Мои великие люди - Николай Степанович Краснов

И вот все готово — земля вскопана, проведены ровные бороздки, вода припасена, можно сажать. Ребята поднесли корзину поближе, ждут, что еще заставит бабушка делать. А она говорит:

— Я буду сажать. А вы бегите, нарвите горошку. Вы его заработали!

Вкусный горох у бабки Парани, стручки крупные, сочные! Наелись досыта да еще домой нарвали по карману. А бабушка за это время все успела сделать — и посадить, и полить, и обгородить рассаду прутиками, чтобы куры не разгребли.

Уходят с чужого двора довольные своей работой. Вернется бабка Параня, а тут у нее уже ягодки растут. Вот обрадуется!

7

— Баб, а давай к нашим зайдем. И тоже в чем-нибудь поможем! — И не ожидая ответа, а лишь глянув бабушке в глаза, Людка сворачивает с дороги. — Дядька Петя с поля приехал — вон бричка у их двора стоит, и Снежок на лугу пасется. Дым у них из трубы — значит, тетка Вера дома. Слышите, как пахнет? Котлеты жарят. А слышите стук? Это дядька тяпку отбивает…

Как Людка говорила, так и есть: дядя Петя отбивает тяпку, а тетя Вера завтрак готовит: котлеты жарятся в печи.

— Сама только-только с фермы, — жалуется хозяйка, — полы не метены, посуда не мыта.

Бабушка, разговаривая, берется мыть посуду, Вовка складывает чистые тарелки. А Людка незаметно выходит куда-то. Как помыли посуду, тут и она является. Тетя Вера вынимает котлеты, идет покликать хозяина. Возвращается, всплескивая удивленно руками:

— Кто же это у нас такая умница? Что за молодчина мне в хате полы подмел? Так чисто, так аккуратно. Может, это какой волшебник приходил?!

У Людки глаза хитро смеются, и Вовка догадывается, что это она в хате подмела, а не волшебник. Сейчас он об этом всем скажет, но она шепчет ему:

— Не говори! Ладно? А я дядьку Петю упрошу свозить нас на чибисник…

Тетя Вера подает ребятам блюдца с котлетами:

— Садитесь, угощайтесь! Кто мел полы, так я, наверное, и не узнаю… — А по глазам видно, что она знает, кто подмел полы.

Входит дядя Петя, шутит с Людкой:

— Ого, у тебя две. Дай-ка мне одну!

— Ишь ты!.. На, баб, тебе одну котлету!

— Ну хоть от другой дай откусить!

— Хитрый какой! У тетки Веры проси!.. На тебе, баб, еще половинку!

Всех насмешила, у бабушки на глазах даже слезы заблестели.

— Ну и Людка! Все понимает. Как старая. Как сто лет ей.

Позавтракав, вновь принимаются за дела. Вовка помогает бабушке на кухне.

— Э, малый! — отзывает его дядя Петя. — Разве это мужчинское дело — тарелки мыть? Видал, соседи дом строют? Идем помогать. Денежки заработаем!

«Хорошо бы заработать, — думает Вовка. — Конфет бы купил побольше мамке и бабушке. И конечно, Людке: она их любит».

Дом уже выстроен, только окон да полов нет. В доме дядьки стучат, пилят, строгают.

— Что, Петро, нового работника привел? — Дядька бородатый смотрит на Вовку приветливо. — Ну-ка, иди сюда, хлопчик! Вот рубанок тебе, строгай!

— А как? — Вовке не терпится взять рубанок в руки.

— А вот так! Держи-ка инструмент. Да покрепче! Теперь нажимай. Давай вместе со мной. Раз!

Из отверстия в рубанке вылезла кудрявая стружка.

— А теперь сам. Ну!

Вовка налегает изо всех сил, ему тяжело.

— Ну, брат, ты, видать, мало каши ел! Так, что ли?

— А я ее не люблю!

— Дюжей нажимай! Еще дюжей!.. Так, дело пошло. А ведь из мальца добрый работник выйдет!

Вовка доволен похвалой и старается вовсю: очень уж хочется заработать на конфеты.

— А ну-ка, теперь постружи фуганком! — Другой дядька, рыжий, что в бабушкином проулке живет, кладет перед Вовкой на доску большущий-пребольшущий рубанок. — Действуй, Никак Никакыч! Мы тут тебя всему научим — и строгать, и тесать, и пилить. Будешь хорошим мастером!.. А за это мы с тебя возьмем три рубля.

Плотники смеются. Вовка продолжает молча водить фуганком но доске, сопит. На конфеты, как видно, заработать не придется. Тут его окликает Людка, и он, обрадованный, выскакивает к ней на улицу, говорит с досадой:

— Думал, денег мне дадут, а они еще с меня тли лубля плосят…

8

У Вовки из головы не выходит, почему это Людка все умеет и все понимает. Может, она постарше. Надо узнать.

— Людка, мне четыре годика. А тебе?

— А мне чи три, чи десять, чи сто. Не знаю, Надо бабушку спросить.

— Тебя она учит?

Людка пожимает плечами:

— Я в садик хожу. А как садик закончу, поступлю в школу и меня выберут в октябрята.

— И меня!.. А для чего учатся?

— А чтобы скорее стать взрослым! Или не знаешь?

«Как это она все знает?» — удивляется Вовка. И хочется ему похвастаться перед ней чем-нибудь таким, чего бы она не знала.

— А ты цирк не видела. Ага! А ты не знаешь, где трамваи ночуют и какие звери есть в зоопарке. Ага!

— Знаю, знаю! В телевизоре видела!..

Огорченный Вовка умолкает, однако сдаваться он не хочет.

— И я все знаю. Космические корабли знаю, Гагарина знаю. Вот еще бы мне только узнать, — он подавляет вздох отчаяния, — еще бы только узнать, откуда щенятки и маленькие детишки берутся!

— Не знаешь?! Эх ты!.. Они родятся! Вот я захотела родиться и родилась.

— А почему ты не родилась мальчишкой?

— А я захотела родиться девчонкой. Девчонкой лучше!

— Нет, мальчишкой лучше! А почему наш Тютик не родился человечком?

— Так он же захотел родиться собачкой! Как ты не понимаешь!

А ведь это верно: кто кем захочет, тем и родится. Бычок — бычком, зайка — зайкой, гусь — гусем, дерево — деревом, яблоко — яблоком, травка — травкой. Да он и сам, Вовка, разве захотел бы родиться кем попало — только мальчишкой!

— Я помню, как мне захотелось родиться. А как родился — не помню. И не помню, как бабушка меня от змеи спасла.

— И я не помню, как мамка нашла меня под кочаном. А остальное все помню… Я ни за какие деньги, даже за сто рублей, собачкой не захотела бы родиться!..

— А хотела бы родиться слоном? Ух, он какой сильный, никого не боится!.. Или медведем, или волком?

— Они звери. Не хочу!

— А хотела бы родиться бабочкой? Вон она полетела. Красивая!..

— А меня бы тогда ласточка — ам! — и съела.

— А ласточкой?

— А меня бы тогда орел — раз! — и проглотил.

— А орлом?

— А меня бы тогда дядька Охотник — чик! — и подстрелил.

— А хотела бы ты родиться дядькой Охотником?

— Нет. Я хотела родиться только Людкой!

— А я