Темный источник - Дженнифер МакМахон

В зале засмеялись. Несколько человек кивнули, а Тед улыбнулся. Он знал эту историю и сам не раз рассказывал знакомым, когда хотел похвастаться, какая у него умница-дочь. Я перевела дух и продолжила:

– …Лекси взяла большую коробку от холодильника и оклеила фольгой. По бокам и наверху она прорезала иллюминаторы и затянула пищевой пленкой. Потом она перетащила коробку в нашу комнату, закрыла дверь и опустила жалюзи, так что внутри стало темно. А потом Лекси сотворила маленькое чудо. Она взяла большой электрический фонарь, с которым мы ходили в походы, и надела на него консервную банку без дна. Вместо дна была фольга, в которой Лекси проткнула иголкой множество отверстий. И вот когда она включила фонарь и направила его вверх, я увидела, как потолок нашей комнаты превратился в звездное небо…

Зажмурив глаза, я представила себе эту картину и на несколько мгновений словно вернулась в прошлое. Я даже услышала, как голос Лекси произнес: «Начинаю обратный отсчет! Залезай скорее внутрь, Джекс, иначе мы опоздаем!»

Слегка откашлявшись, я продолжила:

– …В тот день мы облетели всю Галактику, потрогали кольца Сатурна и устроили пикник на Плутоне. Лекси вращала фонарь, и звезды тоже вращались, так что у меня даже закружилась голова. Это было так чудесно, что мне совсем не хотелось возвращаться на Землю. Немногим людям дано владеть волшебством. Моей сестре это было дано… – закончила я.

* * *

Когда церемония закончилась, мы пригласили всех на поминки в Ласточкино Гнездо. Перед отъездом туда многие подходили к нам и говорили, что прощание получилось на редкость трогательным. Диана, стоя рядом со мной, представляла мне тех, кого я не знала. Я честно пыталась запомнить лица и имена, но уже очень скоро они так перепутались у меня в голове, что я бросила это занятие.

Самым любопытным мне показалось, что почти каждый из пришедших на прощание горожан мог рассказать мне что-то о моей сестре. Так я узнала, что Лекси каждую среду ездила на фермерский рынок и покупала там выращенную на органических удобрениях клубнику, чтобы готовить джем. Кто-то спросил, пробовала ли я когда-нибудь этот джем, и мне пришлось солгать – сказать, что да, конечно, было очень вкусно, такого замечательного джема я никогда в жизни не пробовала. Потом какая-то женщина сообщила мне, что Лекси писала чу́дные акварели и даже выставляла их на местной ярмарке ремесел.

– Я и не знала, что Лекси рисует, – ляпнула я, не в силах скрыть свое удивление.

Женщина – я смутно помнила, что ее фамилия Диган и она является председателем местной гильдии искусств, – смерила меня недоуменным взглядом. Как можно не знать такие вещи о своей родной сестре, словно хотела она сказать. Впрочем, вслух миссис Диган сказала совсем другое.

– Лекси была очень талантлива. Все акварели, которые она выставляла, были проданы. Я сама купила одну.

Между тем моя мигрень потихоньку набирала силу, и каждая история, каждый факт, который я узнавала о сестре, вонзались в мой мозг точно раскаленный гвоздь. Похоже, я действительно многого не знала о Лекси – о человеке, с которым когда-то делилась самым сокровенным.

– Если можно, я бы хотела на нее взглянуть, – сказала я. Миссис Диган кивнула и растворилась в толпе, а я бросилась искать отца.

– Ты знал, что Лекси рисует? – требовательно спросила я, обнаружив его в другой группе гостей.

– Да, она писала. Акварелью, – сказал Тед. – Разве ты не видела ее рисунки, когда убиралась в доме?

Ну, разумеется, он знал! Он знал, а я – нет.

– Нет, ничего такого я не видела, – ответила я. В самом деле, среди гор мусора и грязной посуды я обнаружила лишь бесчисленные тетрадные листки с записями. Ни рисунков, ни набросков, ни красок или кистей нам не попадалось.

Выразить свое недоумение отец не успел: к нам подошли Райан со своей бабушкой Ширли, которая была лучшей подругой моей бабушки.

– Как приятно снова видеть тебя, дорогая, – сказала Ширли, обнимая меня на удивление крепко для восьмидесятивосьмилетней женщины. От нее пахло фиксатуаром и сиренью. Этот запах так сильно напомнил мне мою собственную бабушку, что я снова почувствовала выступившие на глазах слезы. Машинально отвернувшись, я вдруг заметила мать Райана Терри, которая разговаривала о чем-то с Дианой. Терри выглядела просто замечательно: если бы не трость, на которую она опиралась, я бы ни за что не поверила, будто она испытывает какие-то проблемы со здоровьем. Казалось, ее переполняют силы и энергия – так оживленно она кивала в ответ на что-то, что говорила моя тетка.

Райан проследил за моим взглядом, потом снова посмотрел на меня.

– Мне надо отвезти бабушку обратно в Эджвуд, – сказал он. – Это не займет много времени. Потом мы с мамой приедем к вам в Ласточкино Гнездо. – Он повернулся к Ширли и проговорил чуть громче, четко выговаривая слова:

– Побудь пока здесь, ба! Я подгоню машину прямо ко входу и отвезу тебя. – Он поцеловал ее в напудренную щеку и исчез. Ширли повернулась ко мне.

– Извини, что не смогу поехать к вам вместе со всеми, – сказала она. – В последнее время я что-то очень ослабела.

– Ничего страшного, я все понимаю… – Я взяла ее за руку. – Я вам очень благодарна, что вы смогли прийти хотя бы на прощание.

Она сжала мои пальцы, и я снова удивилась силе ее пальцев, которые выглядели совсем тонкими и слабыми.

– Старость не радость, моя дорогая. Это все равно что снова стать ребенком – окружающие начинают разговаривать с тобой так, словно ты их не понимаешь, не слышишь или не слушаешь. Они говорят тебе, что можно, а что нельзя, беспокоятся, что ты устанешь, и объясняют тебе простейшие вещи, которые ты и без них прекрасно понимаешь. В общем, сплошная морока!.. Твоя бабушка поступила очень мудро, умерев еще до того, как все это началось.

Я слушала ее и кивала, не зная, что говорить. Судя по всему, Ширли была совершенно уверена, что у моей бабушки был выбор и она поступила совершенно сознательно и исключительно разумно, когда отправилась в туристическую поездку и умерла от сердечного приступа в далекой Аризоне.

– Что касается твоей сестры, то она значила для меня очень много, – сказала Ширли, и ее блеклые гла́зки наполнились слезами. Заключив мое лицо в ладони, как делала моя бабушка, она заставила меня слегка наклониться и проговорила негромко, но твердо: – Имей в виду, на самом деле Лекси вовсе не ушла в небытие.

Сейчас мне было крайне не с руки выслушивать уверения в том, будто моя сестра превратилась в ангела и спокойно живет-поживает у себя на небесах, но спорить с престарелой дамой по поводу ее религиозных воззрений мне не хотелось, поэтому я только еще раз кивнула. Признаюсь честно, я испытала большое облегчение, когда краем глаза заметила направлявшегося в нашу сторону Райана.

– Вот и я, ба, – сказал он – Ты готова?

– Сходи к бассейну, детка, – прошептала Ширли мне в самое ухо. – Там ты найдешь свою сестру.