Нелегкий день - Кевин Морер

Мне понравилось, что она не пытается выгородить ЦРУ и свалить вину за провал на кого-то другого, хотя такая возможность у нее была. В тот раз миссия провалилась главным образом потому, что в ней хотели участвовать все, кто попало. Разница между событиями 2007 года и сегодняшним днем была очевидна, поэтому надежд на успех нашей операции было больше.

Джен не боялась высказывать свое мнение даже высокопоставленным чинам, в том числе и вице-адмиралу Макрейвену. Она с самого начала заявляла, что не является сторонником проведения операции силами групп специального назначения.

– Вы, спецназовцы, порой напоминаете слонов в посудной лавке, – сказала она. – Лично я предпочла бы бомбардировку.

Такое отношение к Объединенному командованию силами специальных операций было типичным для людей со стороны. У нас было немало недругов не только в армии, но и в разведке. Многие относились к нам с недоверием, но только потому, что плохо знали нас.

– Вы можете любить нас или ненавидеть, – ответил я, – но в данный момент у вас нет другого выхода. Теперь мы с вами одна компания.

– Да уж, компания что надо. Но не я ее выбирала. Вы просто вовремя попали под руку и оказались участниками большой игры.

Она была права. Эта операция была ее детищем. Джен и ее коллеги потратили пять лет, чтобы определить, где в данный момент находится бен Ладен. Мы должны были всего-навсего завершить эту работу.

– Вы сделали самую трудную часть работы, – сказал я, – но мы счастливы, что можем урвать хотя бы тридцать минут вашей славы.

– Должна признаться, вы совсем не такие, как я себе представляла.

– Вот видите, я же говорил, что мы с вами одна компания. Когда мы приземлились в Баграме, было уже темно. Самолет зарулил в дальний конец полосы, подальше от основного терминала авиабазы, и опустил рампу. Баграм – главная база НАТО на севере Афганистана. Она расположена недалеко от Кабула и уже разрослась до размеров небольшого города. Тысячи военнослужащих и гражданских лиц, работающих по контракту, считали эту базу своим домом. В Баграме почти не было боев. Здесь все было настолько спокойно, что единственная опасность, которая вас могла поджидать, – это штраф за превышение скорости на дороге или за отсутствие светоотражающих элементов на одежде в темное время. Пребывание в Баграме делало очень трудной задачу по сохранению секретности нашей миссии.

К счастью, мы сразу же направлялись в Джелалабад. Взлетная полоса там была слишком короткой для гигантского С-17, и командование организовало для нас С-130. Мы не рискнули показываться в главном терминале Баграма или столовой. Любая группа, прибывшая вне графика, вызывала ненужные расспросы.

Собрав вещи, мы молча вышли из С-17 и прямым ходом направились к С-130.

Мы уселись на оранжевые откидные сиденья в носу самолета. Экипаж тем временем закрепил три грузовых контейнера с нашим снаряжением в хвосте. Рампа закрылась, и мы взлетели. До Джелалабада оставался еще час полета.

Сиденья в С-130 были неудобными. В среднем ряду у них не было спинок, и если вы хотели на что-то опереться, то рассчитывать можно было только на другого парня, сидевшего к вам спина к спине. Если в С-17, где можно было даже повесить гамак, мы летели по военным меркам «первым классом», то С-130 можно было в лучшем случае сравнить с «эконом-классом».

Приземление тоже нельзя было назвать комфортным, хотя самолет садился на гладкую бетонную полосу. Колеса в С-130 расположены настолько близко к фюзеляжу, что напоминают скейтборд. Кроме того, звук при приземлении такой, что возникает впечатление, будто самолет цепляет брюхом за полосу. У главного терминала уже стояли автобусы, которые должны были доставить нас на базу Объединенного командования силами специальных операций.

База в Джелалабаде расположена всего в нескольких милях от пакистанской границы. Здесь размещается множество американских частей и подразделений, а также базируются вертолеты, совершающие боевые вылеты во все северо-западные провинции Афганистана.

Эта база существенно отличается по размерам от опорных пунктов, разбросанных по долинам вдоль всей границы. Она подчиняется региональному командованию «Восток», и отсюда получают снабжение и почтовую корреспонденцию все части, дислоцирующиеся на границе с Пакистаном. Здесь постоянно расквартированы около полутора тысяч военнослужащих и гражданских лиц, работающих по контракту. Охранять базу помогают афганские войска.

Взлетно-посадочная полоса делит базу на две части. Армейские подразделения располагаются к югу от нее, а северная часть находится в ведении ОКССО. Здесь есть своя столовая, спортзал, оперативный штаб и множество щитовых домиков, в которых обитают рейнджеры, DEVGRU и вспомогательный персонал.

Почти у каждого из нас количество командировок в Джелалабад выражалось двузначной цифрой. Входя в ворота базы, я почувствовал себя как дома.

* * *

– Ну, и что у вас стряслось? – спросил Уилл, увидев меня после приезда.

До него уже дошли слухи, что он будет участвовать в каком-то рейде, и его распирало от любопытства.

Разместив снаряжение, мы встретились с ним у «костра». Во время предыдущих командировок парни облицевали кирпичом место для кострища, которое со временем стало чем-то вроде «городского культурного центра». Каждая очередная смена добавляла что-то новое, и в конце концов образовалось уютное местечко, похожее на внутренний дворик привилегированного клуба. На потрепанных креслах и диванах, которые мы покупали в городе, трудно было найти свободное место. Здесь мы сидели, пили кофе, курили сигары и болтали о всякой всячине. Мебель менялась так же часто, как и наш контингент. Эти дешевые пакистанские поделки не выдерживали нашего веса, который у многих переваливал за сто килограммов.

Пока мы летели, «морские котики», уже находившиеся в плановой командировке в Джелалабаде, в самых общих чертах были ознакомлены с нашим планом. До этого среди них бродили самые разные слухи, но никто не знал в точности, что происходит.

Уилл, владевший арабским языком, оказался единственным из своего эскадрона, кто попал в нашу команду. Остальные его товарищи вошли в состав команды быстрого реагирования, которые на двух вертолетах СН-47 должны были вылететь к нам на помощь, если в ходе операции мы вдруг попадем в какую-то неприятную ситуацию. Им также было поручено организовать временный пункт дозаправки несколько севернее объекта захвата. На тяжелых вертолетах СН-47, напоминавших и по размерам, и по форме школьные автобусы, им предстояло перевезти туда надувные емкости для горючего, так как «Черные ястребы», которые должны были доставлять штурмовые группы к месту операции, не в состоянии были проделать путь из Джелалабада и обратно без дозаправки.

– Ты еще не видел макета? – спросил я Уилла.

Мы прошли в небольшую комнатку рядом с оперативным штабом, и я открыл ящик. Уилл помог мне снять крышку.

– Ого! Классная работа, – сказал он, наклоняясь поближе, чтобы рассмотреть все детали.