Бегущий человек - Стивен Кинг

Счет продолжается…

– Мы в Дерри, – сказала она.

Улицы были затоплены народом. Люди цеплялись за выступы икарнизы, сидели на балконах и верандах, с которых была вынесена летняя мебель.Все ели сэндвичи и жареных кур из жирных пакетов.

– Есть знаки Аэропорта.

– Да, я давно еду по ним. Они просто закроют ворота.

– А я просто снова пригрожу тебя убить, если они этосделают.

– Ты хочешь угнать самолет?

– Попытаюсь.

– Не сможешь.

– Конечно же не смогу.

Они взяли налево, потом – направо. Громкоговорителимонотонно упрашивали толпу рассеяться.

– Это правда твоя жена, эта женщина на снимках?

– Да, ее зовут Шейла. Нашей дочке Кэти полтора года. У неегрипп. Может быть, сейчас ей лучше. Вот почему я влез в это дело.

Над ними навис вертолет, отбрасывавший впереди себя огромнуютень на дорогу. Усиленный мегафоном голос требовал, чтобы Ричардс отпустилженщину. Когда он улетели они снова смогли говорить, она сказала:

– Твоя жена слегка похожа на бродягу. Ей бы больше о себезаботиться.

– Фотография поддельная, – равнодушно заметил Ричардс.

– Они такое сделали?

– Они такое сделали.

– Аэропорт. Подъезжаем.

– Ворота закрыты?

– Не вижу… подожди… открыты, но блокированы. Танк. Пушка нанас нацелена.

– Подъезжай к нему на 30 футов и тормози.

Машина медленно пробралась по четырехколесному шоссе мимостоявших полицейских машин, мимо непрекращающихся криков толпы. Над нимипроплыл знак: ЛЕТНОЕ ПОЛЕ.

Женщина могла видеть электрифицированное заграждение,пересекавшее болото или в лучшем случае поле по обеим сторонам от дороги. Прямовпереди стояли справочная будка и досмотр. За ними были главные ворота,блокированные танком А-62, способным посылать из своей пушки снаряды весом вчетверть мегатонны. Еще дальше – сплетение подъездов и стоянок, тянущихся ккомплексу терминалов, который скрывал из вида взлетные полосы. Надо всем этимвозвышалась огромная, как уэллсовский марсианин, вышка диспетчера, и солнце,клонившееся к закату, полыхало на ее полированных стенах. Служащие и пассажирытолпились на ближайшей стоянке, где их удерживала полиция. В ушах пульсировалглухой рев моторов, и Амелия увидела стального «Локхида Джи-Эй Суперберд»,разогревавшего двигатель на одной из взлетных полос позади главных зданийаэропорта.

– РИЧАРДС!

Она вздрогнула и испуганно посмотрела на него. Онпротестующе замахал рукой. Все нормально, мамаша. Я всего лишь помираю.

– ТЕБЕ НЕЛЬЗЯ НАХОДИТЬСЯ ВНУТРИ, – громко увещевал егоусиленный динамиками голос. – ОТПУСТИ ЖЕНЩИНУ. ВЫЙДИ.

– И что теперь? – спросила она. – Это только отсрочка. Онивыжидают, пока…

– Нужно дать им возможность подойти ближе, – сказал Ричардс.– Они некоторое время будут блефовать. Выгляни. Скажи им, что я ранен и не всебе. Скажи им, что я хочу сдаться Авиационной полиции.

– Что-что ты хочешь сделать?

– Авиационная полиция не подчиняется ни властям штата, нифедеральным властям. С 1995 года, когда был принят закон ООН, они сталимеждународной службой. Я слышал, что если сдаться им, подпадаешь под амнистию.Что-то типа того случая, когда в игре «Монополия» твоя фишка попадает наклеточку «Свободная парковка». Они, конечно, тоже дерьмо собачье. Они передадутменя Охотникам, а Охотники отволокут обратно в загон.