Гнилые Мхи - Елена Ликина

— А толку душу рвать? Они ведь наши страхи сразу чуют, вот и лезут. Да не бойся ты! — Лидия Васильевна махнула в сторону порога. — Видала ягодки? Они как загородка, никого не пропустят внутрь.

— Всего лишь рябина…

— Её нечисть сильно не любит. А некоторая так даже опасается.

И всё же заверения Лидии Васильевны Варвару не успокоили. Беспорядочно пометавшись по комнатушке, она решительно направилась к двери.

— Я не могу здесь оставаться. Хватит с меня деревенских ужастиков!

— Далеко собралась?

— Искать выход из леса! Мне на работу завтра. Да и вообще, нужно валить отсюда.

— Что без толку блукать. Всё равно не перейдём границу. Вот как ты сюда попала?

— А вы?

— Сама не пойму толком. Я когда до Мхов добрела, не к деревне завернула, а к болоту. Уж такие зонтики там росли, рука сама тянулась взять. И чем дальше, тем крупнее да краше. Хорошо, я вовремя спохватилась. Не отважилась в глубь соваться. Испугалась, что завязну.

Ещё и дождь зарядил. Я — в деревню. Думаю, про дорогу узнаю, попрошусь пересидеть непогоду.

А у крайнего дома, в огородике, такие тыквы отменные выросли! Оранжевые, яркие. Вырви глаз, а не цвет! Может, обратила внимание?

— Тыквы? — удивилась Варвара. — Где вы их там нашли?

— Были, были. Росли во множестве. И рябины красивые. Раскидистые.

Лидия Васильевна мечтательно прищурилась и продолжила:

— Я, признаться, фотографирую всякое. Жучков. Цветочки. Кошечек да собачек. Для себя. У меня телефон простенький, да мне и не надо наворотов. Ну, и засмотрелась. А сзади бабка какая-то, нелюбезная, прямо скажем. Послала меня, да еще и прошипела вслед что-то вроде «бродить тебе не перебродить».

И веришь, Варя, я когда напоследок обернулась — не увидела ни одной рябинки, ни одной тыковки! Куда только подевались все?.. И бабки не увидела. Вот так-то. Но с той поры и брожу.

Часть 4

Лидия Васильевна повздыхала, а после снова спросила Варвару про еду.

— Вы издеваетесь? Или грибов предложить хотите? Так я их не приемлю. Ни в каком виде.

— Можно было бы и грибов, такое добро пропадает. Да ведь готовить не на чем.

— Если не на чем — зачем спрашиваете?

— Собираюсь службу доставки призвать, — старушенция чуть приподняла перевернутое ведро и, склонившись к нему, проговорила негромко. — Супа хочу. Да чтоб не холодный был. Уж разогрей, постарайся!

В ответ донеслось неразборчивое ворчание.

— Нету? — разочарованно переспросила Лидия Васильевна. — А что тогда предложишь?

Из-под ведра вновь донеслось бормотание.

— Ну, тащи пирожки. Так даже вкуснее. Сейчас перекусим и настроение улучшится, — Лидия Васильевна подмигнула Варваре и улыбнулась.

Оторопевшая Варвара не успела вымолвить и слова, как под ведром брякнуло и оттуда высунулась трёхпалая лапа и брякнула об пол миску с плоскими, чуть пригоревшими пирожками.

— Поосторожнее! — прикрикнула Лидия Васильевна и тут же поблагодарила подносительницу, пообещав спеть арию из своего репертуара.

Под ведром довольно заурчало, лапа взмахнула на прощание и втянулась обратно.

— Вы меня обманули! — Варвару затрясло. — Вы с ними заодно! Ведь заодно, да? Специально мне голову морочили?

— Да что ты дёргаешься всё? Поешь лучше. А на будущее пустырника попей. Или капли… Не помню кого… Успокаивающие. Для нервов.

— Лидия Васильевна! Не виляйте! Признавайтесь, вы заодно с деревенскими бабками?

Лидия Васильевна откусила кусочек пирожка и задумчиво прожевала.

— Тесто пресноватое… и начинка не пропеклась…

— Лидия Васильевна! Ответьте на мой вопрос!

