Воздушная зачистка - Константин Щипачев

Ранним утром третьего дня он оказался за пределами очерченной капитаном Маккартуром зоны действий. Это не смутило афганца.

«Ну и что с того? — рассуждал он, подбираясь к оживленной автотрассе «Кабул-Джелалабад». — Здесь нас никто искать не будет; отсидимся, отдохнем и вернемся в одну из трех провинций…»

Отдохнуть довелось ровно шесть часов. В половине третьего инженера разбудил заместитель — молодой Хаккани.

— Очнись, Гаффар! — долго тряс он его за плечо.

— Что?.. Что случилось? — зажмурился тот от яркого солнца.

— «Вертушки» летят. Слышишь?

— Слышу. Зачем разбудил? Здесь опасно атаковать — шурави слишком близко.

— Но она почти без прикрытия! — азартно настаивал подчиненный.

Командир окончательно проснулся, тряхнул головой и, поднявшись на ноги, посмотрел в небо.

Пара боевых Ми-24 действительно ушла далеко вперед, оторвавшись от медленно ползущей транспортной «восьмерки» километра на три.

— Где расчеты? — спросил командир.

— На местах.

— Хорошо. Передай: пусть приготовятся к пускам. Пропустим Ми-8 и ударим вслед…

Две ракеты ушли к пролетевшему над головами душманов вертолету. Одна долбанула точно в борт, отчего тот загорелся и камнем пошел вниз. Вторая прошмыгнула мимо.

К сожалению, выбросившихся с парашютами летчиков добить на земле не получилось — Гаффар счел эту затею слишком опасной и приказал уходить на северо-восток…

А вот третьего успеха пришлось ждать очень долго. Целых три недели группа курсировала по глухим районам провинций или, обосновавшись на заснеженных склонах, торчала в засадах.

Тщетно. Где-то вдали за вершинами гор пролетали «вертушки» или на большой высоте проносились истребители, а в зоне досягаемости «Стингеров» так и не появилось ни одной воздушной цели.

Наконец, пятого февраля им повезло. Находясь в девяноста километрах восточнее Баграма, удалось подкараулить русский штурмовик Су-25. Произвели три пуска, и одна из ракет достигла цели. При этом летчик катапультироваться не успел — самолет шел низко и сразу после попадания «Стингера» в хвостовую часть врезался в крутой склон…

Потом последовал еще более затяжной период в ожидании удачи.

Провалы или потери группу, слава Аллаху, не преследовали — опытный полевой командир понапрасну не рисковал, людей под пули и неуправляемые ракеты не подставлял. Просто месяц болтались по горам и ущельям: устраивали засады; меняли дислокацию и снова дежурили, расставляя расчеты и пристально вглядываясь в небо; изредка заходили в отдаленные кишлаки за провизией, потому как свои припасы заканчивались…

Следующая ракета ушла в небо лишь десятого марта.

В этот день они вновь находились за пределами отведенного района — в восточной части провинции Кабул. Заместитель Гаффара Хаккани был родом из селения Суруби — крупного по здешним меркам кишлака, расположенного на берегу огромного водохранилища и неподалеку от разрушенной электростанции. Четверым моджахедам из отряда требовалась медицинская помощь, остальным не мешало передохнуть и восстановить силы. На вопрос Гаффара каково отношение местных жителей к Джихаду, Хаккани лишь улыбнулся и, хитро прищурившись, поведал:

— Из нашей деревни ушло на войну больше ста моджахедов; девять стали полевыми командирами. Здесь каждая семья ненавидит демократов и русских.

Лагерь разбили на краю пересохшего русла — к юго-западу от кишлака. Больных накануне ночью переправили в один из окраинных домов — за них Гаффар уже не беспокоился. Все было обыденно, ничто не предвещало тревог и волнений. Часть отряда колдовала у костров — готовили горячую пищу, кто-то чистил оружие, большинство воинов отдыхали…

И вдруг вдали, над грядой сопок послышался знакомый звук авиационных реактивных двигателей.

Помимо четырех круглосуточных дозоров, расставленных по периметру лагеря, на боевом дежурстве находился и один из трех пусковых расчетов ПЗРК. Подобной практике учил американский наставник, к этому изо дня в день приучал подчиненных Гаффар.

«А почему бы их не атаковать?» — подумал он, когда две черные точки на горизонте приобрели узнаваемые контуры советских МиГ-23. И, не раздумывая, инженер подал условный знак старшему расчета.

Пара шла на километровой высоте на небольшом удалении от пересохшего русла. Резко снижаясь, пилоты выполняли какой-то сложный маневр.

Стрелок произвел выстрел вдогон, и через пять секунд ракета нашла свою цель…

Жаль было покидать спокойное местечко, где обосновались всего десяток часов назад. Но прозорливый Гаффар оставался верен своим принципам. Да и бойцы, привыкшие за два месяца к тактике командира и оценившие его осторожность, торопливо собирались в дорогу…