Последний вампир - Уитли Страйбер

– А вы не собираетесь привести ее в чувство? – спросила Лео.

Мириам расхохоталась.

– Они ей нравятся холодненькие! У Сары странные привычки.

Мириам имела в виду, что кровь страдающей жертвы гораздо вкуснее: адреналин придает ей восхитительную пикантность.

Лео обошла стол и наклонилась, чтобы лучше наблюдать за процессом насыщения. Щеки Сары горели от смущения, душу терзал стыд. Но кровь уже капала... Боже, какой сладостный запах!

Вдруг женщина, дернувшись, слабо застонала.

– Мне снова ударить? – Лео вопросительно смотрела на Мириам.

– Будь добра, – с трудом выговорила Сара. – Лео, прошу тебя!

Мириам остановила руку Лео.

Жертва открыла глаза. Сара злобно взглянула на Мириам.

– Мири!

– Лео, не смей шевелиться!

– Какого черта?

Женщина попыталась сесть, и Сара толчком уложила ее обратно на стол, снова пронзила ланцетом артерию и плотно сомкнула губы на шее жертвы Оборванка дергалась и сопротивлялась, но Мири удерживала ей голову и заставила Лео лечь поперек туловища.

Стенки артерии сопротивлялись, но затем расслабились, и в глотку Сары хлынул поток свежей теплой соленой крови. Эффект был в тысячи раз сильнее, чем от укола чистейшего героина. По коже пробежали мурашки, ее охватила дрожь от кончиков пальцев до макушки, волна восторга прокатилась по телу, как при оргазме. Откуда-то издалека доносился плач Лео и голос Мириам, спокойный и вкрадчивый, произносивший отнюдь не искренние слова утешения.

Сара продолжала глотать, вопли старухи сменились рычащим бормотанием. Наконец сердце остановилось, и поток крови ослаб. Сара выпрямилась над безжизненным телом.

В дальнем конце кухни стояла Лео с округлившимися глазами и прижатыми к груди руками.

– Подойди ко мне, – велела Мириам. Девушка покачала головой. Тогда Мириам сама подошла к ней и потянула ее за руку.

– Смотри!

Одним мощным глотком Мириам исторгла из старухи последние капли жидкости. Кожа мгновенно обтянула тело, превращаясь в сухой пергамент, хрящи лопались, а мускулы напоминали узловатые веревки.

Взгляд Лео стал диким, она повернулась и побежала к двери. Мириам настигла ее в мгновение ока и схватив за воротник, залепила ей пощечину так, что голову свернуло набок.

– Заткнись!

Мириам метнула озлобленный взгляд на Сару, которую уже охватывала эйфория, наступавшая каждый раз после особенно удачной трапезы. Моральные терзания имеют свои границы. Сейчас она пребывала в полном ладу со всем миром.

– Отведи Лео вниз и покажи ей, как правильно сжечь останки. Чтобы даже пепла не осталось. Слышишь?

– Да, Мири.

– Простите меня! – забормотала Лео, размазывая слезы по щекам. – Я запаниковала. – Она осторожно дотронулась до черепа, туго обтянутого кожей. – Невероятно!

– Это небольшая плата за обладание вечной жизнью, моя дорогая.

* * *

Они сожгли останки в голубоватом пламени.

Сара внимательно следила за температурой в печи.

– Ну как, весело?

– Веселье здесь неуместно, – напыщенно заявила Лео. – Все-таки женщине пришлось расстаться с жизнью.

– Ради того, чтобы я утолила голод? Наверное, мне следовало убить себя.

– Нет, ты имеешь право! Тебя такой сотворила природа.

– Природа здесь ни при чем. Это дело рук Мириам Блейлок. И с тобой она намерена поступить точно так же.

– Мириам Блейлок и есть природа. Если она даст мне свою кровь, то для меня это явится величайшим благодеянием.

Только они начали подниматься по лестнице как услышали голос Мириам:

– Зайдите ко мне в кабинет, пожалуйста. Сара испытала настоящий шок, когда разглядела, в каком та была виде: без одежды и без каких-либо следов косметики. На лысой голове начали отрастать волосы, образуя светлую щетинку. Лео удивленно охнула. Сара взяла ее за руку и сказала:

– Не бойся.

– Но ведь она...

– Она не человек, Лео.

И все-таки Сара любила свою госпожу, которая дарила страстные поцелуи и ласки ее дрожавшему от возбуждения телу. «Ты моя красавица, – приговаривала Мириам, покрывая поцелуями ее губы, глаза, влажное лоно. – Хорошенькая, как ангелочек».

Лео не смогла сдержать крик ужаса, глядя на приближавшееся к ней высокое существо с ярко-красными глазами и тонкими, как проволока, губами. Мириам взяла Лео за руку – итак, ловушка захлопнулась. Что бы девушка сейчас ни делала, ей не освободиться от железной хватки нежных на вид пальцев. С одной стороны, Сару охватил невольный ужас от того, как быстро действовала Мириам, так что у девчонки не было времени как следует подумать. Но в то же время ее интересовал процесс переливания крови, и она рада была возможности понаблюдать за ним.

Последствия насыщения начали сказываться, поэтому Сара испытывала необычайную приподнятость духа. Но через час или два наступит Сон,и тогда она вверит свое тело и душу заботам и защите своей почитаемой и презираемой повелительницы. Мириам, конечно, укротила Сару, но только до известной степени. Но и Сара, в свою очередь, воздействовала на Мириам, тем более что их объединяло желание испытывать восторг от обладания друг другом.

Инструмент для переливания крови – черный шланг, снабженный маленькой ручной помпой и двумя большими серебряными иголками, – уже свисал с руки Мириам. Спотыкаясь, Лео последовала за Мириам в маленькую комнату, смежную с кабинетом. Благодаря стараниям доктора Робертс, она напоминала хорошо оснащенную больничную палату. Мириам похлопала по блестевшему никелем смотровому столу, и Лео взгромоздилась на него.

– Принеси пакеты со льдом, – велела Мириам Саре.

– Какие еще пакеты? – поинтересовалась Лео.

– Для этой процедуры мы используем пакеты со льдом, – сказала Мириам. – А теперь раздевайся. Быстро!

Лео послушно сбросила одежду на пол и улеглась на столе, вытянув по бокам руки.

– Я боюсь иголок, – сказала Лео, когда Сара начала нащупывать вену.

– Сейчас тебе перельют кровь твоих вечных Властителей, – заговорила проникновенным голосом Мириам – Ты станешь частью меня, а я стану тобой. Поняла?

– Думаю, да, – испуганно прошептала Лео.

– Тебе будет дарована вечная жизнь.

– Мири!

Мириам бросила на Сару устрашающий взгляд: «Молчи!»

– Вечная жизнь! Но ты будешь связана со мной неразрывной связью, тебе придется беспрекословно угождать мне. Поняла?

Лео повернула заплаканное лицо к Саре, и та прочла в ее глазах безмолвный призыв о помощи.