Иоганн Кабал, некромант - Джонатан Л. Говард

Хорст снял шляпу и покаянно опустил голову. Воцарилось молчание. А затем толпа взбесилась.

Ликующие горожане подняли Кабала на руки и пронесли вверх и вниз по платформе. Всего несколько лживых предложений превратили его из предвестника смерти в героя и победителя с золотым сердцем. «Вот оно, непостоянство толпы, – думал некромант. – Хорсту стоит возглавить газету».

Когда Кабал закончил раздавать автографы, то случайно заметил Бэрроу, который стоял в стороне от всех, скрестив на груди руки. Он наблюдал за Кабалом. Судя по всему, как минимум на одного человека красноречие Хорста не возымело действия.

– Вас, похоже, не впечатлило, – заметил Кабал. – Отчего же? Неужели вы не слышали, что рассказал мой брат? Я – герой.

– Не знаю, кто вы, – отвечал Бэрроу. – Герой ли? Мне почем знать. Вы убили Малефикаруса?

– Да, – отвечал Кабал, затем он огляделся и, удостоверившись, что никто не подслушивает, добавил: – Я убил его. Выстрелил трижды.

– Почему?

– Почему выстрелил? Или почему три раза? Я выпустил три пули, чтобы покончить с ним наверняка. А убил я его, потому что он стоял у меня на пути.

– У вас на пути.

– Если вам угодно.

– А что вы сделали с остальными?

– Остальными?

– С той толпой несчастных идиотов, которые следовали за Малефикарусом, с остальными, сбежавшими из лечебницы.

Кабал улыбнулся.

– Доводилось вам слышать о домашнем уходе за психически больными? Вы совершенно правы: они безобидны. Им просто нужно, чтобы кто-то задал им направление по жизни.

– Так они у вас в цирке?

– В качестве сотрудников, могу вас заверить. Все артисты-уродцы здесь волонтеры, – улыбка исчезла с губ некроманта. – По большей части.

– Понимаю, – фыркнул Бэрроу.

– Нет. Нет, вы не понимаете. Вы читаете между строк, но то, что там написано, грозит вам поражением. Позвольте мне кое-что предложить, мистер Бэрроу?

– Давайте.

– Через два дня мы исчезнем из вашего города. Позвольте нам сделать свою работу и принести немного веселья в жизнь местных людей – все останутся довольны. Давайте обойдемся без ссор и враждебности.

Бэрроу поджал губы.

– Я бы с радостью согласился, если бы действительно в это верил.

– Но вы не можете.

– Не могу. Не верю я в эту историю с мертвецом, который спустился с виселицы, чтобы подпортить вам репутацию. Ни на один жалкий миг не верю. За какого идиота вы меня принимаете?

Кабал склонил голову набок и оглядел взволнованных горожан, прохаживающихся вдоль платформы и рассматривающих поезд.

– Вот за такого, – ответил он. – К несчастью для нас обоих, я ошибаюсь.

Монтажники уже разгружали платформы с оборудованием. Кабал и Бэрроу наблюдали за ними.

– Меня впереди ждет долгая ночь, мистер Бэрроу. Простите, но я вынужден вас покинуть. Думаю, вы поймете.

Некромант уже сделал несколько шагов в сторону поезда, когда его окликнул Бэрроу.

– Я был бы рад, если бы вы покинули мой город.

Кабал замер и оглянулся.

– Ваш город? Вы не сторож вашему брату. Запомните это.

– И что, это все? Никаких угроз?

– Угрозы, мистер Бэрроу, – удел хвастунов и трусов. Я не причисляю себя ни к тем, ни к другим. – Он подошел к Бэрроу почти вплотную. – Я даже не делаю предупреждений.

Затем некромант развернулся и зашагал прочь.

– По большей части, – заметил Бэрроу, но так тихо, что Кабал не мог расслышать его слов.

Затем он тоже развернулся и двинулся обратно в город.

Пока Кабал и Бэрроу шли каждый в свою сторону, у обоих в голове вертелась одна и та же мысль: «От этого человека стоит ждать неприятностей».