Хороший, плохой, неживой - Ким Харрисон

Трент дернулся:

– Ты помнишь, как ее звали? – воскликнулон. – Запиши ее имя, быстро!

Я уставилась не него, не понимая.

– Какая тебе разница, как ее звали? Ей и без твоихприставаний плохо было.

– Имя! – сказал с напором Трент, хлопая себя покарманам в поисках ручки. Нашел. – Как ее звали?

Я нахмурилась, заправила за ухо выбившуюся прядь.

– Не скажу.

Меня озадачило, что я это имя тут же забыла. Трент поджалгубы и убрал ручку. – Ты его тут же забыла, да?

– А какая тебе разница? Ты ей только жизнь отравлял. Оннадвинул шляпу на глаза:

– Мне тогда было четырнадцать лет, миз Морган. Иподростком я был очень нескладным. Дразнил я ее потому, что она мне нравилась.В следующий раз, если вы вспомните ее имя, я буду очень признателен, если выего запишете и пришлете мне. В питьевой воде этого лагеря содержались блокаторыдолговременной памяти, и я бы хотел узнать…

Он не договорил, и я увидела эмоцию, мелькнувшую у него вглазах. Кажется, я уже научилась в них читать.

– Вы хотите знать, выжила ли она. – Я поняла, чтоугадала, когда он отвел глаза. – А почему вы сами там были? –спросила я, почти боясь, что он мне расскажет.

– Лагерь принадлежал моему отцу. Где бы мне еще летопроводить?

Но переливы его голоса и легкая морщинка над бровямиговорили, что это еще не вся правда. И это было приятно: я обнаружила признаки,говорящие, что он лжет. Теперь бы еще признаки, что он говорит правду, иникогда он больше не сможет меня обмануть.

– Вы такая же грязная скотина, как ваш отец, –сказала я с отвращением. – Он вешал у людей под носом морковку исцеления ипревращал в своих марионеток. Состояние ваших родителей, мистер Каламак,построено на горе сотен, если не тысяч. И вы такой же.

У Трента почти незаметно дрогнул подбородок, и мнепомерещилось вокруг него мерцание искр – воспоминание о его ауре обманывалозрение. Может, эльфийские штуки.

– Я не буду оправдывать перед вами своидействия, – сказал он. – Вы сами тоже хорошо овладели искусствомшантажа. И я не стану терять время на детские перебранки насчет того, кто чьичувства ранил десять с лишним лет тому назад. Я хочу вас нанять дляпрофессиональной услуги.

– Меня нанять? – спросила я, от удивления непонизив голос и упираясь руками в бока. – Вы меня пытались убить вкрысиных боях, и вы думаете, я буду на вас работать? Спасать ваше доброе имя?Вы убили всех этих колдунов, и я это докажу.

Он засмеялся – поля шляпы закрыли его лицо, когда оннаклонил голову, пытаясь перестать.

– Что вас так рассмешило? – спросила я, чувствуясебя по-дурацки.

– Вы. – Глаза у него искрились. – Вам в этойкрысиной яме не грозила никакая опасность. Я ее использовал, чтобы вы какследует осознали свое прискорбное положение. Но мне там удалось завязатьнесколько впечатляющих знакомств.

– Ах ты сукин… – Стиснув зубы, я сжала руку вкулак.

Веселье Трента испарилось, он чуть склонил голову набок впредупреждающем жесте, отступив на шаг.

– Не советую, – пригрозил он, поднимаяпалец. – Очень не советую.

Я медленно качнулась назад – колени у меня тряслись отвоспоминаний о яме. Выворачивающее наизнанку чувство беспомощности, западни,необходимости убивать, чтобы не быть убитой – все это нахлынуло на меня. Я былаигрушкой в руках Трента – и то, как он гнался за мной верхом, было ерундой посравнению с этим. В конце концов, тогда я пыталась его обворовать.

– Слушай меня, Трент, и заруби себе на носу, –прошептала я, и мысль о Квене заставила меня отступить, пока спина не уперласьв бетонные перила. – Я на тебя работать не буду. Я тебя засажу за решетку.Я найду, как ты связан с каждым из этих убийств.

– Бога ради, – поморщился он, и я поразилась, какбыстро мы оба из бизнесмена двадцатки «Форчун» и хищного независимого агентапревратились в парочку, пережевывающую старые обиды, – вам еще не надоело?Даже капитан Эдден понимает, что тело Дэна Смейзера мне в конюшни подбросили –почему и послал своего сына за мной присматривать, а не стал выдвигатьобвинения. А насчет контактов с жертвами – да, я с ними со всеми говорил, ипытался я их нанять, а не убить. Вы очень сильны во многих профессиях, мизМорган, но профессия следователя в списке не значится. Вы слишком нетерпеливы,вас увлекает интуиция, а она всегда смотрит только вперед и не оглядывается.Оскорбленная таким высокомерием, я уперлась руками в бока и издала негодующийзвук.

Да кто он такой, чтобы мне лекции читать?

Трент полез в карман рубашки, вытащил белый конверт ипротянул мне. Подавшись вперед, я его взяла из рук Трента и открыла. У меняперехватило дыхание, когда я поняла, что там двадцать новехоньких стодолларовыхкупюр.

– Это десятипроцентный аванс, Остальное повыполнении, – сказал он, и я застыла, пытаясь выглядеть как ни в чем небывало. Двадцать тысяч долларов? – Я хочу, чтобы вы установили, ктоответствен за эти убийства. В последние три месяца я пытался нанять себеколдуна – лей-линейщика, и всех кандидатов до одного убили. Меня это начинаетутомлять. Все, что мне от вас нужно – это имя.

– Иди ты к черту, Каламак, – ответила я, роняяконверт, потому что Трент его не взял.

Меня терзали злость и досада. Я пришла с такой класснойинформацией и была уверена, что он сознается. А получила я в ответ угрозы,оскорбления и попытку подкупа.

Трент с невозмутимым видом нагнулся, подобрал конверт,похлопал по ладони, чтобы стряхнуть песок, и убрал его.

– Понимаете ли вы, что после вашей вчерашней маленькойдемонстрации вы – следующая в списке этого киллера? Вы отлично подходите попрофилю: сперва показали себя умельцем лей-линейной магии, а сегоднявстретились со мной.

Черт! Я об этом совсем не подумала. Если Трент действительноне убийца, то у меня ничего нет, чтобы помешать настоящему убийце на меняохотиться. Вдруг солнце перестало меня греть. У меня перехватило дыхание,замутило от мысли, что убийца найдет меня раньше, чем я его.

– Ну вот, – заговорил Трент голосом вкрадчивейводы. – Возьмите деньги, и я вам расскажу, что мне удалось выяснить.

С холодом в животе я подняла глаза навстречу егонасмешливому взгляду. Придется сделать именно так, как он хочет. Он заставилменя ему помогать. Черт, черт и еще три раза черт!

Перейдя на его сторону моста, я поставила локти на перила,стоя спиной к Гленну. Зубастый был глубоко под водой – только отсутствие утоквыдавало, где. А рядом со мной стоял Трент.

– Вы послали Сару-Джейн в ФВБ с единственной целью,чтобы Эдден привлек меня? – спросила я мрачно.

Трент пошевелился, придвинувшись так близко, что я услышалачистый запах его лосьона. Мне не понравилось, что он так близко, но если яотодвинусь, то покажу ему, что мне это небезразлично.