Маска одержимости-2 - Роберт Лоуренс Стайн

— О-о-о! — завопил я в ужасе.

Должна же эта чёртова дверь поддаться! Не может такого быть.

Набираю полную грудь воздуха. Упираюсь плечом и что есть силы пытаюсь её приподнять.

Раз, два, взяли!

А человек в накидке уже руку ко мне тянет. Я спиной чую его дыхание. Я руку оттолкнул и снова налёг плечом на дверь.

Раз, два, взяли! Пошла!

— Ура! — От счастья я кричу, как ошалелый. И с этими воплями вываливаюсь в переулочек.

Холодный ветер сразу обдал моё разгорячённое лицо. Я обо что-то спотыкаюсь: не то о камень, не то о кирпич. Даже не посмотрел — не до того. Сломя голову несусь по переулочку на улицу.

Бегу, а сам глазами туда-сюда. Куда Чак подевался?

Поспешно озираюсь, не бежит ли за мной накидка? В переулке тьма тьмущая, хоть глаза выколи.

Несусь дальше, не несусь — лечу. Ноги едва тротуара касаются, будто крылья у меня за спиной выросли. Пулей вылетаю на улицу. Она ярко освещена. Уши режет автомобильный гудок. Ух! От испуга подпрыгиваю. Мимо с рёвом проносится машина.

— Эй, Стив!.. — Из-за высокой живой изгороди возникает Чак. — Смылся?

— Смылся, — говорю, едва переводя дыхание.

— Я совсем растерялся, — оправдывается он.

— Так ты всё это время здесь стоял?

— Я ждал тебя. Я до смерти перепугался.

Спасибо и на том.

— Валим подобру-поздорову, — говорю. — А то он поймает нас.

Мы и побежали. Бежим ноздря в ноздрю, только клубки воздуха пускаем. Пух-пух. Пух-пух.

Мимо проносятся дома, газоны. Всё в чёрно-серой дымке. Бежим молча. Пробежали три квартала и сбавляем скорость. Впереди дом Чака. Я выдохся и, согнувшись, пытаюсь унять боль в боку. У меня всегда так: стоит пробежать чуть быстрее и сразу же в боку колит.

— Ладно, пока! — машет мне рукой Чак. — Жаль, что маской ты так и не разжился.

— Да, — говорю, — жалко.

А сам стою, жду, пока он в дом не вошёл. Потом набрал побольше воздуха и пустился рысцой дальше, ведь я живу в следующем квартале. Сердце всё ещё колотится, но более-менее я пришёл в себя. Слава богу, что ещё этот человек в накидке не преследовал! Сейчас буду дома, и всё кончится. Уже на нашей дорожке я снизил скорость и остановился. В боку уже не колет, а так, тупая боль. Я вступил в полосу желтоватого света от нашего фонаря на крыльце. Из дома доносится лай Спарки — собака всегда чует, когда я к дому подхожу.

Поднимаюсь по ступенькам, улыбочка до ушей. Весь так и сверкаю. Я и впрямь радовался от души. А что? Всё обошлось. Мне хотелось прыгать и плясать. Выкидывать замысловатые коленца в воздухе или кукарекать, а то запрокинуть голову и выть на луну. Всё так здорово!

Я нарочно не сказал Чаку. Нечего ему знать, что у меня есть маска. А получилось это так.

Когда человек в немыслимой накидке врубил в подвале свет, — в тот краткий миг между тем, как он увидел меня, а я его, — я успел выхватить маску из коробки и спрятать её под свитер.

Хотя всё, конечно, было круто. Я в жизни ничего более страшного не переживал. Как вспомню об этом странном типе в жутком подвале, мороз по коже подирает.

Но маска у меня! Так и лежит, милая, у меня под свитером. Я всё время чувствовал её у себя на груди, пока бежал. Я и сейчас чувствую её тепло.

Как я счастлив! А как доволен собой!

И тут за пазухой что-то шевельнулось.

Я вскрикнул. Что-то острое пронзило мне грудь.

11

Я сквозь свитер прижал маску обеими руками к груди.

— Что за чертовщина! — бормочу, а сам прижимаю её всё крепче.

Спокойно, Стив, говорю себе. Это тебе померещилось. Не давай волю воображению! Подумаешь, маска соскользнула. Иди домой и спрячь её в ящик, уговариваю себя. И отдыхай.

И чего это я распсиховался? Все страхи позади. Я благополучно удрал, да ещё маску прихватил. Теперь моя очередь пугать людей. С чего бы мне трястись?

Придерживая маску руками, я толкнул входную дверь и вошёл в дом. На меня бросается маленький чёрный терьер.

— А ну пошёл, Старки! Отвяжись! — закричал я.

Собака подлетает до потолка, скулит, рычит и тявкает от радости. Можно подумать, сто лет не виделись.

— Отстань, Спарки! Брысь!

Я-то хотел незаметно от родителей пробраться к себе в комнату и успеть спрятать маску. А Спарки все мои планы нарушил.