Огонь - Сара Б. Элфгрен

Мину зажигает свечу на письменном столе. Перебои с электричеством, начавшиеся прошлой осенью, происходят достаточно регулярно, и она успела к ним привыкнуть, даже полюбила. Тишина. Спокойствие. Но мысли о предстоящем разговоре портили все удовольствие.

Сегодня вечером она должна поговорить с Линнеей о Ванессе. Это надо сделать до проведения ритуала, до суда. Сегодня самый подходящий случай.

А нужно ли вообще это делать?

«Может, плюнуть на все? — Мину задувает спичку. — В конце концов, это не мое дело».

«Но проблемы членов группы могут стать проблемой для всей группы, — отвечает она сама себе. — И потом, на месте Линнеи… разве я не хотела бы знать? Я ведь разозлилась, когда она сказала, что может читать мои мысли».

Мину берет мобильный. В сомнении смотрит на телефон. Откуда ей знать, чего хочет Линнея? Может, все-таки не звонить? Может, позвонив, она только все испортит?

Нет, хватит трусить. Есть причина, по которой она должна позвонить. Самая главная причина. Линнея очень переживает. И Мину беспокоится за нее.

Мобильный в руке Мину начинает вибрировать. На дисплее имя Иды, и Мину с облегчением нажимает кнопку ответа, радуясь, что получила короткую отсрочку.

— Это я, — слышит она в трубке запыхавшийся голос Иды. — Я только что была в «ПЭ», и там кое-что произошло.

— Зачем ты… — начинает Мину, но Ида прерывает ее:

— Я все знаю, не надо меня учить. Это было в первый раз, и я не собираюсь приходить туда снова.

Ида тяжело дышит, кажется, она куда-то бежит.

— Что случилось?

— Магия, — говорит Ида. — Сильная магия. Лампы замигали, свет нафиг выключился, и теперь я, блин, в полной темноте иду и ни хрена не вижу.

— Ты знаешь, кто…

— Неужели ты думаешь, что я бы не сказала тебе, если бы знала? — фыркает Ида.

Ведьма в офисе «Позитивного Энгельсфорса». Значит, все это время они были правы в своих предположениях? Неужели Хелена получила благословение демонов и помогает им приблизить апокалипсис? Или это Кристер? Или кто-то еще?

А может, это просто обыкновенная ведьма, которых, судя по всему, в нашем городе — пруд пруди.

— Алло! — сказала Ида. — Ты меня слушаешь?

— Слушаю, — ответила Мину. — Но нам надо сосредоточиться на процессе. Мы не можем бороться с двумя врагами одновременно.

Из трубки доносится звук, похожий на всхлипывание.

— Ты что? — спрашивает Мину.

— Супер! — шмыгает носом Ида. — Просто супер! Оказывается, мои родители, мои друзья и мой парень — члены какой-то демонической секты!

Мину хочет поправить Иду. Сказать, что секта, может быть, не демоническая, а обычная. Но от этого Иде вряд ли станет легче.

— Алло, — опять говорит Ида. — Ты слушаешь?

— Да.

— Я иду домой, — задыхаясь, говорит Ида. — Мы можем немного поболтать?

— О чем?

— Фиг знает. О чем угодно, только не о конце света.

— Ида, — говорит Мину, зная, что потом будет жалеть об этих словах. — У тебя могут быть друзья совсем не в «ПЭ». Мы можем быть твоими друзьями, если ты…

— Если я что? Почему именно я должна меняться? Почему я всегда во всем виновата? Что во мне не так?

— Жаль, что ты этого не понимаешь, — отстраненно произнесла Мину.

Ида замолчала. В трубке слышалось только ее тяжелое дыхание.

— Я дома, — сказала она наконец.

Мину слышит звук отпираемой двери.

— Пока, — говорит Ида и отключается.

Мину смотрит на свой телефон. Ну что ж, можно приниматься за следующий тяжелый разговор.

* * *

Ингрид появляется со склада, неся в руках два фонаря со свечками. Она ставит их на прилавок рядом с Линнеей и смеется:

— Смешно выглядишь!

Линнея косится на нее.

— Могу себе представить, — бурчит она.

Стоя у кассы, она складывает счета в папку, одновременно пытаясь удержать плечом и подбородком карманный фонарик.

— Как всегда, — говорит Ингрид, становясь перед зеркалом в раме из винных пробок. — Свет отключили именно в тот день, когда мы решили разобраться на складе. И еще неизвестно, когда дадут снова. Иди домой. Продолжим завтра.

— Ничего, я не спешу.

Ингрид распускает длинные белые волосы. Снова собирает их в пучок на затылке.

— Ты настойчивая, — говорит она.

«Может, и так», — думает Линнея.

На самом деле она просто не хочет сейчас выходить в темноту. Не хочет оставаться в этот вечер одна. Не знает, куда себя деть. Все время оглядывается. Вздрагивает от малейшего звука.

Ингрид идет к полкам с распродажным товаром и вынимает оттуда тролля, сделанного из шишек.

— Сколько ты уже здесь лежишь, дружочек? — говорит она ему. — Никто не хочет тебя брать. Наверно, пора тебе перебираться в мусорное ведро.

Сдув пыль с несчастного тролля, Ингрид ставит его обратно на полку. Линнея знает, что ему ничего не грозит. Ингрид никогда ничего не выбрасывает.

— Хочешь взять белую кружевную ткань, которую мы недавно получили? — спрашивает она у Линнеи. — С этими пятнами мне ее не продать, а ты все равно все красишь в черный цвет.

— Спасибо, — говорит Линнея. — С удовольствием.

Она не может понять, каким образом Ингрид удается сводить концы с концами. Клиентов у магазина почти нет. Говорят, Ингрид живет на наследство, оставленное мужем, который когда-то выиграл большие деньги в лотерею. Ходят сплетни, что дети Ингрид с матерью не общаются. И что сама Ингрид была одним из активных посетителей клуба свингеров, до пожара находившегося в квартале Малая Тишина.

Но все это для Линнеи было неважно, важно было то, что Ингрид общалась с ней как с обычным, нормальным человеком.