Воздушная зачистка - Константин Щипачев

— Я отлично отдохнул и подлечился в Стамбуле. Могу снова идти караванными тропами в Афганистан: к аэродромам Джелалабада, Кабула, Кандагара… Куда прикажете! — вдруг с жаром заговорил он. Затем подозрительно покосился на сотрудника ЦРУ: — Надеюсь, меня не станут держать в Чамане в качестве преподавателя или… музейного экспоната?

— Успокойся. Не станут. Скоро ты отправишься на очень важное задание.

— Когда? — с надеждой спросил афганец.

— Скоро. Очень скоро…

Маккартур замолчал, отвернувшись к окну. Через минуту, вероятно осознав, что не стоит скрывать от проверенного полевого командира суть предстоящего задания, приоткрыл карты:

— Ты отправишься на свободную охоту. Тебе дадут в подчинение большой отряд, три переносных комплекса с десятью дополнительными зарядами к каждому. Обеспечат стрелковым оружием, боеприпасами, современной связью, медикаментами, продовольствием. Что на это скажешь? Такой перспективой доволен?

— Еще как! Это же совсем другое дело!! — расцвел инженер в довольной улыбке. И вдруг озаботился: — А что означает «свободная охота»?

— Группе не назовут определенных целей, не ограничат в сроках исполнения. Мы обозначим лишь время возвращения группы и поставим единственную задачу: уничтожить как можно больше русских самолетов и вертолетов. Ясно?

Гаффар заерзал на кожаном сиденье, наверное, впервые проявляя в присутствии сотрудника ЦРУ нетерпение:

— Конечно, ясно. Когда назначен старт операции?

— Об этом позже, — невозмутимо перебил американец. — Мы приехали…

Не снижая скорости, машина промчалась мимо охраны, скучающей у открытых ворот аэропорта, пронеслась вдоль длинного ряда пассажирских лайнеров и, резко подвернув вправо, замерла у небольшого реактивного самолета.

* * *

Как ни торопился бывший инженер приступить к реальному делу, как ни горел желанием поскорее оказаться в родных краях, а в учебном лагере близ городка Чаман предстояло задержаться еще на неделю.

Во-первых, по приказу того же Маккартура, он каждый день по нескольку часов потел на небольшом стадионе и в спортзале — сгонял набранный за отпуск лишний вес.

Во-вторых, стоило освежить память и заново повторить кое-что из инструкций по тактике и боевому применению ПЗРК…

Наконец, восьмого января 1987 года его желание оказаться на родной земле Афганистана осуществилось: большой отряд в составе восьмидесяти пяти бойцов, успешно перешел границу в районе селения Герди и отправился на обещанную Маккартуром «свободную охоту». Зону для этой охоты отвели весьма и весьма обширную: северо-восток провинции Нангархар, юго-восток провинции Кунар и юг провинции Лагман.

Тактику Гаффар избрал старую: шли ночами, дабы многочисленный отряд не попался на глаза вертолетчикам или агентам из ХАДа. Днями прятались в расщелинах, в лесистых распадках близ извилистой реки или в пещерах, что в изобилии встречались по склонам ущелий. Через двое суток пути прибыли в окрестности горного кишлака Мангваль, расположенного в сорока километрах к северо-востоку от Джелалабада. В одном из ущелий инженер приказал остановиться и, осмотрев найденное для засады местечко, умело расставил пусковые расчеты и рассредоточил на подступах к разбитому лагерю несколько дозорных групп.

Наступило томительное ожидание…

Около полудня 12 января со стороны Асадабада (административный центр провинции Кунар, — примечание авторов) появились четыре вертолета: два транспортных Ми-8 и два боевых Ми-24.

Гаффар поспешил скомандовать:

— Расчетам приготовиться к пускам!

Когда дистанция стала оптимальной, в небо взметнулись хвосты трех выпущенных ракет.

Первая прошла в десятке метров от «восьмерки».

Вторая взорвалась рядом с другой, отчего та качнулась, но продолжила полет.

Зато третья влетела точно в брюхо хищной и ненавистной «двадцатьчетверки». За ней тотчас потянулся шлейф черного дыма; машина накренилась и резко пошла на снижение.

Отличное начало свободной охоты!

— Первая группа прикрытия! — прокричал Гаффар, заметив над вершиной хребта белые купола парашютов. — Уничтожить экипаж! Расчетам приготовится к повторному пуску!..

Два десятка моджахедов, занимавших позицию почти у вершины, открыли огонь по летчикам.

Операторы спешно перезаряжали пусковые установки, пока уцелевший боевой вертолет не лег на боевой курс для атаки.

«Успеют? — мельком глянул командир на часы. — Этого мы попробуем завалить, но до джелалабадского аэродрома меньше сорока километров. Скоро сюда примчится еще несколько боевых «вертушек». Очень скоро. И тогда улизнуть без больших потерь не получится».

И, не пожелав рисковать отрядом, равно как и дальнейшей «свободной охотой», он отдал приказ отходить. Всем, кроме группы прикрытия, что вела огонь по пилотам на вершине.

Забрав пустые тубусы и замаскировав следы своего пребывания в ущелье, моджахеды поспешили покинуть зону ракетных пусков. Командир повел группу в сторону развалин старого кишлака. Находясь приблизительно на середине спуска, он услышал гул спешивших на помощь атакованным шурави боевых «вертушек».

«Вовремя мы ушли! — подумал инженер, подгоняя своих людей. — Задержись минут на пять и… ничего бы от нас не осталось. Сейчас начнут сыпать ракетами…»

Разрушенное селение ютилось возле русла реки: северный берег — бесконечные горные складки; южный — широкая полоса сплошных делянок с кривыми полосками леса. Удобная местность, где, при случае, можно раствориться или хотя бы до темноты рассредоточить отряд.

Да, отряд покинул позицию своевременно — спустя десять-двенадцать минут к тому месту, куда спустились на парашютах летчики, примчалась целая эскадрилья боевых вертолетов. Под массированный ракетный обстрел попала оставленная на вершине хребта малочисленная группа. И вряд ли кто-нибудь из них уцелел.

Людей было жаль но, к берегу реки Гаффар подходил в неплохом расположении духа. Отдавал приказы, он осмысленно и неукоснительно следовал инструкциям Маккартура.

Ведь на занятиях тот не уставал твердить:

— Запомните первейшую истину: мертвые пилоты представляют в любой войне самую огромную ценность. Их намного сложнее заменить, чем воздушные суда…

Поэтому инженер не чувствовал вины за смерть единоверцев. Это настоящая война и каждый из тех, кто сейчас шел рядом, внутренне обязан себя готовить к смерти.

«Да, мы потеряли двадцать человек, но это не критичная потеря для такого многочисленного отряда, — размышлял он, изредка оглядываясь и осматривая небо над перевалом. — Зато удалось уничтожить цель и сохранить расчеты для следующих засад…»

* * *

Следующая засада стала такой же удачной.

Умный, исполненный осторожности Гаффар, уходя от возможного преследования после ракетных пусков в окрестностях кишлака Мангваль, за две ночи преодолел с группой более восьмидесяти километров.