Томминокеры - Стивен Кинг

Воспользовавшись советом Анны, Гарднер решил прогуляться.Естественно, конечной целью прогулки должен был стать корабль. Ему не оченьхотелось идти туда одному, и он боялся, как ребенок, оставшийся один в темномдоме. А если там привидения? Если там прячутся Призраки Прошлого? И они ожили,и хотят выйти наружу? И какие они на самом деле?

Он присел на землю неподалеку от корабля и сталрассматривать его. Вскоре взошла луна, матовым светом вспыхнув на серебристойобшивке. Это необычное и очень красивое зрелище.

Что же происходит вокруг?

Я не хочу этого знать.

Происходящее пока не ясно…

Я не хочу этого знать.

Эй, а что это за звуки доносятся изнутри?..

Он допил бутылку и отбросил ее дрожащей рукой в сторону. Апотом заснул неожиданно для себя, в лесу, в непосредственной близости откорабля.

И проспал всю ночь.

Утром возле него на земле лежали два зуба.

Это потому, что я спал слишком близко от корабля, — подумалон. Правда, был при этом и приятный момент: у него совсем не болела голова,хотя вчера он явно перебрал. Возможно, корабль способствует каким-то изменениямв атмосфере, например, перепадам давления.

Ему не хотелось оставлять свои зубы валяющимися на земле.Повинуясь внутреннему зову, он закопал из в землю и, сделав это, подумал: Тыничего не добьешься, разыгрывая Гамлета, Гард. Если ты не примешь решения,причем не позже завтрашнего дня, то вскоре ничем не будешь отличаться отздешней братии.

Он оглянулся на корабль и подумал:

Мы все привязаны к нему, как куры к своему курятнику. Что жеделать?

Как бы сам отвечая на свой вопрос, он направился в сторонудома.

Машина, на которой приехала Сисси, исчезла.

— Где ты был прошлой ночью? — спросила Гарднера Бобби.

— Спал в лесу.

— Ты что, и в самом деле так напился? — удивленно спросилаБобби. На ее лицо был густо нанесен грим. И на ней красовалась все та жегрязная рубашка, которую она носила последние дни. Из ворота выглядывалатоненькая шейка.

— Не совсем так. Просто вдруг захотелось поспать на земле.Тем более что в последнее время комары совсем не донимают. Они улетели. Вместес птицами. Вместе с пчелами. Все насекомые разлетелись, остались только такиедураки, как мы.

— Что произошло с тобой, Гард?

— Ты уже спрашивала меня об этом.

Бобби промолчала.

— Ты слушала по радио вчерашние новости? — Спрашивая, онотлично знал, что не слушала. Бобби не смотрела, не слушала и не думала ни очем, кроме корабля. — Массовые убийства в Ливии. Война в Ливане. Американскоедвижение за мир. Русские все чаще заговаривают о химическом оружии. Все мы досих пор сидим на бомбе. С 1945 года мало что изменилось. Ты же изобрела этуштуку, которую прячешь в сарае, а теперь интересуешься, не изменил ли я своегомнения по поводу того, как ею пользоваться.

— А ты изменил?

— Нет. — Гарднер и сам не знал наверняка, ложь это илиправда, но был рад, что Бобби не может прочитать его мысли.

Боже, думал в ужасе он, неужели так бывает всегда, когда самстановишься призраком? Неужели ты начинаешь при этом походить на уменьшеннуюкопию атомной бомбы?

Бобби, держащая в руках какие-то инструменты, быстрооглянулась на Гарднера:

— Что?!

Я сказал, что пора заняться делом, лентяйка, — отчетливоподумал Гарднер, и выражение изумления на ее лице сменилось улыбкой.

— Ладно. Помоги мне.