Первый день войны - Алексей Евдокимов

Только в полдень дверь камеры, в которой сидел Горбенко, открылась, и на её пороге он увидел начальника караула, охраняющего внутреннюю тюрьму управления, сержанта Николая Миронова. Лицо сержанта выражало растерянность. Горбенко хорошо знал Миронова. Тот командовал взводом в роте внутренних войск, приданных городскому управлению. Вместе им довелось участвовать в ряде операций по ликвидации бандитских формирований в городе и его окрестностях.

— Войну объявили, товарищ лейтенант! — взволнованным голосом сказал Миронов. — Только что по радио выступил товарищ Молотов. Сказал, что на нас вероломно, без объявления войны Германия напала…

Лицо Горбенко помрачнело и затем, прейдя в себя от этой новости, он с ненавистью сказал.

— От фашистов другого ждать и не стоило! На той стороне я уже видел их истинное лицо…

Миронов несколько секунд молчал и затем сказал.

— Я, товарищ лейтенант, понимаю, что вы под арестом. Но сейчас в управлении кроме вас из офицеров никого не осталось.

— А где же все?.. — удивленно спросил Горбенко.

— Рано утром, как только началась бомбежка города, начальник управления капитан Матвеев посадил всех сотрудников управления в грузовики, роздал им оружие, и они поехали в сторону границы. — ответил Миронов. — В управлении осталась только дежурная смена караула — четыре человека вместе со мной. Телефонная связь с утра не работает.

— А где сейчас ваша рота, сержант? — спросил Горбенко. — Свяжитесь с её командиром — старшим лейтенантом Назаровым.

— Роты тоже нет, товарищ лейтенант… — опустив глаза, ответил Миронов. — Я послал связного в её расположение. Он только что вернулся и сказал, что здание казармы, в которой размещалась рота, разрушено бомбами. Командир роты и замполит погибли. Очень много убитых и раненых. Сейчас там пожарные завалы разбирают.

— А начальник гарнизона? — дрогнувшим голосом спросил Горбенко. — Свяжитесь с ним… В крайнем случае, направьте связного в штаб третьей армии. Штаб расположен здесь в городе.

— Помощника начальника гарнизона я час назад встретил на улице. — ответил Миронов. — Он пожар на бензохранилище приехал тушить. Так он сказал, что получен приказ командующего третьей армией генерала Кузнецова, начать эвакуацию города. Немецкие танки уже подошли к его окраинам, а севернее немцы переправляются через Неман, отрезая пути отхода на восток.

Горбенко опустился на кушетку и, обхватив голову руками, задумался. Миронов продолжал.

— Я его спросил… А что мне делать? Он ответил, что у меня свое начальство. Пусть оно распоряжения и отдает. Но сегодня к вечеру город будет оставлен нашими войсками.

В камере надолго повисло молчание. Вдруг с улицы донесся треск мотоциклетного мотора и затем послышался голос часового, стоящего перед входом в управление. Сержант Миронов подбежал к окошку и, взглянув в него, радостно воскликнул.

— Ну, наконец-то и о нас вспомнили! Какой-то офицер-пограничник на мотоцикле приехал. Приказ, наверное, привез. Побегу встречать…

Горбенко тоже выглянул в окошко и вдруг от удивления вздрогнул. Лицо офицера-пограничника, стоящего рядом с часовым показалось ему знакомым. Он напряг свою память и вдруг вспомнил… Себя, сидящим на заднем сиденье легкового автомобиля… двух немцев впереди… лицо офицера, ударившего его… Лицо этого офицера, и лицо офицера-пограничника были удивительно похожи. «Неужели немецкие диверсанты?..» — подумал Горбенко, холодея от ужаса. Он понял, что прямо сейчас и здесь должен принять решение, от которого будет зависеть его дальнейшая судьба и жизнь. Взгляд Горбенко на мгновение задержался на сырых стенах камеры и зарешеченном окне, и затем он без колебаний быстро сказал:

— Подожди, сержант!

Услышав его слова, сержант Миронов остановился в дверях. Горбенко подошел к нему. Их глаза встретились, и Горбенко твёрдым голосом сказал.

— Можешь мне верить или нет… но я лицо этого человека видел на той стороне границы. Это немец… диверсант!..

Миронов оторопело, с недоверием смотрел на Горбенко.

— Видимо, их интересуют архивы управления… — продолжил говорить Горбенко. — В них есть личные дела людей, которые сотрудничают с нами. В том числе и в Польше. Если эти архивы попадут к немцам, то всем им грозит смерть.

— А может быть, вам показалось, товарищ лейтенант? — с сомнением спросил Миронов. — Капитан Матвеев, перед тем, как уехать, предупредил меня, чтобы я был с вами поосторожнее. Сегодня вас должны в Минск отправить в республиканскую прокуратуру.