— Ты давай уже, бери пирожок. Он правда не очень, но есть можно.

— Только после вашего объяснения!

— Вроде не девочка, а поведение у тебя… прямо скажем — неадекватное. Бартер у нас. Взаимообмен! Мокруха мне еду таскает. А я пою. Большая она до песен охотница!

— Мокруха? — взвизгнула Варвара. — Вы опять?

— Да что ж ты не веришь очевидному! Сама же за нашим взаимодействием наблюдала.

— Это… галлюцинации! Меня отравили… — Варвара взялась за голову и застонала.

— Дурость это, а не галлюцинации. Дурость! Как можно своим глазам не доверять?

— Да вы поймите! Несколько часов назад я и не подозревала ни о чем таком! Ни о мокрухах, ни о кулёмах. Ни о ком из них!

— Зато теперь знаешь, что они существуют. Так что смирись и ешь!

Пошарив под пирожками, Лидия Васильевна вытащила солёный огурец. Откусила от него с хрустом, сощурилась довольно. Маняще запахло укропом, чесноком, какими-то непонятными специями. И Варвара не утерпела, потянулась взять и себе.

— Так-то лучше. Нам силы ещё ой как понадобятся.

— Кто такая мокруха? — невнятно поинтересовалась Варвара, уплетая пирожок.

— Вроде кикиморы. Но беззлобная, на контакт идёт и помочь может. Если выгоду для себя увидит.

— Откуда вы всё знаете?

— Из опыта, — Лидия Васильевна дожевала огурец, аккуратно промокнула губы платком. — Я раньше тоже не верила. Пока в грибном туре не побывала. Удивительная у нас подобралась компания. Разношёрстная. Спорили меж собой, но было интересно. Я грибов вдоволь насобирала. Столько заготовок сделала!..

— А что тогда случилось?

— Не могу сказать. Не знаю. Что-то странное происходило. Это отчётливо помню. А вот что?.. Только с того времени твёрдое понимание имею, что все былички да сказки на правде основаны. Странное и необъяснимое спокойно воспринимаю. Сама иной раз поражаюсь этому своему свойству.

Варвара хотела расспросить старушенцию получше да не успела, услышала, что кто-то подбежал к двери. Подтолкнул сначала, а потом застучал с силой.

— Кого ещё принесло? — напряглась Лидия Васильевна.

— Только не открывайте! — взмолилась Варвара.

Стук усилился и мужской голос прохрипел:

— Откройте! Быстрее!! Она близко!!!

Лидия Васильевна проворно пробралась к дверям и, проверив на прочность ветку, подправила разложенные здесь же ягоды.

— Откройте! — продолжал просить голос. — Не берите на душу грех!

Варвара испуганно завертела головой, показывая, что открывать не стоит.

— Ишь, про грех вспомнил. — пробормотала Лидия Васильевна. — Я даже застыдилась.

Она не собиралась впускать незнакомца, но брякнуло ведёрко да зашлёпали шажочки, оставляя на полу мокрые следы, и вот уже невидимая мокруха оттащила ветку-подпорку и приоткрыла дверь.

В сараюшку поспешно ввалился мокрый и лохматый мужик. Вместе с ним залетел влажный ветер, донёс запах болота и прели.

Оглядевшись, мужик перехватил палку, ловко пристроил на прежнее место и лишь потом выдохнул облегчённо, кивнул воззрившимся на него дамам.

Он успел вовремя, через минуту в дверь застучали.

— Хлоп-шлёп, хлоп-шлёп… — посыпались частые удары. — Хлоп-шлёп.

В щели полез туман — густой, белёсый, непроглядный.

— Кы-ы-ы-ка-а-а… кы-ы-ы-ка-а-а… — слабо шуршало в нём. — Кы-ы-ы-ка-а-а…

Варваре же слышалось совершенно другое: «Жду-у-у… Жду-у-у… Дожду-у-усь…»

Кто-то вздыхал снаружи, тёрся о доски, царапал по дереву, ни на минуту не умолкая, лопотал бессвязно:

— Кы-ы-ы-ка-а-а… Кы-ы-ы-ка-а-а… Впусти-и-и… впусти-и-и…

Следом застучало