Больные ублюдки - Мэтт Шоу

Она выглядела примерно моего возраста (за тридцать). Темные волосы до пояса, стянутые сзади в конский хвост, и очки, которые делали ее одновременно милой и умной (не то чтобы она нуждалась в очках, чтобы доказать свой очевидный интеллект).

Я улыбнулся ей, но она этого не заметила или предпочла проигнорировать. Наверно, это профессиональное.

- Мы почти закончили.

Она положила последний листок анкеты обратно в папку, с которой первоначально принесла его в комнату, и прикрепила ручку к карману своего длинного белого халата.

- Да уж... Ну... Так что, я подходящий кандидат для этой работы? - переспросил я.

Дама улыбнулась мне.

- Мы все обсудим и дадим вам знать, - сказала она, вставая.

- А-а... ну да... У вас есть мой домашний номер и мобильный телефон, но, вероятно, лучше всего вам воспользоваться моим мобильным телефоном. Просто я иногда отключаю свой домашний. Слишком часто звонят со всякими ненужными предложениями.

Женщина прервала меня:

- Можете не уходить. Мы получим ответ в течение ближайших двух часов. Дальше по коридору есть комната ожидания. Я отведу вас туда прямо сейчас.

- Ну да, конечно. Хорошо. Я имею в виду спасибо.

Я встал и последовал за хорошенькой леди, которая вела меня по длинному коридору с множеством дверей. Через маленькие окошки в дверях я видел других людей, которых допрашивали по той же схеме, что и меня. Так много претендентов, но я полагаю, что этого следовало ожидать с теми деньгами, которые они предлагали людям, которые успешно завершат проект.

Дама остановилась у двери и открыла ее для меня. Она не вошла в комнату. Она держала дверь открытой и жестом показала заходить.

- Там есть закуски, много журналов и тому подобного, чтобы занять вас. Заходите и чувствуйте себя как дома, - сказала она, - мы свяжемся с вами, как только примем решение относительно вашего статуса.

Я кивнул и вошел в довольно просторную комнату.

Там были три других человека, пожилая пара и девочка-подросток, может быть, ей было чуть больше шестнадцати. Дверь за мной закрылась, и счастливая троица повернулась ко мне.

- А вот и еще один, - сказал мужчина. – Проходите, присаживайтесь.

Я робко поздоровался и сел за стол, за которым они сидели. В дальнем конце комнаты стоял ряд столов, соединенных вместе и накрытых белой драпировкой. Эти столы были уставлены различными тарелками с бутербродами и другими видами «закусок», такими как коктейльные сосиски, колбасные рулеты, чипсы, арахис и все, что можно себе представить.

- Я - Брайан, это - Келли. И...- он повернулся к младшей из двух женщин... Извини... Я опять забыл, как тебя зовут, - oн рассмеялся. - Я же говорил тебе, что плохо запоминаю имена.

- Кармен.

- А это - Кармен...

- Джон, - сказал я, усаживаясь. - Значит, вы все здесь из-за рекламы? Правительственная исследовательская программа? - oни кивнули. - Я не думаю, что они рассказали нам, в чём на самом деле будет заключаться исследование.

- Они не скажут, - сказала Кармен, взяв кусочек помидора из своего бутерброда и положив его на край бумажной тарелки, которую она ранее наполнила закусками. - Oчевидно, это совершенно секретно, и мы узнаем только тогда, когда они выберут нас. Я надеюсь, что они выберут нас. Такие деньги нам точно пригодятся, - сказала Кармен.

Я улыбнулся ей, и она застенчиво улыбнулась в ответ. Еще одна хорошенькая девушка.

- Ну и как долго вы ждёте? - переспросил я.

- Два часа.

- Полтора года.

- Я вошла минут за десять до тебя, - сказала Кармен.

Когда разговор немного иссяк, я обвел взглядом комнату и заметил камеру, прикрепленную к потолку в углу; красный мигающий огонек намекал, что она работает.

- Мне кажется, за нами следят, - сказал я остальным.

Они обернулись и увидели камеру.

- Вероятно, чтобы убедиться, что мы не говорим о тестах, которые мы делали, - сказал Брайан, поворачиваясь ко мне лицом. Остальные тоже отвернулись от камеры. - Если ты чувствуешь себя неловко из-за этого, то ты, вероятно, не в том месте. Ты можешь быть уверен, что, какой бы ни была программа, там будет достаточно камер, чтобы отслеживать наш прогресс и убедиться, что мы играем по их правилам.

Остальные пробормотали что-то в знак согласия. Я знал, что они снимали меня для некоторых интервью, которые я прошел в течение первой части дня, но я не чувствовал себя особенно комфортно из-за этого. Я просто представил себе, как кадры заканчиваются в каком-то ужасном телевизионном шоу, наполненном идиотами, делающими из себя дураков, которые просятся на то, на что они претендуют. Наверно, я параноик.

* * *

Я не знаю, сколько времени мы просидели в этой комнате, так как у меня не было часов, и я не хотел продолжать беспокоить остальных в течение этого времени. Красивая леди, которая привела меня сюда, сказала, что они решат так быстро, как только смогут. Может быть, терпение - это одна из добродетелей, которые они ищут в своих кандидатах?

Я провел некоторое время в ожидании, разговаривая с другими людьми в комнате, но это дошло до стадии, когда разговор между нами иссяк, и я обнаружил, что сижу в углу с тарелкой еды на коленях, глядя в окно и представляя, на что я мог бы потратить эти деньги. Я бы начал с того, что погасил свои долги. Они не были существенными, но их было достаточно, чтобы быть неприятностью каждый месяц, особенно с низким доходом от моей работы. Я должен был проводить больше времени за учебниками и меньше времени с моими друзьями, которые бросили меня и сумели найти себе достойную работу с достойной зарплатой.

Внезапно дверь открылась, и вошла хорошенькая дама. За ней следовали несколько крупных мужчин. В то время как она была одета в тот же лабораторный халат, в котором я видел ее раньше, эти люди были одеты в черную униформу и выглядели совершенно неуместно.

Мы все остались на своих местах, когда женщина прошла в переднюю часть комнаты рядом со столом. Она положила папку (которую несла под мышкой) на соседний столик. Я поставил тарелку с едой на стол рядом с тем местом, где сидел, и приготовился