Лотерея - Ширли Джексон

Отвлекшись наконец от этих мыслей, она обнаружила, что они с Брэдом сидят в поезде, идущем на Лонг-Айленд. Вагон был в жутком состоянии: пол покрыт грязью, сиденья разломаны, одну из дверей заклинило, окна не закрываются. Пока поезд шел через пригород, она продолжала думать: «Даже прочные материалы разрушаются, не выдерживая такого жизненного темпа, вот тут-то у домов отлетают карнизы и вываливаются окна». Она боялась сказать себе правду, хотя в глубине души понимала, что эта сумасшедшая скорость, этот умышленно раскручиваемый вихрь неминуемо приведут их всех к гибели.

На Лонг-Айленде хозяйка продемонстрировала им еще один образчик нью-йоркского быта: загородный коттедж, обставленный типично городской мебелью, которую как бы опутывали незримые эластичные жгуты, растянутые отсюда до самого Нью-Йорка и готовые мигом зашвырнуть всю обстановку обратно в городскую квартиру сразу по истечении срока аренды.

— Мы снимаем этот дом каждое лето с незапамятных времен, — сказала хозяйка. — Не будь столь давних связей, мы вряд ли заполучили бы его в этом году.

— Местечко что надо, — сказал Брэд. — Удивляюсь, почему вы не живете тут круглый год.

— Иногда нужно возвращаться в город, — засмеялась хозяйка.

— Все это так мало похоже на Нью-Гэмпшир, — сказал Брэд.

«Кажется, он начинает скучать по дому», — отметила про себя Маргарет. После той паники с пожаром ей становилось тревожно в больших компаниях, и когда после ужина начали съезжаться гости, она успокаивала себя тем, что здесь первый этаж и в крайнем случае можно выпрыгнуть наружу из любого окна (благо все они были открыты), но потом все-таки не выдержала и, сославшись на усталость, отправилась в постель. Брэд пришел в спальню гораздо позже и, заметив, что она пробудилась, сказал с раздражением:

— Мы весь вечер играли в анаграммы. Они тут все чокнутые!

— Ты выиграл? — спросила она и вновь погрузилась в сон, не расслышав его ответа.

На следующее утро они с Брэдом отправились на прогулку, пока хозяева читали воскресную прессу.

— Если от крыльца повернете направо и пройдете порядка трех кварталов, попадете на здешний пляж, — сказала хозяйка.

— А что делать на пляже? Там сейчас дьявольский холод, — возразил хозяин.

— Там можно глядеть на водный простор, — сказала хозяйка.

И они отправились на пляж, который в это время года был пуст и продуваем ветрами, но не спешил расставаться с остатками летнего антуража, словно надеялся на прибытие каких-то запоздалых курортников. Признаки жизни еще наблюдались в некоторых коттеджах и в одном летнем кафе, отчаянно рекламировавшем хот-доги и шипучку. Буфетчик встретил Брэда и Маргарет мрачно-подозрительным взглядом. Миновав его, они пошли дальше, пока крыши коттеджей не скрылись из виду, и наконец очутились на полосе мелкой серой гальки между серой водной гладью с одной стороны и серыми дюнами — с другой.

— Только представь себе купание в таком месте, — сказала она, поежившись.

Но в целом пляж ей понравился — в нем было что-то знакомое, умиротворяющее; одновременно в голове вновь зазвучала давешняя мелодия, усиливая эффект узнавания. На этом пляже она уже бывала в своих фантазиях, сочиняя душераздирающие истории о разбитой любви, где в финале героиня бесцельно бредет вдоль линии прибоя; а мелодия как раз и была символом того сказочного мира, в котором она искала спасения от унылой повседневности, в свою очередь побуждавшей ее сочинять душераздирающие пляжные истории. Она громко засмеялась, и Брэд спросил:

— Что веселого ты нашла среди этой серости?

— Я подумала, каким ужасно негородским кажется это место, — соврала она.

Однотонные небо, вода и песок создавали ощущение сумерек, хотя еще не было и полудня. Маргарет утомилась и хотела уже повернуть обратно, когда Брэд сказал:

— Взгляни-ка туда.

И она увидела девушку, которая бегом спускалась с дюны, держа в руке шляпку; волосы ее развевались на ветру.

— Это единственный способ согреться в такой промозглый день, — сказал Брэд.

— Она, кажется, чем-то напугана, — сказала Маргарет.

Заметив людей на пляже, девушка повернула в их сторону, постепенно сбавляя скорость. Чувствовалось, что она хочет к ним обратиться, но не уверена в том, как ее примут. С расстояния в несколько шагов она заговорила, переводя взгляд с Брэда на Маргарет:

— Не знаете, где тут найти полицию?

Брэд кинул взгляд вдоль пляжа сначала в одну, потом в другую сторону и серьезно сказал:

— Пока не вижу ни одного полисмена. А мы не можем вам чем-то помочь?

— Вряд ли, — сказала девушка. — Мне нужна полиция.

«Они обращаются в полицию по любому поводу, эти ньюйоркцы, — подумала Маргарет. — Похоже, они считают полисменов универсальными разрешителями любых проблем».

— Но узнать-то можно, в чем дело? — спросил Брэд.

Девушка посмотрела на него с сомнением.

— Ну, если вам так интересно, я нашла в той стороне ногу.

Они ждали дальнейших разъяснений, но девушка сразу развернулась и зашагала обратно по собственным следам, бросив через плечо: «Идемте, покажу». Они втроем перевалили через дюну и оказались у подобия бухточки — тут море сумело вклиниться между галечно-песчаными откосами двух дюн. И там, у самой воды, действительно лежала нога.

— Вот она, — сказала девушка, указывая на ногу хозяйским жестом, словно это была ее собственность, на долю в которой необоснованно претендовали Брэд и Маргарет.

Они подошли ближе, и Брэд осторожно склонился над находкой.

— Да, это нога, спору нет, — заключил он.

Мертвенно-бледная, нога походила на кусок манекена, аккуратно обрезанный по верхней части бедра и чуть выше лодыжки. Слегка согнутая в колене, она уютно покоилась на песке.

— Натуральная нога, — сказал Брэд. — Вы были правы насчет полиции.

Все вместе они вернулись к летнему кафе, хозяин которого с угрюмым видом слушал, как Брэд вызывает по телефону полицию. Когда полицейские прибыли, они отвели их к обрубку ноги и сообщили свои имена и адреса, после чего Брэд спросил:

— Теперь мы должны отсюда уйти?

— А вы намерены болтаться тут и дальше? Хотите отыскать недостающие куски? — мрачно пошутил полисмен.

Они вернулись в дом и рассказали его хозяевам о случившемся. Хозяин сразу начал извиняться, словно это он был виноват в том, что гости нашли за дюнами человеческую ногу, зато хозяйка с энтузиазмом сообщила:

— А в Бенсонхерсте на берегу нашли отрезанную руку, об этом писали в газетах.

— Очередной маньяк-убийца, — констатировал хозяин.

Когда они поднялись в спальню, Маргарет сказала:

— Похоже, это начинается с пригородов.