Клуб мертвяков - Шарлин Харрис

— У вас есть в поместье вампир, являющийся воплощением Элвиса?

— И что? — вдруг она заговорила очень осторожно. — Да, вчера вечером мы поймали чужого на нашей территории.

— Сегодня утром, после того, как я покинула поместье мистера Эджингтона, меня захватили в плен, — мы рассчитывали, что это должно прозвучать убедительно, потому что голос у меня был слабый и хриплый.

Наступило долгое молчание — она пыталась понять скрытый смысл моих слов.

— У вас дурная привычка оказываться там, где не следует, — она говорила как бы даже с сочувствием.

— Сейчас это они заставили меня позвонить вам, — осторожно сказала я. — Я должна передать вам, что тот вампир, — это не подделка, это настоящий.

— Что вы говорите… — усмехнулась она. Потом снова смолкла. — Что вы мне голову морочите? — Могу поспорить, Мэйми Эйзенхауэр никогда бы так не выразилась.

— Вовсе не морочу. Просто в ночь его смерти в морге работал вампир, — прохрипела я. Бетти Джо издала звук — нечто среднее между всхлипом и придушенным кашлем. — Не называйте его настоящим именем. Зовите его Бубба. И ради Бога, не причините ему вреда!

— Но мы уже… постойте минутку!

Она побежала. Я слышала, как торопливый стук ее каблуков затихает вдали.

Я вздохнула и стала ждать. Через несколько секунд я чуть не спятила: надо мной возвышались эти два парня и не отрываясь смотрели на меня сверху вниз. Ну, подумала я, сесть-то у меня сил хватит.

Билл осторожно держал меня, пока Эрик взбивал подушки за моей спиной. Я обрадовалась, заметив, что у кого-то из них хватило ума расстелить поверх покрывала желтое одеяло, чтобы я не запачкала кровищей постель. Все это время трубка была прижата к моему уху, и когда в ней раздался громкий пронзительный голос, я почти вздрогнула.

— Мы вовремя успели, сняли его, — отчетливо проговорила Бетти Джо.

— Наш звонок оказался кстати, — сказала я Эрику. Он закрыл глаза и, казалось, про себя возносил молитву. Интересно, кому это он молится, подумала я, ожидая дальнейших инструкций.

— Значит, так. Скажешь им, пусть его отпустят, он сам доберется домой. Передай, что мы извиняемся за то, что не уследили за ним.

Я передала эти слова своих «похитителей».

Бетти Джо тут же отвергла их указания:

— Спроси, нельзя ли ему остаться ненадолго и попеть для нас? Он в довольно хорошей форме.

Я передала и эту просьбу . Эрик просто вытаращил глаза:

— Пусть просит его самого, но если он откажется, пусть не спорит и больше не пристает. Такие просьбы его огорчают, когда он не в настроении петь. А еще, пока он поет, на него могут нахлынуть воспоминания, тогда он становится… гм… буйным.

— Согласна, — ответила она после моих объяснений. — Мы сделаем все в лучшем виде. Если не захочет петь, мы его просто отпустим. — Судя по всему, она обращалась к кому-то, стоящему рядом:

— Пусть поет, если сам захочет, — а в ответ послышалось: — Годится! —

То есть мы устроили Буббе две грандиозные ночи подряд — и во вторую ему придется петь для сброда в поместье короля Миссисипи.

В трубке опять раздался голос Бетти Джо:

— Надеюсь, вы выпутаетесь из своих проблем. Не представляю себе, каким образом этим, у кого вы в плену, как им удалось заполучить в свою собственность самую крупную мировую звезду. Они согласятся на переговоры?

Она просто еще не знала, на что нарывается. У «Буббы» было несчастное пристрастие к кошачьей крови, он был совершенно помешанным и мог реагировать только на самые простые приказы; хотя время от времени он демонстрировал поразительную проницательность и данные ему указания выполнял практически буквально.

