Водки летчикам не давать! - Андрей Загорцев

— А Альма…гей!!! – обрадовался зал.

— Моцарт!!! – выкрикнула девица, – симфония номер 40 соль-минор, первая часть!!! – и повернулась к залу задом и попыталась ретироваться.

— Вот это жопа!!! – восхитился курсант Владимир Степной.

Зал зааплодировал. Наш командир взвода источал, змеиные улыбки и показывал всем кулаки. Вышли девчонки в черных юбках и белых блузках и начали что-то наигрывать.

Курсанты сперва повозмущались и потребовали сыграть "Макарену", однако зачарованные музыкой заткнулись и наградили исполнительниц бешенными овациями, криками "Браво" "Бис" и почему-то "сержант Козлов - лох".

Далее по программе шло какое-то литературное чтение. Два студентика с наружностью геев, что-то нежно щебетали друг другу, театрально взмахивали ручонками и жеманничали, поэтому были награждены парочкой осторожных хлопков, и криком "Брависсимо!!!" это крикнул Эд Ворошилов, который до этого мирно спал, но был разбужен мною и спросонья выкрикнул первое, что пришло в голову. Студентики заулыбались, помахали ручками Эдику, и скромно потупив глазки, походкой манекенщиц удалились со сцены. Ворошилов засмущался и что-то забурчал себе под нос. Театральное действо шло своим ходом, а командир нашего взвода задумал "отлить", поэтому начал проталкиваться по тесным рядам к выходу, по дороге он нечаянно сорвал парик с той самой весьма любезной дамочки, за чтобыл вознагражден неодобрительным шипением.

Наконец старлей оказался в холле и принялся настойчиво разыскивать заведение под грифом два нуля. Первое заведение, которое он нашел, оказалось сугубо женским, встретило нашего взводника, визгами и приглашением зайти и не за дорого расслабится.

Старлей в ужасе помчался искать другое заведение, потом окончательно заблудился в коридорных хитросплетениях и приуныл. Вдруг он услышал, что-то похожее на шум воды, встрепенулся повел ноздрями и ринулся в атаку. Когда он сообразил, куда бежит было уже поздно. Наш командир не успел затормозить и под бешеные аплодисменты своих подчиненных вылетел на сцену. Однако не растерялся, сделал несколько балетных па, поклонился и пробежал в другой конец за покидавшими сцену культпросветовскими актрисульками-балеринами.

— Старший лейтенант, Решеткин лучший!!! – завопили мы.

Удивленные необычным зрелищем местные пооткрывали рты.

Шоу продолжало набирать обороты, после балета местные плясуньи исполняли какой-то зажигательный народный танец. Военные потребовали стриптиз. Классная дама была на грани обморока. Курсанты речники потихоньку стали исчезать сопровождаемые дружественными пинками и криками "куда прешь гоблин???".

Речники тихонечко словно хомяки похватали свои шинельки и дали деру, связываться с кодлой здоровенных и беспринципных курсантов общевойсковиков никому не хотелось.

Мы почувствовали себя хозяевами положения и окончательно расслабились.

Концерт наконец-то закончился и мадам поправив свои очечки хорошо поставленным голоском пропищала.

— А теперь наши дорогие гости, милости просим отведать чаю!!!

— С козинаками? – спросил кто-то из наших.

Дамочка покраснела, и брякнула:

— Да нет, с нашими девочками.

— А мальчики, будут? – опять невпопад брякнул Ворошилов, за чтобыл награжден подозрительным взглядом взводника.

Мы как водится заржали, Эдик определенно сегодня был в ударе. Обгоняя друг друга курсанты понеслись в другой зал где были накрыты столы. Хорошо, что мы с собой догадались захватить горячительных напитков. На белоснежных скатертях красовались исключительно чайные сервизы, в вазочках возлегали чудеса китайской кухни, "чокопай" и печенье. Местные девчонки, очень скромно накрашенные и являвшие собой образцы целомудренности, мялись вокруг. Курсанты стали проявлять, галантность придвигать дамам стулья и предлагать присесть. Девчонки кокетничали до тех пор пока Вова Степной не гаркнул, дородной девушке, исполнявшей на концерте роль конферансье:

— Садись, быстрее, че булки мнешь!

Крупногабаритная красотка открыла рот, но получила стулом под коленки и весьма интеллигентно шлепнулась на сиденье.

— Тишина, – запищала классная мадам, – тишина!!!

Девчонки и так молчавшие, вообще превратились в безмолвные статуи, мы решившие не злить своего старшего лейтенанта благоразумно прихлопнули рты. Мадам закатила минут на десять какой-то продвинутый спич, про облагораживающее действие культуры и весьма кстати вплела и нас в свою речь. Курсанты поудивлялись своему благородству, и довольно заулыбались. Первый тост чокнулись чаем, мы как истинные джентльмены подливали бесцветной бурды в чашки девчонкам, и похапали с вазочек весь "чокопай", кое-кто взял несколько штучек про запас. В зале играла какая-то минорная музыка и тоска потихоньку просочилась в наши изнуренные благородством и культурным поведением души. Взводник наш, позевал, потом отозвал меня в коридор.

— Так остаешься старшим, когда эта бодяга закончится, дуйте в училище, по прибытию дежурному доложишь, я улетучился, дела мать их.

Я кивнул, и поплелся в зал. Девчонки читали грустные стихи о том, как трудно им ждать парней из армии и если бы те парни, которые сейчас не в армии, то дело было бы вообще швах.

Классная дама тоже исчезла непонятно как и куда. Мы немного осмелели достали из рукавов бутылки и стали прелагать девушкам выпить по пять капель.

Дамы отказывались, всплескивали ладошками.

— Ой нет, что вы, что вы.

Вовка, обхаживающий дородную девицу, все-таки приболтал её выпить пять капель коньячку с чаем. Девица весьма умело, опрокинула чашку с коньяком, и даже не закусила. Я вышел подымить, когда вернулся в зал, моя челюсть отпала и щелкнула по пряжке ремня. Обстановка разительно изменилась. Музыка с минорной резко поменялась на продвинутую, по тем временам "Технологию", и чуть не сшибла меня с ног.

Местные девчонки и наши курсанты выплясывали отнюдь не менуэты. На столах появилась куча горячительного и более менее сносная закуска в виде колбасы и домашних солений.

— Ух ты, – восхитился я и ринулся отплясывать.

Так в безудержном веселье прошло часа три. Дородная девица толкала, офигительные тосты типа "за Лося", опрокидывала спиртное в рот и почти не закусывала.

В один из таких моментов она приняла очередную порцию, занюхала головой курсанта Степного, покоящейся у неё на мощном плече и брякнула:

— Хорошие вы пацаны, только пить не умеете!!!

Тут-то нас и покоробило до глубины души.

— Мы не умеем???!!! – возмутились будущие офицеры хором.

И тут Эд Ворошилов совершил своей героически неадекватный поступок. Он в момент развития событий держал в руках пол-литровую бутылку разбавленного "Рояля".

— ААА, – закричал он и потряс бутылкой.

— Эдик, – заорали мы, – давай "горниста"!!! Эд "горниста" давай дуй!!!