Мать Ученья - Домагой Курмаич

И на его спине сидели Кватач-Ичл, Сильверлэйк и Джорнак.

Что же. По крайней мере, их не придётся выманивать.

Явно не ожидавшие такого наездники растерялись — и Зориан нанёс свой удар. Разом захватив всех гигантских орлов, он направил их в сторону дракона, распаляя гнев боевых птиц до ослепляющего кровавого безумия. Игнорируя панику наездников, орлы с громкими криками понеслись к Оганю.

Затем Зориан дотянулся до главного всадника:

— Дракон-маг! Это Огань! — выкрикнула его марионетка. — Забудьте про мелюзгу, убьём его!

— Смерть дракону! — поддержал еще один всадник, так же захваченный менталистом.

Огань среагировал именно так, как надеялся Зориан. Дракон был агрессивен и горд, и неоднократно сражался с королевскими магами — он привык считаться первоочередной угрозой и не видел в поведении наездников ничего странного. Проревев вызов, дракон-маг устремился навстречу орлам, наплевав на громкие протесты Джорнака.

Зориан осторожно отпустил ментальный контроль и вновь направил платформу к Провалу. Даже если наездники захотят преследовать его — у них хватит более срочных проблем.

Через пару секунд полёта он заметил, что все кроме Зака смотрят на него со странным выражением.

— Что? — хмурясь, спросил он.

— Это ведь твоих рук дело? — спросил Аланик.

— Хм? Ах да, определённо, — отозвался Зориан, не сразу сообразив, что его спутники не привыкли к открытой демонстрации его ментальных возможностей. Он иногда забывал, что они — не те, кто больше года работал с ним, чтобы сбежать из петли. Те люди погибли, и их души утрачены навсегда.

— Они не пострадают? — хмуро спросил Аланик. Жрецу явно не нравилось, что Зориан бросил королевских магов против дракона без какой-либо поддержки.

Занятно, сам Зориан даже не задумывался о благополучии эльдемарцев. Они раздражали его, мешались и получили по заслугам. Туда и дорога.

Изначальный Зориан, убитый им ради выхода из петли, наверняка был бы в ужасе, увидев, в кого превратилась его копия.

— Некоторые уцелеют, — наконец ответил Зориан. — Я бился с ними в прошлых циклах. Понеся значительные потери, они отступают.

— Они прилетели биться за Эльдемар, — добавил Зак. — И именно это они и делают. Знай они то, что знаем мы, вызвались бы сами, несмотря на опасность.

— Я уже представляю, как буду всё это объяснять, — пожаловался Аланик.

— Мы же подготовились, — возразил Зак. — Все замаскировались, а битва уничтожит большинство улик и заглушит прорицание. К тому же, у нас есть мастер-менталист, и если кто подберётся слишком близко к правде, тем просто сотрут память.

— Не в моём случае, — ответил Аланик. — Чтобы собрать всех этих людей, я воспользовался своей репутацией и связями. Этого уже не скрыть, даже если начнём массово промывать мозги.

Зориан как раз собирался массово промывать мозги, и куда раньше, чем ожидали остальные — если он хочет, чтобы Зак пережил этот день. К счастью, на этом разговор завершился, они уже подлетали к Провалу.

А наперерез им с бешеной скоростью летели Джорнак, Сильверлэйк и Кватач-Ичл.

Чтобы добраться до культистов, сначала придётся одолеть их.

Начинался второй раунд.

Пока оригинальное тело разбиралось с ангелами, демонами и наездниками на орлах, тела-симулякрумы тоже не сидели без дела. Они сновали по городу, обрабатывая тот безумный объем информации, что постоянно шёл от магических сенсоров, разведчиков и союзников в деле отражения ибасанцев. Их основной — и известной лишь самому Зориану — задачей было сохранить работоспособность сети глифов, раскинувшейся по всей Сиории. Неожиданная замена нескольких городских кварталов северным лесом с поместьем Яску уже вырвала из сети изрядный кусок — если не принять меры, сеть может рассыпаться, поставив крест на его планах.

Несмотря на важность задачи, симулякрумы время от времени всё же вмешивались в уличные бои. Минимальное вмешательство — оригинальному телу была нужна вся доступная мана, и тратить её в городе было недопустимо. Благо, у Зориана был идеальный инструмент воздействия с минимальным энергопотреблением.

Его магия разума.

По всему городу то тут, то там, творилось что-то странное… Впрочем, многие происшествия вполне можно было списать на случайность. Охваченная паникой группа защитников вдруг "вспоминала", что должна отойти и соединиться с другим отрядом. Бегущая семья вдруг чувствовала, что выбранный маршрут опасен, лучше свернуть в другую сторону. Мускулистый здоровяк с антикварным мечом — явно не рядовой клерк — защищая гражданских, в одиночку сдерживал целую стаю зимних волков до самого прибытия военных; по какой-то причине волки не могли его достать, словно не видели. Бродячая собака вдруг начала лаять и бросаться на пустое место, подсказав проходившему магу о наличии укрытой невидимостью засады.

Хотя случались и более явные вмешательства. Внезапные видения открывали важные сведенья о продвижении захватчиков. Враги сходили с ума и набрасывались на своих же в самый неподходящий момент. Зверьки и насекомые повадились бросаться прямо в лицо колдующих ибасанских магов. Молодые солдаты впадали в транс и рассказывали командирам о расположении и составе противника.

И всё это время над городом без устали кружились стаи железноклювов — глаза и клинки Зориана. Малые группы проверяли подозрительные участки, большие — появлялись в критических точках, поддерживая защитников с воздуха. Каждая стая несла телепатический передатчик, позволяя симулякрумам видеть их глазами и время от времени брать вожаков под прямой контроль. С умными, привычными к стайной иерархии птицами большего и не требовалось — и хорошо, едва ли Зориан смог бы управлять каждой в отдельности.

Удобно. Неудивительно, что Судомир выбрал этих пташек для поддержки вторжения.

Железноклювы опасны и сами по себе — быстры, проворны, и чертовски смертоносны, когда стая сыплет вниз бритвенно-острые перья и тут же улетает, чтобы ударить в новом месте, где никто не ждёт. С целеуказанием Зориана они стали ещё эффективнее — теперь птицы били почти исключительно по магам, не тратя перья на троллей и других живучих зверюг — и как правило тогда, когда цель истощена или занята и не может отвлекаться.

Но несмотря на все усилия, размах вторжения был слишком велик, да ещё Джорнак завёз свежие войска в поместье. Действия симулякрумов были каплей в море, и оценить их влияние на общую картину пока не представлялось возможным.

Слишком часто Зориану оставалось лишь бессильно смотреть, как захватчики режут и жгут. Да, заметив возможность, он мог изменить многое — но такая возможность выпадала далеко не всегда. Или же он просто её не замечал. Может быть, кто-то более умный нашёл бы выход — но он был всего лишь человеком и часто не видел способа помочь, не тратя драгоценную ману.