Как ни крути - помрешь - Ким Харрисон

Крупье согласно кивнул.

Сунув сумку под мышку и взяв в одну руку бокал, в другую –ведерко с фишками, я оглядела зал. Пляжный мальчик исчез, и я подавиларазочарованный вздох. Повесив голову, я глянула на фишки: все они были украшенытеми же переплетенными буквами «С». Не имея понятия об их номинале, япотащилась к сточу для игры в крепе: там царило оживление.

Двое мужчин расступились, давая мне место, и я им улыбнулась,пристраивая бокал и фишки на краю стола и пытаясь вычислить, почему одни людибурно радуются выпавшей пятерке, а другие так же бурно расстраиваются. Один изуступивших мне место колдунов стоял слишком близко, и я начала гадать, когда жеон применит ко мне любимую технику съема.

Разумеется, я дождалась. После очередного кона он одарилменя нежной улыбкой и объявил:

– Ну, вот и я. Какие у тебя два последних желания?

У меня руки затряслись, пришлось сделать усилие, чтобызаставить их лежать спокойно.

– Ой, – сказала я. – Не надо, а?

– Что за манеры, крошка! – громко сказал он, надеясьменя смутить, но я сама себя могла бы смутить не в пример быстрее.

Шум игры словно растворился, когда я вперилась в колдунавзглядом, и уже почти готова была выдать ему сполна (он мое самоуважениеоскорбил донельзя) – но тут откуда ни возьмись появился пляжный мальчик.

– Сэр, – спокойно сказал он. – Хуже попытки завязатьзнакомство я еще не видел – вы не только оскорбили даму, – но и Проявилиприскорбное отсутствие предвидения. Я бы посоветовал вам уйти до того, как юнаядама нанесет вам травмы с необратимыми последствиями.

Он меня защищал, но давал понять, что я и сама за себяпостоять могу – задачка не из тех, которые укладываются в один абзац, не то чтов одну фразу. Я впечатлилась.

Мастер быстрого съема набрал воздуху, глянул мне за спину ипередумал говорить. Бормоча себе под нос, прихватил свой стакан и приятеля искрылся.

Со вздохом облегчения я повернулась к пляжному завсегдатаю.– Спасибо, – сказала я, приглядываясь к нему внимательней. У него были кариеглаза и тонкие губы, а когда он улыбался, улыбались и губы, и глаза – честнойвесело. Явно не так уж давно в его родословной был кто-то с Дальнего Востока,подаривший ему в наследство прямые черные волосы и маленькие нос и рот.

Он кивнул, явно смущенный.

– Не стоит благодарности. Надо что-то сделать, чтобыотучить мужчин от этого захода. – Волевое лицо приняло выражение фальшивойискренности: – А другие два желания у тебя есть? – спросил он и хихикнул.

Я расхохоталась и отвернулась к столу, подумав, что зубы уменя слишком крупные.

– Меня зовут Ли, – сказал он, прерывая молчание дотого, как оно стало неловким.

– Рэйчел, – с облегчением ответила я, принимаяпротянутую руку.

От него пахло песком и красным деревом, и тонкие пальцысжали мою ладонь с той же силой, что и мои – его. Только наши руки мгновенноотдернулись. Я вскинула на него глаза, когда обмен лей-линейной энергией междунами прекратился.

– Прости, – произнес он, пряча руку за спину. – Укого-то из нас слишком низкий уровень.

– Наверное, у меня, – сказала я, подавляя желаниевытереть руку. – Я не храню энергию в фамилиаре.

У Ли брови поднялись:

– Правде? Я не мог не заметить, как ты смотрела наздешнюю защиту.

Теперь я смутилась по-настоящему. Пришлось отпить коктейля иотвернуться – как будто чтобы опереться локтями на поручень стола.

– Я не хотела, – буркнула я, глядя на крутящийсяянтарного цвета кубик. – Не думала, что система среагирует. Я просто хотела получшерассмотреть… э-э… тебя, – закончила я, наверняка красная под стать собственнымволосам.

О Господи, надо же так все испортить Но Ли, кажется, толькоразвеселился. Зубы у него просто сияли белизной на фоне загорелого лица.

– А я – тебя.

У него был приятный акцент. Западное побережье, может? Мненевольно импонировала его легкая манера поведения, но когда он сделал глотокбелого вина из своего бокала, мой взгляд упал на запястье, показавшееся из-подманжеты, и сердце на миг Остановилось. Там был шрам. Точно как мой.

– У тебя шрам от де… – Он вскинул на меня глаза, и язамолчала на полуслове. – Прости.

Ли быстро оглядел стоящих поблизости. Вроде бы никто нерасслышал.

– Ничего, – тихо сказал он, чуть прищурив карие глаза.– ')то случайно вышло.

Я прислонилась спиной к поручню, понимая теперь, почему моязапятнанная демоном аура его не отпугнула.

– А что, не у всех так? – спросила я и удивилась, когдаон помотал головой.

Но потом вспомнила Ника и прикусила губу.

– А как ты свой получила? – спросил он. Настала мояочередь нервничать.

– Я умирала, и он меня спас. Я должна ему услугу за то,что он пронес меня через линии. – Вряд ли стоило докладывать Ли, что ядемонский фамилиар. – А ты?

– Любопытство сгубило. Прищурившись, он нахмурился,вспоминая. Заинтересовавшись, я еще раз его оглядела. Имени Ала мне произноситьнельзя – или я нарушу условие, по которому он сообщил мне имя, чтобы еговызывать, но мне хотелось знать, тот же это демон или другой.

– А он носит зеленый бархат? – спросила я.

Ли вздрогнул. Карие глаза под прямой челкой округлились, апотом на губах появилась улыбка соучастника.

– Да. И говорит с британским акцентом…

– И помешан на глазури и картошке-фри? – прервала я. Ликивнул и хихикнул:

– Когда в моего отца не превращается.

– Ты подумай, а? – сказала я, испытывая к нему страннородственные чувства. – Тот же самый! Натягивая рукав, чтобы скрыть метку, Липрислонился боком к игорному столу.

– У тебя круто получается с лей-линиями, – сказал он. –От него получаешь инструкции?

– Нет! – отрезала я. – Я колдунья земли.

Я покрутила пальцем с кольцом от веснушек и тронула шнурокот амулета, который должен был развевать мои волосы. Ли перевел взгляд от меткиу меня на запястье к потолку.

– Но ты… – протянул он.

Я покачала головой и сделала глоток коктейля.

– Я же говорила, это случайность. Я не практикуюлей-линейную магию. Курс слушала, правда. Но неполный. Недослушала из-за смертипреподавателя.

Он недоверчиво моргнул.

– Доктор Андерс? – выпалил он. – Ты слушала курс удоктора Андерс?

– Ты ее знал? – Я встала поровнее.

– Слышал о ней. – Он наклонился ближе. – Она былалучшей лей-линейщицей к востоку от Миссисипи. Я сюда нарочно приехал, чтобы унее учиться. Все говорили, что лучше ее не найти.