Полный газ - Джо Хилл

Он замолк и искоса посмотрел на Винса.

– Знаешь, о чем я думаю с тех самых пор, как мы дали деру? Лон Рифус переехал в Денвер и открыл там гараж. Он присылал мне фотку тамошних пейзажей. Горы. И вот я думаю, пригодится ли ему такой старикашка, как я, – скажем, крутить гайки. И, наверное, я смог бы привыкнуть к запаху хвои.

Он снова замолк, затем перевел взгляд на остальных парней, сидевших за столами.

– Половина тех, кто не смоется, будет искать способы вернуть потерянное – так или иначе. И эти способы тебе не понравятся. Мет – такая штука, затягивает. Мерзкая дорога, монета за вход и десять за выход. На этой дороге крутятся слишком большие деньги. И та девчонка, которая стреляла в Роя, – она уже вступила на эту дорогу; именно поэтому она и пыталась его убить; и сам Рой из таких же – именно поэтому он нанес ей чертову сотню ударов своим поганым мачете. Кто, мать твою, вообще носит с собой мачете – если он не подсел на винт?

Винс сказал в сердцах:

– Вот только не начинай про Роя! Сунуть бы ему в задницу «Мальчугана», чтобы глаза засверкали.

Лемми хохотнул. Их излюбленная шутка – придумывать всякие затейливые способы использования «Мальчугана». Винс не смеялся.

– Ну, давай. Скажи. Ты же думаешь об этом весь последний час.

– Откуда тебе знать?

– Полагаешь, я не знаю, что значит, когда ты так сидишь?

Лемми буркнул:

– Рано или поздно копы выйдут на Роя или других придурков, а те утащат с собой остальных, до кого дотянутся. Рой и парни такого типа… им никогда не хватает ума, чтобы избавиться от того, что они сперли на месте преступления. Никому из них не хватает ума помалкивать о сделанном. Обязательно кто-нибудь похвастается подружке. Черт. Да у половины из них язык за зубами не держится, подмывает болтануть уже прямо сейчас. Вот и все.

Винс поскреб бороду.

– Ты твердишь о двух половинах: тех, кто намерен смыться, и тех, кто нет. Можешь сказать мне, к которой относится Рейс?

Лемми невесело усмехнулся, снова показав обломок зуба.

– Надо отвечать?

В три часа пополудни они догнали грузовик с надписью Лафлин на борту. Он тяжело штурмовал подъем.

Дорога шла вверх, а потом снова вверх, словно одна американская горка сменяла другую. Безостановочно. Рейс опять был впереди. После того как они отъехали от закусочной, он ускорился, увеличивая разрыв с остальными настолько, что порой Винс вообще терял его из вида. Но когда они догнали грузовик, его сын держался у самого бампера.

Десять мотоциклов поднимались на холм за ревущим грузовиком след в след. В выхлопном облаке. У Винса заслезились глаза.

– Какой урод! – крикнул Винс, и Лемми кивнул.

Легкие Винса стянулись в тугой узел; грудь саднило. А еще что-то было со зрением.

– Эй, ты, убери свою жирную жопу с дороги! – заревел Винс.

Перекрывшая подъем фура в таком месте – неприятный сюрприз. Сколько они отъехали от закусочной… миль двадцать, не больше. Лафлин, наверное, пересидел где-то еще, – но где, ведь после закусочной другого места для остановки или съезда не было! Возможно, он припарковал фуру в тени билборда – подремать в сиесту. Или пробил шину и срочно менял колесо. Неужели важно? Совсем нет. Винс даже не был уверен, с чего он вообще думает об этом, что бесило.

Сразу за следующим поворотом дороги Рейс почти уложил «харлей» на встречную полосу, припал к рулю и ускорился с тридцати миль до семидесяти. Байк прижался к покрытию, а потом прыгнул. Он подрезал дорогу фуре, едва с ней сравнялся, – и скользнул обратно на свою полосу как раз вовремя, чтобы разойтись на встречной с бледно-желтым «Лексусом». Водительница «Лексуса» подала сигнал, но его звук быстро растворился в мощном реве звукового сигнала фуры.

Винс тоже увидел движущийся по встречке «Лексус», и на секунду ему показалось, что столкновение неизбежно: вот живой сын, секунда – и месиво на дороге. На несколько ударов его сердце замерло.

– Чертов псих! – завопил он.

– Водила грузовика? – Лемми почти орал, перекрывая клаксон. – Или Рейс?

– Да оба!

К следующему повороту Лафлин вроде бы пришел в себя – или просто посмотрел наконец в зеркало заднего вида и заметил байкеров, изо всех сил кроющих его в спину. Он выставил руку из окошка – загорелую жилистую руку с выпирающими суставами и короткими пальцами – и махнул – проезжайте.

Рой и еще двое тут же вырвались вперед и прогрохотали мимо. Остальные разбились на двойки. Теперь объехать казалось проще простого, ведь грузовик шел едва ли на тридцати. Винс и Лемми шли последними, они обогнали фуру перед очередным подъемом. Винс бросил взгляд на водителя, но не увидел ничего, кроме выставленной в окно темной руки. Через пять минут они оставили фуру так далеко за собой, что даже звук ее мотора растаял в воздухе.

Они втянулись на высокое открытое пустынное плоскогорье: справа от дороги полынь и кактусы, слева – скалы, с желтыми и красными полосами меловых отложений. Они ехали сейчас навстречу солнцу, и удлиняющиеся тени двигались за ними следом. Редкие дома, несколько трейлеров – они проскочили жалкую пародию на настоящий городок. Байки растянулись едва не на километр; Винс и Лемми так и держались сзади. Но сразу за горе-городком Винс увидел, что Команда притормаживает на обочине: впереди лежал четырехсторонний перекресток и поворот на Шестое шоссе.

За перекрестком, к западу, их хайвэй был раскопан. Оранжевый знак предупреждал: «Ремонтные работы. Следующие 20 миль – будьте готовы снизить скорость». Вдали виднелись грузовики и грейдер. Глиняная взвесь расползалась во все стороны, и дорожные рабочие трудились в облаках красной пыли.

Винс не слышал о ремонте: прежде они тут не ездили. Возвращаться этой дорогой предложил Рейс, и тогда идея пришлась Винсу по душе. Оказаться подальше от двойного смертоубийства, не мозолить никому глаза – ради такого и по плохой дороге проехать не страшно. Впрочем, конечно же, Рейс предложил такой маршрут вовсе не из осторожности или страха.

Винс притормозил и опустил ногу на землю.

– Что такое?

Словно еще не понял.

Рейс махнул рукой в сторону от дорожных работ, вдоль Шестой трассы.

– Если ехать по Шестерке, доберемся до Сорокового перекрестка…

– …и Шоу Лоу. И почему меня это не удивляет?

Рой Клавз ткнул пальцем в самосвалы:

– Чем плестись пять миль в час по этому дерьму двадцать миль, по мне, так лучше катить с огоньком и, может, еще и ухватить по пути шестьдесят грандов. Такая у меня мысль.

– Голову не надавило? – спросил Лемми. – От мысли? Я слышал, по первому разу больно. Ну как цыпочка впервые ты сам знаешь что.

– Отвали, Лемми!

– Когда мне понадобится твое мнение, Рой, – произнес Винс, – я тебя спрошу. А пока притормози.