Я передала Эрику:

— Она просит разрешения подержать его у себя. — Я уже устала быть посредником. Но Бетти Джо не могла видеться с Эриком, а то она бы сразу поняла, что это — предполагаемый друг Олси, который помог мне накануне вечером добраться до поместья.

Все эти их дела были слишком сложны для моего понимания.

— Слушаю Вас? — Эрик взял трубку и вдруг заговорил с английским акцентом. Ну, просто Мастер Преображения. И вскоре он уже заявлял в трубку: «Да, это наше достояние» и «Вы не представляете себе, на что покусились». (Если бы в тот вечер я сохранила хоть остатки своего чувства юмора, я подумала бы, что последняя фраза звучит довольно забавно). Поговорив еще немного, он с довольным видом повесил трубку.

Я подумала — как странно, Бетти Джо даже не заметила, что в поместье отсутствует еще кое-кто. Она не обвинила Буббу в похищении их пленника, ни слова не сказала о том, что найдено тело Лорены. Конечно, совсем необязательно упоминать о таких делах в телефонном разговоре с абсолютно чужим человеком; кстати, если говорить о теле, так им и находить особенно нечего: вампиры разлагаются довольно быстро. Но серебряные цепи еще должны быть в бассейне, и, наверное, грязи хватит, чтобы по ней идентифицировать тело вампирши. Впрочем, зачем кому-то заглядывать под брезент? Но кто-то же должен был заметить исчезновение их выдающегося пленника?

Они могли заподозрить Буббу: мол, он в своих блужданиях по поместью освободил Билла. Но Буббе было дано четкое указание — не болтать, и это указание он выполнит до последней запятой.

Вполне возможно, что я уже вне подозрений. Допустим, Лорена совершенно растворится к тому времени, когда весной они надумают чистить пруд.

Размышление о трупе напомнило мне о теле, обнаруженном нами утром в чулане этой квартиры. Конечно, кто-то знал наше местонахождение и, конечно, мы ему не нравились. Он и тело оставил тут, чтобы связать нас с преступлением — тем убийством, которое я совершила еще раньше. Интересно, нашли ли уже тело Джерри Фалькона? Сомнительно. Я открыла было рот, чтобы спросить Олси, не было ли слышно об этом в новостях, но тут же закрыла: у меня сил не было сформулировать вопрос.

Жизнь моя стремительно катилась вперед, неподвластная мне. Всего за два дня я спрятала один труп и сотворила другой. И все это только потому, что влюбилась в вампира. Я бросила нелюбезный взгляд на Билла. Я так была поглощена своими мыслями, что не услышала телефон. Олси был в кухне, видимо, он схватил трубку при первом же звонке.

И сразу возник в двери спальни:

Пошевеливайтесь, — он обращался ко всем, — вам всем надо уйти в соседнюю пустую квартиру. Быстрее!

Билл сгреб меня вместе с одеялом. Я ахнуть не успела, как мы уже вылетели на площадку, и Эрик взламывал замок соседней квартиры. Когда Билл закрывал за нами дверь, я услышала гул лифта, медленно поднимавшегося на пятый этаж.

Мы стояли как вкопанные в пустой холодной гостиной нежилой квартиры. Вампиры внимательно вслушивались в звуки, доносившиеся из-за стены. Я дрожала в руках Билла.

Сказать по правде, здорово было оказаться в его объятиях, ну и плевать, что я сердита на него, не важно, сколько нам еще предстоит утрясать недоговоренностей. Честно говоря, меня даже пугало, какое я испытывала чудесное ощущение — как будто оказалась дома. По правде, неважно, как изуродовано мое тело — причем его руками, или, точнее, клыками, — но это тело дождаться не могло ближайшей встречи с его телом, но уже в нормальном обнаженном состоянии, чтобы забыть про страшный инцидент в багажнике. Я вздохнула. Я сильно разочаровалась в самой себе. Пора было защищать свою психику, потому что тело мое было готово предать меня при первой же оказии. Это тело, казалось, игнорировало воспоминание о бездумном нападении Билла.