Больные ублюдки - Мэтт Шоу

Правда, я не увидел способа открыть ворота с этой стороны стены, но это было не важно. Есть и другие пути перебраться. В худшем случае мы просто снесём их машиной.

Моя голова все еще болела, но это уже не беспокоило меня так сильно, как раньше. Сейчас я возвращался к своей семье (не к своей семье, ну да ладно) с новостями о том, что мир не уничтожен. Я чувствовал себя героем. Героем, которым я так отчаянно хотел стать, когда впервые покинул дом, а не тем, каким вернулся в мир (убийцей).

Я мысленно вернулся к кровавому туману, который хлынул из обрубка шеи мужчины, когда я снёс его голову. Мои мысли вернулись к зубам, разрывающим плоть, которую мы вырезали из его тела. Мое воображение заставило мой рот наполниться слюной от одного лишь намека на плоть. Я выбросил эти мысли из головы и попытался сосредоточиться на том, что почувствуют Mама и Папа, когда я расскажу им хорошие новости о мире и о том, что я знаю, где выход.

Все будет хорошо.

Мама сидела позади меня, в моем сознании, поглаживая мои гениталии, когда я сильнее нажал ногой на педаль газа. Когда я вел машину, я почувствовал, как у меня началась эрекция. Ну и что с того... что мы с Mамой делали. И что с того, что я трахался с Cестрой, теперь в этом нет ничего плохого. Они же не мои родственники. Это естественно. Похотливые мысли быстро сменились другими. На смену им пришли образы того, что я сделал с техником в кабинете. Убийство. Трапеза.

Черт бы тебя побрал, - подумал я, снова стряхивая с себя эти мысли.

Уже почти дома. Должно быть, я уже почти дома. Это не мой дом - я здесь не живу. А нет, я живу... Я живу... Я не смог найти свой прежний дом в запутанных мыслях, гудящих в моей голове. Мой разум был слишком затуманен каннибализмом, еблей и убийствами. Да что со мной не так? Ничего. Во всяком случае, это не моя вина.

Все будет хорошо, когда я заберу Mать, Oтца и Cестру, и мы все выберемся отсюда. Вернемся в реальный мир. Вернемся к нашим семьям...

Но как мы можем вернуться к ним, если не можем вспомнить, кто они такие? Вернутся ли эти мысли к нам когда-нибудь, или мы будем вечно мучиться напоминаниями о зверствах, которые совершили, когда жили вместе как семья? Эти мысли - плохие мысли - они легко забудутся, когда мы вернёмся к нормальной жизни, или это вещи, которые мы никогда не сможем забыть? Я подозреваю последнее.

Я резко нажал на тормоз, и машина резко затормозила посреди дороги.

Мое возможное будущее

Несмотря на то, что мы вернулись в наши собственные семьи, когда вернулись в «реальный мир», Oтец, Mать, Cестра и я поклялись оставаться на связи. У нас была общая связь (тот опыт, который мы пережили), и иногда было хорошо собраться вместе и поговорить о прошедших днях. В конце концов, мы не могли их забыть. Их невозможно было забыть. Дурные мысли, которые только подпитывали неприятные кошмары, тревожили наши сны. Мы чувствовали, что это хорошо - встречаться и говорить о них раз в месяц, может быть, пару раз в месяц, в зависимости от того, сможем ли мы вписать это в наши графики.

Это было так, как если бы мы разговаривали об этом с людьми, которые прошли через то же, что и мы, помогли очистить наши души и временно избавить нас от внутренних демонов, которые засели в нашем сознании. Не знаю, почему это так работало - просто работало.

Это также означало, что мы можем продолжать встречаться.

Некоторые из худших моментов моей жизни были с этими тремя незнакомцами, которых я все еще считал своей семьей, и все же некоторые из лучших моментов моей жизни тоже были с ними. Сегодня был один из них, когда я лежал на своей большой, удобной кровати с Кармен и Келли, которые работали над моим членом. Одна - ртом, другая - языком и рукой.

Я не мог быть счастливее, когда получил сообщение от Брайана, что он не сможет приехать сегодня, но он надеется, что наша «встреча» пройдет хорошо. Как только я прочитал это сообщение девочкам, то сразу понял, что оно означает.

Келли, все еще умело проводя языком по моей мошонке, перестроилась, пока не оказалась на моем лице. Я не мог не вспомнить, как она сделала это в первый раз. В тот день, когда я думал, что она моя настоящая мать. Когда она села мне на лицо, прижав свою пизду к моему рту, я почувствовал тошноту, когда ее соки размазались по моему лицу. Но теперь все по-другому. Теперь я не мог насытиться ее вкусом и активно пытаюсь опустить ее на свое лицо, держа ее за талию и толкая вниз. Даже если она захочет слезть, ей придется бороться с моей хваткой, но она никогда этого не делала.

Я вытащил свой язык из ее сладкой на вкус киски и немного приподнялся на кровати, чтобы облизать ее задницу. Не то что я когда-либо делал это раньше - насколько я помню - и не знаю, почему я почувствовал желание сделать это на этот раз, но, как только я толкнул его языком, я понял, что это был отличный ход, и в течение нескольких секунд я почувствовал знакомое и приятное покалывание приближающегося оргазма.

Я вылез и приглушенно прошептал:

- Я сейчас кончу!

Так и случилось. Это был самый мощный оргазм, который я испытал за все время, что мог вспомнить. Кармен - хорошая девочка - поймала всю сперму ртом и, должно быть, проглотила, потому что я не почувствовал, чтобы что-то выплеснулось на мое обнаженное тело.

Келли отодвинулась от моего лица, как только мои руки замертво упали на кровать. Она перестала лизать мои яички и начала страстно целовать Кармен в губы. Я не мог не смотреть на них с восхищением, пока они обменивались моей спермой из одного рта в другой - обе девушки, казалось, не могли насытиться ею.

Надеюсь, они не захотят поцеловать меня потом.

Обе девушки отодвинулись от моего тела, давая мне возможность пошевелиться и сесть. Келли лежала на спине, а Кармен целовала ее, пока ее лицо не оказалось между раздвинутыми ногами