Ночной шторм - Юхан Теорин

С моря дул холодный ветер. Хенрик подумал о том, как его дед умер здесь в одиночестве, но отмел эти мысли. Прижимая руку к животу, он пошел к сараю. Дверь была открыта, и он остановился на пороге.

В сарае было пусто. Томми и Фредди забрали все, даже старую лампу. Может, теперь пришла их очередь слушать стук по ночам. Тяжело дыша, Хенрик вошел внутрь и прошел к столярному столу. Там лежал старый топор дедушка Алгота, а в углу стояла коса. Прихватив топор и косу, Хенрик снова вернулся на улицу.

Замок упал в снег, и Хенрику не удалось его найти, поэтому он просто притворил за собой дверь и пошел через снег к берегу, прочь от дороги. Склонив голову, он шел навстречу ветру. Теплая куртка и шапка защищали от холода, но открытые части тела буквально обжигало ледяным ветром.

Хенрик продолжал идти.

Братья Серелиус, или как там их на самом деле зовут, ранили его в живот и украли его машину. Но они сказали, что собираются в Олудден. Там он их и найдет.

28

Тильда звонила в дверь Хенрика Янсона в Боргохольме. Звонила долго и настойчиво. Она стояла перед дверью подозреваемого вместе с Матсом Торстенсоном, коллегой из боргохольмского участка.

До рождественского сочельника оставался всего один день, и с Хенриком следовало давно уже разобраться, но в участок он так и не явился, хотя она несколько раз звонила ему домой. Поэтому пришлось ехать за ним лично, чтобы отвезти в участок.

В квартире было тихо.

Тильда снова позвонила, но никто так и не открыл. Она прижилась ухом к двери, прислушалась, потом подергала ручку. Заперто.

— В отъезде, — предположил Торстенсон. — Празднует Рождество с родителями.

— Его начальник сказал, что Хенрик сегодня на работе и что у него короткий день.

Она снова позвонила в дверь, и в эту минуту хлопнула дверь в подъезде и послышались шаги на лестнице. Тильда и Торстенсон одновременно обернулись, но это была девушка; половину ее лица скрывал красный вязаный шарф, в обеих руках она несла пакеты с подарками. Бросив взгляд на полицейских, она направилась к двери напротив, но Тильда преградила девушке дорогу, сказав:

— Мы ищем твоего соседа… Хенрика. Ты не знаешь, где он?

Девушка взглянула на соседскую дверь:

— На работе?

— Мы там уже были, — быстро произнесла Тильда.

Девушка задумалась.

— Может, в сарае, — наконец сказала она.

— А где этот сарай? — спросила Тильда.

— Где-то на восточном берегу… Он приглашал меня летом купаться, но я отказалась.

— Спасибо за помощь, — кивнула Тильда. — Счастливого Рождества.

Девушка тоже кивнула и со вздохом посмотрела на пакеты с подарками.

На часах была половина третьего, но небо уже посерело, а температура опустилась до десяти градусов ниже нуля.

— Моя смена заканчивается через пятнадцать минут, — сообщил Торстенсон, открывая дверь машины. — Потом мне нужно в центр за подарками.

Он бросил взгляд на часы. В мыслях он уже был дома с семьей и пил глёгг перед телевизором.

9Е — Я только позвоню, — сказала Тильда.

Ее тоже ждал пятидневный отпуск, но она не могла перестать думать о Хенрике Янсоне. Сев в машину, Тильда снова позвонила начальнику Хенрика и узнала, что его сарай находится в Энслунде к югу от Марнэса. Недалеко от Олуддена.

Тильда посмотрела на коллегу:

— Я отвезу тебя в участок, а потом заеду в Энслунде. Это недалеко.

— Я с тобой, если хочешь, — сказал Торстенсон.

Он был хорошим парнем и наверняка искренне предлагал помощь, но Тильда все равно покачала головой.

— Спасибо, но в этом нет необходимости. Если Янсон там, я отвезу его в участок. А если нет, то тоже отправлюсь за подарками.

— Веди машину осторожно. Надвигается снежная буря, — предупредил Торстенсон.

— Я знаю, и у меня зимняя резина.

Тильда завезла коллегу в участок и собиралась уже отъезжать, когда в дверях снова показался Торстенсон. Он энергично махал ей рукой. Опустив окно, Тильда высунула голову:

— В чем дело?

— К тебе гости.

— Гости?

— Твой преподаватель.

— Преподаватель?

Ничего не понимая, Тильда заглушила мотор, вышла из машины и вошла в участок. За стойкой ресепшн было пусто: большинство полицейских уже ушли на каникулы. В окнах горели фонарики.

— Я успел! — крикнул Торстенсон широкоплечему мужчине, сидевшему в кресле в комнате ожидания. Мужчина был одет в серую рубашку поло и зимнюю куртку; он улыбнулся Тильде, когда та вошла.

— Я был неподалеку, — сказал он, поднимаясь. В руках у него был сверток, перевязанный лентой. — Хотел только пожелать счастливого Рождества.

Это был Мартин Альквист.

Тильда попыталась изобразить улыбку.

Мартин уже широко улыбался.

— Не хочешь выпить кофе? — предложил он.

— Спасибо, но я немного занята.

Тильда взяла сверток — на ощупь он напоминал коробку конфет, — кивнула Матсу Торстенсону и вышла на улицу. Мартин последовал за ней. Тильда резко обернулась. Больше не было нужды притворяться.

— Что, черт возьми, ты делаешь? — с раздражением сказала она.

— В смысле? — удивился Мартин.

— Звонишь все время, даришь подарки… Зачем?

— Я только хотел узнать, как ты себя чувствуешь.

— Хорошо. Можешь ехать домой… К жене и детям. Скоро сочельник.

Он продолжал улыбаться.

— Я все устроил, — произнес он. — Сказал Карин, что переночую в Кальмаре и вернусь завтра утром.

Мартина всегда волновало только одно — чтобы его не уличили во лжи.

— Вот и прекрасно, — кивнула Тильда. — Поезжай в Кальмар.

— Но я хочу остаться здесь, на Эланде, — вскинув брови, сказал Мартин.

Тильда вздохнула и пошла к машине. Открыв дверцу, бросила подарок на заднее сиденье и сказала:

— У меня нет времени на разговоры. Нужно найти одного парня.

Сев в машину, она завела мотор и поехала прочь.

Через пару минут увидела в зеркале заднего вида синюю «мазду». Мартин ехал за ней следом.

Тильда пожалела, что не прогнала его еще на парковке.

296

К восточному побережью Тильда добралась только к четырем. Уже стемнело, небо было серо-черным, и снег шел безостановочно. Белые хлопья больше не кружили в воздухе, плавно опускаясь на землю: они ударялись в окна машины и налипали на зеркала.

Она свернула к Энслунде. Позади нее все еще виднелась машина Мартина.