вещи.

Ее слова заставили меня задуматься. Мне и самой несколько раз казалось, будто в глубине что-то движется – какое-то светлое пятно, похожее на бледную распухшую руку, которая тянулась ко мне со дна, но я объясняла это себе игрой света.

– В этой воде есть только то, что мы носим в себе, – неожиданно сказала Лекси. – И ничего, кроме этого.

Эту фразу я теперь вспоминала каждый раз, когда мне приходилось купаться в глубоких или незнакомых местах. Ничего, кроме того, что мы носим в себе… Слова Лекси пришли мне на ум и сейчас, когда я подняла голову, чтобы взглянуть на лицо Райана.

– Для одного человека этот дом слишком велик, – сказал он. – Кроме того, он стоит на отшибе и поблизости никого нет – никаких соседей. Надеюсь, ты не в нем остановилась?

– Именно в нем, – призналась я. – Но я там не одна. Утром прилетел из Флориды мой отец, так что…

Райан долго смотрел на меня. Он словно ждал, что я с ним соглашусь и скажу, что Ласточкино Гнездо – опасное место и мне не надо там ночевать. И никому не надо. Но я обманула его ожидания.

– Знаешь, – проговорил он после довольно долгой паузы, – мне очень трудно не обвинять себя в том, что случилось с Лекси. Она… она ведь приходила сюда каждый день. Утром она отправлялась на пробежку, а на обратном пути обязательно заходила выпить кофе. И я заметил… не мог не заметить: в последние дни что-то было не так.

– В каком смысле – не так? Ты имеешь в виду – ты заметил, что у нее началось обострение болезни?

– Нет, не то… – Райан покачал головой. – Даже не знаю, как сказать… Она была какая-то другая. Вроде как напуганная. И она не болтала, как обычно, обо всем подряд. Ее как будто угнетала какая-то мысль… – Он немного помолчал, потом взглянул на меня: – Испуганная Лекси… Можешь себе такое представить?

Я покачала головой. Единственный раз, когда я видела свою сестру напуганной, – это как раз в тот день, когда Райан не вынырнул из бассейна вслед за ней. Страх просто не входил в ее повседневный эмоциональный репертуар.

– Однажды мы с ней поспорили… – добавил Райан. – Как-то по-глупому поспорили…

– Из-за чего?

– Да из-за ничего, собственно… – Он отвернулся. – Из-за пустяка. Как я сказал, все вышло как-то по-глупому, но Лекси обиделась, надулась, как она умеет… умела. После этого она не появлялась здесь несколько дней. Мне, наверное, нужно было к ней сходить, проведать, но я боялся разозлить ее еще больше. Понимаешь, когда Лекси только поселилась в Гнезде, она была совсем не против того, чтобы люди приходили туда и пользовались бассейном, но потом… Потом она вдруг перестала пускать на участок посторонних и установила все эти знаки насчет «частной территории» и прочего.

– А ты не знаешь, что могло случиться? Почему Лекси решила отгородиться от всех?

– Не знаю, – сказал Райан, опуская взгляд. – Понятия не имею.

Несмотря на то что он теперь был взрослым мужчиной, я по-прежнему могла читать по его лицу, как в раскрытой книге. В том, что Райан лжет, у меня не было ни малейших сомнений. Я не знала только, почему он лжет.

Кофе был давно допит, и мы попрощались.

– Рад был снова повидаться с тобой, Джекс, – сказал Райан и крепко меня обнял.

– Взаимно, – ответила я. В первое мгновение я почувствовала, как все во мне напряглось, но почти тотчас я расслабилась и даже сумела обнять его в ответ. В конце концов, подумала я, это же Райан! Рыжий очкарик Райан, которого я знаю тысячу миллионов лет! Эта мысль помогла мне успокоиться, и я подумала, что рано или поздно я сумею заставить его рассказать мне, что же происходило с моей сестрой в последние несколько дней.

– Ну, до завтра. Увидимся на… на прощании, – сказал Райан. – Ну а если тебе что-нибудь понадобится, можешь звонить мне в любое время дня и ночи. – Он записал свой номер на салфетке и протянул мне.

Я поблагодарила и взяла в руки пиво и длинную коробку. При виде ее Райан нахмурился.

– Что это у тебя там?

– Сама не знаю. Билл отдал мне эту коробку, сказал – Лекси сделала этот заказ в каком-то интернет-магазине.

– Ладно, Джекс. Будь осторожна. И если в Ласточкином Гнезде тебе вдруг станет не по себе, сразу звони мне. После того как папа уехал, у нас в доме полно свободного места.