Сеанс в Преисподней - Глеб Лютаев

– Да причём тут это, Ром! – повысила голос Таня. – Мы хотим, чтобы ты уже нашёл достойную девушку и зажил нормальной жизнью.

– Ха! – усмехнулся Рома. Он не собирался ссориться, но хотел, чтобы его поняли. – Это она-то достойная? Три месяца она встречалась с парнем, но, как только я поманил её у вас на корпорате, тут же легла ко мне в кровать. Достойно!

– Ладно, всё. Проехали, – вмешался Артур. Он хотел сгладить углы. – Разбирайся сам со своей жизнью. Единственный раз тебе изменила одна дура, так теперь винишь всех баб вокруг в своих бедах. Вини. Только не используй Оксану.

– Хорошо, Артур. Я тебя услышал. Не держите на меня зла. Я разберусь с этим. Спасибо вам обоим, что выслушали. Для меня это важно.

Артур с супругой смягчились. Друзья пожали руки, оплатили пополам счёт и разошлись. Рома вызвал такси и отправился за Оксаной.

10

На следующий день, проводив девушку на работу, Рома поехал на встречу с дочерью. Пока добирался, размышлял о том, как провожал Оксану. Стоя у двери, они так долго и страстно целовались, как он не целовался ни с кем с подросткового возраста. Девушка сияла от счастья, Рома даже ощутил укол совести. Он ей нравился, и его это начинало всё больше беспокоить. Рома не мог ответить взаимностью и уж тем более не хотел давать надежду на сколько-нибудь продолжительные отношения.

Паркуя автомобиль на стоянке возле площади Нахимова, Рома почувствовал досаду. Оксана – неплохая девушка, но он не может, не хочет и вообще не должен продолжать с ней встречаться. Он не собирался связывать жизнь с легкомысленной и недалёкой особью женского пола.

Не его это, и всё.

Рома вышел из машины и набрал дочери. Ника ждала возле памятника затопленным кораблям вместе с Алёной. Когда он подошёл, девочки распрощались, и подруга ушла.

Отец с дочерью тепло обнялись, она чмокнула его в щёку.

– Ну и как, получилось? – Роме было любопытно.

Ника поправила красный рюкзак на спине.

– Ты не поверишь, когда я тебе расскажу.

«Боюсь, что поверю».

– Весь в нетерпении.

– Пап, купи мороженое и поболтаем.

– Да, пойдём.

По Приморскому бульвару сновали толпы туристов. Тут и там Рома наблюдал влюбленных студентов, семейные пары с детьми, стариков, разместившихся на лавочках в тени деревьев.

От жары, казалось, плавился воздух, но бриз, доносящийся с моря, обнимал свежестью.

Рома с Никой присели на одну из скамеек возле музыкального фонтана в глубине аллеи. Дочь затянула монолог:

– Пап, я вчера сделала всё то же самое, что и в прошлый раз. Касалась руки Алёны во сне, легла поудобнее, ну, в общем, всё, что и тогда. Я засыпáла с мыслью, что надо оказаться в её сне, как ты и говорил, пыталась не забыть попробовать то, что ты предлагал.

Рома рассматривал дочь сквозь стёкла солнцезащитных очков. Она совсем взрослая и такая красивая. Если б не мальчишеский образ, выглядела бы настоящей девушкой.

«Ещё бы закрасила эту нелепую красную прядь волос».

– Продолжай, – сказал Рома, когда дочка сделала короткую паузу, ожидая от него комментариев.

Ника кивнула.

– Вот, короче. То, что я оказалась во сне Алёны, поняла быстро. Прикинь, с утра она сказала, что не помнит, чтобы ей что-то снилось. А я всё помню. Такое может быть?

«Ещё как».

– Да, конечно. В течение жизни люди, проснувшись, забывают большинство своих снов.

– А, понятно. Ну да, я свои тоже что-то не припоминаю, а её помню.

«Милая моя дочь, ты учишься проникать в чужие сны, поэтому свои ты видеть перестала».

– В общем, во сне Алёны мы оказались в школе. Ну там, знаешь, одноклассники, старшеклассники попадались. На этот раз не было ничего необычного типа прыжков с парашютом, просто какая-то монотонная фигня.

«Вот бы мне такую монотонность во сне Алисы».

Тем временем Ника продолжала, активно жестикулируя руками и то и дело поправляя волосы, развевающиеся на ветру:

– Я сначала просто шла за ней, но потом вспомнила, о чём ты мне говорил. Я посмотрела на свою обувь и обнаружила, что стою в кроссовках. Попыталась поменять их на кеды, но ничего не вышло. Тогда я огляделась вокруг – а стояла я в фойе школы – и что есть силы представила, как посреди холла появится красный надувной шарик. И что ты думаешь? – Ответить Рома не успел. – Откуда ни возьмись, шарик там нарисовался. Я даже помню, какую радость тогда испытала. Прям детскую.

«Ага, взрослая, блин, нашлась».

Ника замолчала, облизывая подтаявшее мороженое, которое почти не ела, погрузившись в восторженные воспоминания. Рома воспользовался паузой и поинтересовался:

– Успела потом ещё что-нибудь дополнить? А шарик, он не исчез? Люди вокруг тебя, одноклассники и прочие, видели тебя?

Задав последний вопрос Рома, невольно вспомнил преследователя Алисы, который его увидел во сне, и мужчину проняла неприятная дрожь.

«С чего бы вдруг?»

Вероника засияла, глаза её блестели от восторга. Спрятав выкрашенную прядь за ухо, она продолжила:

– О-о-о, ещё как успела. Я не просто дополнила, я принялась фантазировать и такого там натворила, что долго рассказывать.

– В смысле?

– Ну, как сказать? Фокус с шариком оказался слишком лёгким, и тогда я вставила в фойе розовый мерседес, потом посадила за руль известного певца, отправила машину лететь вверх, присобачив к её крыше огромный воздушный шар.

У Ромы глаза полезли на лоб от услышанного.

– Ты испытывала трудности, создавая эти образы?

– Нет, всё, что приходило в голову, тут же появлялось.

«Невероятно».

Когда Рома узнал о своих способностях, ему пришлось изрядно попотеть, чтобы научиться вытворять такие трюки, которые его дочь выполнила в свой первый пусть и не сеанс, но, так сказать, творческий процесс.

– И шарик не исчез. Это я про твой второй вопрос. – Ника замешательства отца не заметила, слишком была увлечена своим рассказом. – И, к слову, меня никто не видел, кроме самой Алёны. Все, кто попадался во сне, были похожи просто…

– На ботов? – подсказал Рома.

– Точно, пап! Как все эти боты в ГТА. Они ходили мимо, словно меня и не было рядом. Единственное, что я не поняла: видела меня сама Алёна или нет? Но она, в принципе, не смотрела в мою сторону. Как думаешь, пап? Видела?

Рома слышал последний вопрос словно эхо.

– А? Что?.. Да, Ник, думаю, видела.

Ника задумалась, а потом с рвением, достойным восхищения, принялась расспрашивать отца.

– Пап, ты говорил, что увлекаешься снами. Расскажи, тебе попадались подобные случаи? Ты читал о чём-нибудь похожем на мою способность?

«Всё-таки придётся».

Рома глубоко вдохнул