Осатаневшие - Джефф Стрэнд

– Видишь? – сказал я. – Все не так уж плохо.

– Все посетители и работники избегают смотреть на меня.

– Ну и что с того?

– Из-за меня людей тошнит.

– Это не так.

– Мне это не нравится. Ты сказал, что мы можем уйти.

– Не хочешь хотя бы попробовать бургер?

– Я много раз ела их бургеры, – сказала Рэйчел. – Не выходя из дома.

– Ладно, давай уйдем.

Рэйчел оглядела ресторан и вздохнула.

– Было бы неплохо попробовать горячую картошку фри.

К нашему столику подошла официантка, блондинка за тридцать с соблазнительным декольте. Если бы она уставилась на Рэйчел, я бы обругал ее – типа: «Может, сфотографируешь? На память», – но она только улыбнулась нам, приняла заказы и сказала, что сейчас вернется с напитками.

– Я ее напугала, – сказала Рэйчел.

– Неправда.

– Ты видел ее лицо?

– Ты заказала двойной чизбургер с беконом «Белли Берстер». Она отреагировала именно на это.

– Если мне и дальше будет неудобно, я закажу самый большой бургер в меню.

– Я только за, но ты должна понимать, как некоторых шокирует заказ такого большого бургера.

– Может, если я отращу задницу, никто не будет смотреть на мое лицо.

– Может.

– Жаль, что я не взяла с собой маску.

– Нет. Не жаль.

– Да.

– Она жуткая.

– Но не портит аппетит людям.

– Ты никому не портишь аппетит.

– Я схожу за маской в машину.

– Я принесу, – вызвался я.

Официантка поставила на стол наши напитки, улыбнулась и ушла.

– Тебе повезло, что я отвлеклась, – сказала Рэйчел, делая глоток шоколадного молочного коктейля. – О да, вкуснотища. Я и забыла, какие они на вкус, когда не подтаявшие.

– Пойми, ты можешь пить такие каждый день, – сказал я. – И это поможет тебе выполнить план по отращиванию задницы.

– Ты это на ходу придумал?

– Нет, я годами ждал возможности пошутить про план по отращиванию задницы. Каждый раз, затевая разговор, я думаю, что вот сейчас, возможно… но до того ничего не выходило. Можешь представить мое разочарование.

– Бедняжка. – Рэйчел сделала еще один большой глоток. Она пила коктейль с пугающей скоростью, но я промолчал. Я любил поддразнить, но знал, что указывать женщине на калории, которые она только что потребила, – это красная черта, переходить которую не стоит.

– Я придумал шутку на ходу, – сказал я. – Я очень умный.

– Надо занести ее в комикс.

– Непременно. Я не шутил по-настоящему с тех пор, как в начале месяца пацан сломал руку.

Мы еще немного поболтали. Рэйчел уже не вспоминала о маске. Когда официантка принесла бургер, ее глаза загорелись. Его решительно невозможно было съесть, не порвав рот и не поразив до глубины души всех посетителей ресторана. Мы сказали официантке, что больше ничего не нужно, что все было чудесно, а затем откусили по первому куску. Молча жевали и кайфовали. Наконец я заговорил:

– Вкуснятина, да?

– Лучший бургер, который я пробовала за последние пять лет.

– Понимаю.

– Так почему я тебе нравлюсь?

– Потому что ты классная.

– Что ж, очень, очень слабо. Я серьезно. Не думаю, что это просто из жалости.

– Нет.

– Тогда почему?

– Друзья выбираются порой на бургеры. Это нормально.

– Допустим, мы были бы в твоем родном городе, где тебя все знают. Ты бы все равно пошел со мной на ланч?

– Да. – Я даже не раздумывал.

– Что, если бы к тебе нагрянули журналисты Entertainment Tonight? Ты позволил бы взять у меня интервью, как у твоего друга?

– Конечно. И такое может быть, потому что Entertainment Tonight общаются с о-о-о-очень многими комиксистами.

– Прости. Думаю, не тебе одному нужно внимание.

Один из подростков посмотрел на нас и шепнул что-то своему другу. Тот хихикнул. Я сделал вид, что их тут нет, и переключил внимание на Рэйчел.

– Я встречался с куда более нуждающимися во внимании женщинами.

– А мы уже встречаемся? – Она откусила картошку фри и улыбнулась, заметив мое удивление. – Я шучу.

– Я знаю.

– Ты выглядел испуганным.

– Ничего подобного.

– Ты был в ужасе, как будто от самого дьявола услышал: «Будь моей сучкой навсегда».

– Это правда. Я боюсь сближаться. Последние двенадцать отношений закончились тем, что я прыгнул из окна третьего этажа, чтобы спастись.

– Тебя пугает, когда я шучу насчет возможных отношений? Если да, я прекращу.

– Нет. Не пугает.

– Врунишка.

– Я серьезно!

– Это же не… не знаю, не фетиш на жертв ожогов или типа того, правда?

– Такой фетиш вообще существует?

– Если да, поделись им со мной.

– Ты странная. Очень странная, – сообщил я.

– У меня множество защитных механизмов.

– Что ж, могу сказать только одно: прекрати сомневаться в моих намерениях. Либо сама плати за бургер.

Рэйчел улыбнулась.

– Ладно, я тебе верю. Просто не знаю, как себя вести. В последнее время я общаюсь либо с отцом, либо с моими совами, а совы не говорят.

Подростки пошли к выходу. Проходя мимо нас, один обронил что-то вроде: «Неудивительно, что ее запирают в сарае».

– Эй! – позвал я.

Парень замер.

– Извинись.

– Все в порядке, – заверила меня Рэйчел.

– Нет. – Я посмотрел пацану в глаза, чтобы убедиться, что он видит, насколько я серьезен. – Извинись перед моей подругой.

– Эй, я тоже заплатил за обед. И не хочу смотреть на это во время еды.

– Я сейчас…

– Нет, Джейсон, все в порядке, – сказала Рэйчел. – Я понимаю. Я знаю, как трудно есть, когда ты смотришь… – Она скривила лицо и выдала демоническим голосом: – …на ужасную уродку, которая прячется под твоей кроватью по ночам и хочет сожрать тебя и высосать глаза-а-а-а-а!

Она заревела, изображая чудовище.

Парни брызнули на выход на всех парах. Настоящая отрада для глаз. Я надеялся (нет), что никто из них не споткнется и не сломает руку. Первый распахнул дверь, случайно ударив своего друга, отчего я пришел в еще больший восторг.

Я так хохотал, что всерьез забоялся подавиться куском гамбургера. Закашлялся, но не мог перестать смеяться. Видеть удирающих гаденышей… я чуть не поплатился за это жизнью, но надеялся, что все-таки не умру сегодня.

Я глотнул воды, еще немного покашлял и решил, что сегодня все-таки не задохнусь. Протер глаза.

– Это было великолепно. Ты безумный гений. А еще не хотела никуда идти!

И тут я заметил, что Рэйчел плачет.

– О, черт, прости, – сказал я. Вытащил салфетку и протянул ей. Она шмыгнула носом и промокнула глаза. – Хочешь уйти?

– Да.

К нам подошла официантка.

– Слушайте, приношу извинения. Они неплохие ребята, просто иногда их заносит. Вам что-нибудь принести?