Мать Ученья - Домагой Курмаич

[Пока нет,] — ответил Зориан. — [Только начинаю. Думаю, это займет не один цикл, так что я бы не стал ждать скорых результатов.]

[Само собой. Что же, мне нечего добавить. Встретимся на следующей неделе, или у тебя есть еще вопросы?]

[Вообще-то есть. Два вопроса.]

[Спрашивай.]

[Во-первых, можете объяснить, что вы имеете в виду под "тусклоумными" и почему к ним такое отношение?] — спросил Зориан. — [Когда вы произносите это слово, оно звучит весьма неприятно.]

Лапы матриарха дернулись, последовала какая-то сложная эмоция — возможностей Зориана в эмпатии просто не хватало на расшифровку. Сказать по правде, такое происходило довольно часто — все же аранеа сильно отличались от людей, в том числе и ментально.

[Извини, если обидела,] — наконец сказала матриарх. — [У нас очень давно не было полноценного контакта с людьми, так что некоторое недопонимание неизбежно.]

[По-моему, вы не ответили на вопрос,] — указал Зориан.

[Твоя догадка верна: тусклоумный — тот, кто, в отличие от нас с тобой, не психик. Я не сомневаюсь, что они прекрасные люди, но мне — да и другим аранеа — сложно воспринимать их всерьез. Это как слепые от рождения… они вполне могут обходиться без зрения, но ты все равно будешь подсознательно считать их калеками.]

[Вы не объяснили, кто такой психик.]

[Все, от песчинки и до богов, объединено великой невидимой паутиной, пронизывающей все сущее,] — сказала матриарх. — [Психики открыты этой связи, и могут обращаться к другим разумам — или к самой вселенной, творя то, что вы называете магией.]

[Это… почти религиозное объяснение,] — сказал Зориан.

[Великая паутина играет важную роль в нашем духовном развитии,] — согласилась матриарх. — [Какой еще вопрос ты хотел задать?]

[А, точно. Я нашел человека-эмпата, которая может обучить меня некоторым приемам. Хотел спросить ваше мнени…]

[Нет!] — прервала его матриарх. — [Очень плохая идея! Ваши людские эмпаты — ужасные учителя! Все их "обучение" — показать, как отгородиться от Великой Паутины и жить, замкнувшись! Они внушают ученикам, что их способность — только слышать эмоции, и называют другие ментальные искусства аморальными! Они извращают величайший дар!]

Зориан растерянно моргнул. Да, он хотел спровоцировать реакцию — но никак не ожидал столь яростного ответа. Негодование буквально изливалось из матриарха, вероятно, тема ее здорово задела. Наверное, впервые с их встречи он вспомнил, что матриарх выглядит довольно устрашающе.

[Не ожидал такого сильного неодобрения,] — Зориан волевым усилием сохранил спокойствие. — [Может, тогда подскажете альтернативы? Мне действительно нужно взять эту способность под контроль.]

[Разве я не обещала помочь с обучением?] — спросила она.

[И совершенно позабыли об этом,] — ответил Зориан.

[Я думала, тебе нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью. Когда я сообщила тебе о твоем даре, ты явно был не в восторге. Может, мы бы лучше понимали друг друга, если бы ты не прождал шесть месяцев, прежде чем исполнить обещание?]

Ой.

[Но не важно,] — сказала она. — [Это бесполезный спор. Если хочешь учиться — я буду рада помочь. Приходи завтра в это же время, и мы начнем занятия.]

Она повернулась и направилась к выходу, добавив напоследок:

[А когда ты познаешь Великую Паутину во всем ее великолепии — можешь обратиться к этой своей человеку-эмпату и увидеть разницу своими глазами.]

Глава 21. Колесо Фортуны

Он сидел, скрестив ноги и закрыв глаза, глубоко в туннелях под Сиорией, пытаясь ощутить разум ближайших аранеа. Первое задание матриарха неприятно напоминало "упражнения" Ксвима на чувство маны. И, подобно чертовым заданиям Ксвима, оно никак не получалось.

[Прошло всего три дня,] — укорил его бестелесный голос матриарха. — [Ты едва начал. Имей терпение.]

— Должен быть и более быстрый способ, — пожаловался Зориан. Подобным методом проб и ошибок он мог бы учиться и самостоятельно. Пока что все участие матриарха сводилось к тому, что она, как опытный практик, следила, чтобы он не натворил ничего страшного. Хотя… положа руку на сердце, это уже очень ценное подспорье в освоении ментальной магии. И любой другой магии, если уж на то пошло.

[Не только это. Ощутить и коснуться Открытых разумов легче, чем разумов… не-психиков,] — добавила матриарх, слегка запнувшись в конце предложения. — [Я почему-то сомневаюсь, что ты нашел бы на поверхности много Открытых. Тем более — Открытых, согласных помочь тебе с тренировкой. Но неважно. Я понимаю, что первые шаги скучны и утомительны, но они необходимы. Извини, если не смогла объяснить доступно. Для меня эта способность совершенно естественна, аранеа учатся этому в раннем детстве, как люди, учащиеся ходить и говорить. Представь, что учишь ходить человека, всю жизнь бывшего парализованным — сможешь объяснить ему, как заставить ноги двигаться?]

Зориан нахмурился. То есть у него не получается упражнение для младенцев? Прекрасно, просто прекрасно. Глубоко вдохнув, он отбросил эмоции и еще раз попытался осмыслить задачу, найти альтернативные решения. Да-да, матриарх советовала просто продолжать, и рано или поздно у него получится — но он маг, черт возьми. Маги берут умом, а не упрямством.

Быть психиком — значит быть прирожденным магом разума. Что бы там матриарх не вещала про их экзотические верования, все сводится к этому. Психик может читать мысли и эмоции, проникать в память, перехватывать сигналы от органов чувств и от мозга к мышцам, общаться телепатически и лишь боги знают что еще, но все это завязано на разум. Матриарх сама признала, что для не связанных с менталистикой целей они используют адаптированную магию людей.

Возможно, подсказка кроется в прорицаниях. Если способности психика по своей сути ментальны, то почему они способствуют и прорицанию?

[Не всем видам прорицания,] — уточнила матриарх, как всегда знающая, что творится у него в голове. — [Только тем, что передают информацию напрямую в мозг. Дар позволяет легче расшифровывать результат, а поскольку большинство высокоуровневых заклятий прорицания передают по крайней мере часть результатов напрямую… Нетрудно представить, какие это дает преимущества.]

Внезапно в мозгу Зориана что-то щелкнуло. Библиотечные книги о ментальных искусствах утверждали, что заклятья для чтения мыслей не так уж сложны. Проблема в том, что их результат совершенно непонятен большинству пользователей, если они не посвятили его расшифровке долгие годы тренировок. Заклятья мысленной связи страдали этим же недостатком, хоть и в меньшей степени — если оба оператора говорили на одном языке, они по крайней мере понимали мысли друг друга. Другими словами, ментальные искусства подобны прорицаниям, вываливающим в разум заклинателя огромные объемы сырой информации… к чему