Самая страшная книга 2014 - Алексей Жарков

Бабушка заметила перемены в поведении внучки. Но никакого недовольства не высказывала, шутливо называя парня женихом. Поначалу это немного злило Женю, но потом перестало. Жених? А может, и так. Хотя Паша пока лишь чмокал ее в щечку на прощанье, он, похоже, был именно тем, с кем бы ей хотелось провести вместе всю жизнь. Женя старалась не думать о том, что через полтора месяца ей нужно возвращаться в Новосибирск. С Пашей они это тоже не обсуждали. Он был на год старше и собирался осенью поступать в местное ПТУ. На вопрос о том, не хотел бы он поехать куда-нибудь учиться в вуз, парень лишь отшучивался — мол, кому я там нужен. Она не стала развивать тему, впереди у них еще больше половины лета.

Этим вечером они решили съездить на рыбалку. Паша уверял, что в реке водятся огромные хариусы. Женя согласилась, хотя и никогда в жизни не ловила рыбу. Это, кстати, очень удивило Пашу.

— Никогда не была на рыбалке? Ты шутишь?

— Что тут такого? Я же не удивляюсь, что ты никогда не был на рок-концерте.

— Почему не был? В прошлом году к нам из райцентра приезжала местная группа «Последняя весна».

— «Последняя весна»? Ой, как круто. А я ходила на Scorpions и «Алису» — вот это настоящие концерты.

— Ладно, твоя взяла, я неудачник. Но кто виноват, что в Хакасию никто выступать не приезжает?

— Это точно. Ну, будешь в Новосибирске — свожу тебя куда-нибудь.

— Договорились.

Они выехали за город, затем переехали мост и свернули на лесную дорогу. «Нива» затряслась по кочкам. Примерно через полчаса дорога внезапно кончилась, уткнувшись в огромный пень, заросший мхом. Но Паша останавливаться не собирался. Объехав препятствие, машина, ревя мотором, поехала по какой-то заросшей колее. Еще около получаса они ехали по этой заброшенной тропе, пока не оказались на небольшой полянке. Паша заглушил мотор.

— Приехали.

Женя вылезла из машины и с удовольствием потянулась, разминая затекшие руки и нога. Сквозь стволы сосен, которые окружали полянку, виднелась широкая река По дереву пробежала белка, зажав в зубах огромную шишку.

— Красота! Теперь я понимаю, почему ты не хочешь отсюда уезжать…

— Да, конечно, красиво, но когда видишь это каждый день, становится скучновато. Сама же рассказывала — у вас там рестораны, магазины, «Скорпы» приезжают. А тут что? Деревня, — усмехнувшись, махнул рукой Паша.

— Зато там нет такой природы. Кому нужны эти рестораны, когда можно приехать на рыбалку, а не пылиться среди многоэтажек. Может, мне сюда переехать? Возьмешь меня в жены, построишь домик возле реки, корову заведем, хозяйство.

— И городская девчонка будет доить корову, стоя по колено в навозе?

— Не такая я и неженка, как ты вообразил!

— Вот и проверим. Сейчас наловим рыбы, будешь ее чистить и уху варить, — Он протянул ей удочку.

— Да не вопрос, — ответила она, закинув удочку на плечо и спускаясь к воде.

— Ты туда столько соли высыпала? Влюбилась, что ли? — спросил Паша с ложкой в руках.

— Может, и влюбилась.

— В кого?

— Дурак ты!

— А что я сказал?

— Да ничего. Ну-ка наклонись, у тебя чешуя к подбородку прилипла.

Паша отложил ложку и наклонился к ней. Она смахнула у него с лица рыбную чешуйку и посмотрела прямо в глаза. Он моргнул и подвинулся еще ближе. Женя закрыла глаза и почувствовала, как его губы осторожно нашли ее. Соленый от ухи поцелуй продолжался целую вечность. Наконец они оторвались друг от друга.

— Не знаю я, в кого ты влюбилась, но я, кажется, в тебя, — сказал он.

— Не подлизывайся, посуду мыть я не буду, — ответила она, зачерпывая полную ложку ухи.

— Так я и знал — неженка! — рассмеялся он, присоединяясь к трапезе.

Уха была съедена, костер догорал. Они лежали, обнявшись, на дырявом пледе, который Паша расстелил на траве, и смотрели, как огромное красное солнце опускается в реку на горизонте.

— Как здорово, что тебя отправили в ссылку в нашу деревню.

— И не говори — просто повезло. Пусти, я пойду в кустах клад поищу.

— Только далеко не забирайся, — сказал он, снимая руку с ее плеч.

— Не вернусь через пять минут, жди дольше.

Возвращаясь на поляну, Женя присела на ствол поваленного дерева и достала сигаретную пачку. Ей хотелось несколько минут побыть одной. Но не получилось. Когда она подносила к сигарете зажженную спичку, из-за деревьев вышел тот самый страшный старик.

— Добрый вечер, девочка. Вот и снова встретились.

Женя вздрогнула и с испугом посмотрела на него.

Откуда он тут взялся? Он что, следил за ней? Она загасила спичку и убрала сигарету.

— Что тебе нужно?

— Я же говорил, что не сделаю тебе ничего плохого. Ты такая красивая, разве я могу обидеть такую красавицу? А какие у тебя волосы!

— Послушай, убирайся отсюда.

— Когда ты злишься — ты становишься еще красивей. Настоящая воительница! — Старик причмокнул своими отвратительными губами, — У меня есть к тебе предложение, девочка.

Женя молча смотрела на него и прикидывала, сможет ли она схватить толстую ветку, которая лежала в паре метров от нее. Старик тем временем продолжал.

— Я хочу купить твои волосы. За них я готов предложить тебе целый сундук золота. И, конечно, я не оставлю тебя лысой, как можно? Просто вместо твоих роскошных рыжих волос ты получишь обычные черные. Ты ведь любишь черный цвет? А еще и сундук золота в придачу!

— Что за чушь ты несешь? — раздраженно спросила Женя. — Мне бабушка рассказывала какие-то байки про девушек и золото. Хочешь сказать, что ты и есть тот самый злой дух? Да по тебе психушка плачет!

— Почему злой? Вовсе я не злой. Ты не веришь мне? — Старик порылся в карманах грязных штанов и действительно вытащил несколько золотых монет. — Вот смотри, настоящее золото.

— Нет, спасибо, — сказала Женя, вставая. — А теперь я пошла, уйди с дороги.

— Но мне очень понравились твои волосы, — расстроился старик. — Не отказывайся. Хочешь два сундука золота?

— Да не нужно мне твое золото! — выкрикнула девочка.

— Давай соглашайся — Он неожиданно выхватил из кармана большие ржавые ножницы, — Больно не будет.

— Паша!!! — закричала Женя при виде страшных лезвий. — Помоги!

Старик, жутко ухмыляясь, начал приближаться, но тут раздался треск ломающихся веток, и к ним выбежал Паша. Женя бросилась к нему. Парень обнял испуганную девочку и заслонил ее своим телом.

— Тебе чего надо, дядя? — спросил он старика, по-прежнему сжимающего в руке ножницы.

— О, принц на помощь примчался, — словно бы удивился старик. — А где твой белый конь?