Сеанс в Преисподней - Глеб Лютаев

Когда Алиса проснулась, то долго не могла прийти в себя. Даже сначала не подпускала к себе Надю. Она лишь держалась за живот и ревела. Сестра сумела привести её в чувства и убедить, что нужно обработать раны. После того как они были обеззаражены, Надя позвонила мне. Хорошо, что догадалась не звонить в скорую. Вы представляете, что подумали бы врачи? Она привезла Алису в госпиталь, и я попросила хирурга осмотреть её. Швы накладывать он не стал, так как раны оказались неглубокими, но обработал, наложил повязку и дал успокоительное. Теперь дочь спит. Спокойно спит. Сейчас, до прихода начальства, Надя отвезёт её домой. Я тоже отпросилась пораньше.

Женщина замолчала, будто чего-то ожидая от Ромы. Тот же не нашёл ничего умнее и заявил:

– Я приду сегодня. Мне нужно с ней поговорить. Во сколько подойти?

Вера не спешила с ответом.

– Может, не стоит и ей лучше отдохнуть?

Рома был твёрд и как никогда уверен в своей правоте.

– Не лучше. Уверен, она захочет со мной поделиться и рассказать, как всё было. Я имею в виду, версия вашей сестры понятна, но хочу узнать у Алисы, что предшествовало её поступку. Надеюсь, вы понимаете?

Вера снова сделала паузу, и Рома подумал, что женщина не до конца осознаёт проблему в сложившейся ситуации, потому что ей почти ничего не рассказывают про сны.

– Хорошо. Если вы не будете заняты, то я позвоню ближе к обеду. Вас устроит?

– Конечно.

Рома хотел уже сбросить звонок, но передумал и добавил:

– Вера, возможно, я не тот, кто должен сейчас раздавать советы, но, пожалуйста, не наседайте на дочь. Я видел, что доводит её до такого состояния. Чтобы там ни было, случайно или специально она расцарапала себе живот, постарайтесь дождаться, когда она сама об этом заговорит.

– Спасибо, – ответила женщина, и Рома услышал всхлипывания. – Я сделаю всё, что смогу.

Попрощавшись, он положил телефон на прикроватную тумбу и собрался снова уснуть. В итоге обнаружил, что не может успокоиться и схватился за телефон. Нашёл в Телеграме Диану и отправил ей сообщение:

«Доброе утро».

Хотел поставить сердечко, но в последний момент передумал и вместо этого добавил:

«Как дела?»

Диана была не в сети, и тогда Рома принялся листать ленту новостей, заодно просмотрел страницу ВКонтакте. Новых потенциальных клиентов на сеанс не было. Вроде плохо, а вроде и нет. Вряд ли он смог бы взяться сейчас за другое дело. Теперь все мысли были сосредоточены на Алисе и её сновидениях.

На Алисе.

И её сновидениях!

На Алисе.

Сновидениях!

Не разобравшись до конца в своих чувствах, он нашёл в телефонной книге смартфона нужного абонента.

«Диана Проститутка».

Кому и что он пытался доказать, сам не понял, но как будто от этого зависела его жизнь, спешно переименовал имя контакта.

«Диана».

4

До дома Алисы Рома шёл пешком. Парило, футболка липла к лопаткам, но уличный приморский воздух бодрил. Времени на раздумья не было, но получилось сделать несколько телефонных звонков, на которые раньше не решался.

Позвонил Артуру и без удовольствия узнал, что тот вместе с супругой уехал на материк для участия в каком-то мастер-классе или в выставке татуировок. По сути, Артур был единственным человеком, с которым Рома делился всем, в том числе и способностью менять чужие сны. Друг сообщил, что будет в Севастополе не раньше, чем через пару дней, а потому нормально поговорить они пока не смогут.

Затем позвонила Диана. Вместо ответов в Телеграме она предпочла живое общение и спросила, не хочет ли Рома встретиться вечером для серьёзного разговора.

Он был рад слышать её голос и говорил с растянувшейся на лице улыбкой, чего сам, конечно, не заметил. Однако фраза «серьёзного разговора» смущала. Рома знал, что Диана слишком умна для того, чтобы предложить какую-нибудь несуразицу, но их отношения незаметно стали другими. Вроде она оставалась всё той же проституткой, а он таким же заядлым циничным бабником. Однако, как говаривал классик, теперь «есть нюанс».

Тепло попрощавшись с Дианой и пообещав позвонить ей, Рома набрал дочери. Ника тут же ответила, словно ждала звонка, а скорее, как многие подростки, сидела с телефоном в руках, просматривая бесконечный поток тупорылых видео в Тик-Токе или на Ютубе.

– Алло, пап! Привет!

«Бодрое начало».

– Привет, дочь. Почему не звонишь мне?

– Как раз собиралась. Мне нужна твоя помощь, но не знаю, как тебе об этом сказать.

Рома насторожился.

«Надеюсь, дело не касается всяких там женских штучек. Будь добра, это к маме, какими бы напряжёнными ни были у вас отношения».

– Ну, говори, только вкратце, а я подумаю.

– В общем, пап. Я хочу, как ты, научиться исправлять сны.

«Только этого мне ещё не хватало!»

– Только этого мне ещё не хватало! Зачем? Я же говорил тебе, чем это чревато и что это, в принципе, дело сомнительное. Тем более в твоём возрасте.

– Пап, а вдруг потом я, как и ты, смогу помогать людям? Ведь ты же хорошее дело делаешь. Представь, у нас такой типа семейный бизнес. Только не совсем как бы бизнес, а что-то вроде экстрасенсов там, помогающим людям, когда другие способы бесполезны.

Рома и рад был бы такой перспективе, но не сейчас, когда дочери только исполнилось пятнадцать. К тому же если до этого он был абсолютно уверен в своих способностях и непобедимости, то теперь, когда столкнулся со случаем Алисы, открывшийся талант Ники не казался уже таким перспективным.

– Вероника, я всё понимаю, но тебе ещё слишком рано заниматься этим. Ты же знаешь, я прихожу к людям, ложусь спать рядом и привязываю свою руку к их рукам. Как ты представляешь такое в твоём возрасте?

Ника замолчала. Видимо, такое ей в голову не приходило.

– Ладно. Хорошо. Пусть не для работы, но я хотела хотя бы усовершенствовать свои навыки. Чтоб ты мне показал, рассказал.

Рома негодовал, почёсывая затылок.

– Так я тебе и так рассказал. И судя по тому, что у тебя получилось в твоём первом сне, я тебе и не нужен. Ты вполне можешь справиться сама. Да и как я тебе могу показать?

– Ты что, пап? Легко. Я приду к тебе в сон.

– Что? – Рома опешил. – О чём ты?

– Ну, мы ляжем спать, свяжем руки и вуаля!

«Что она такое несёт?»

Рома подошёл к дому Алисы и, стоя во дворе, наблюдал за тем, как задорно играет ребятня на детской площадке.

– Ника, ты в этом деле ничего не понимаешь, так что я