Плавучая опера - Джон Барт

Ну разумеется, вскоре опять ее руку у себя на теле чувствую, только я слышал, как она вернулась, и никаких неожиданностей - в полной готовности находился. Тяну ее к себе вниз и сразу начинаю целовать.

- А Гаррисон где? - спрашиваю.

- В другой конец пошел, - и не успела добавить: хворост для костра набирает, - как я с нее уже почти стащил купальник.

- Отойти лучше, кустики вон там, - беспокоится она. - С мыса Кук все очень даже видно, если в бинокль.

- Ну и пусть, - говорю. - Сделай мне хорошо.

- Помолчи, глупый.

Гаррисон вернулся, когда уже стемнело, здоровую связку хвороста на веревке за собой тащит, а мы лежим на одеяле, разговариваем. Что-то не такой он был веселый, как прежде, молча плюхнулся и стал раскладывать костер, а на меня и не взглянет, словно упрекал за то, что помочь ему не хочу. Помочь я и не подумал. Весь остаток вечера и потом, когда назад поплыли, Гаррисон сидел насупленный, Джейн попробовала разок-другой его растормошить, но никакой реакции - она и замолчала. Посматриваю я на них снисходительно и все думаю, где же она, объективность, о которой столько было говорено.

Наутро хмурость его прошла, Гаррисон опять пылал обычным своим жизнелюбием, но все равно я запомнил, какая вдруг на него нахлынула мрачность, стало быть, в этой броне, за которой наш святой укрылся, тоже щелочки имеются. Хотя, и то сказать, вечно я какие-то потаенные знаки отыскиваю.

Она мне что сказала? "Нам с тобой хорошо было, и нечего рассусоливать".

А Гаррисон: есть, мол, любовь, и есть половое влечение без всякой любви.

Но все не так-то просто. Неделю спустя, уже у меня в номере это было, Джейн говорит:

- Что скрывать, Тоди, я тебя по-своему люблю. Не так, как Гаррисона, но мы с тобой больше чем друзья, а то бы в постели не получалось у нас так здорово, правда?

- Правда, - отвечаю.

Потом, когда я к ним на обед пришел, Гаррисон тоже высказался.

- Женщина, - говорит, - может сразу двух любить, даже нескольких, и одинаково сильно, а может, - говорит, - по-разному их любить, но всех сразу, или одинаково, но не всех вместе, или по-разному и не сразу всех, всякое, в общем, бывает. А вся эта мура про "любовь и верность до гроба", это обыватели выдумали, правда?

- Правда, - соглашаюсь.

И не то чтобы я так уж при этом лицемерил, хотя минутой раньше с такой же готовностью подтвердил, что можно в самом деле любить и не совокупляться или совокупляться, а не любить. Вся штука вот в чем: насчет совокупления я очень достоверно знал, что это такое и какие ощущения вызывает, а любовь - какая она, что это за ощущение - лично мне всегда оставалась непонятной. Допустим, любить жену или там наложницу, родителей любить, кошку свою. Родину, привычки какие-то старые, род человеческий, книгу, которую перечитываешь, природу вокруг тебя - это как, разная любовь или одна и та же, просто по градусу различная? Если разная, тогда как же разобраться, где какая? А если только градусы разные, получается, что определение-то, слово уж очень широкое, может, в нем и смысла никакого нет? Ее люди выдумали, любовь то есть, цивилизация ее воспитала или она естественный инстинкт, вроде жажды? Ну, скажет кто-то: люблю, мол, - он что, действительно любит? В таком случае я-то точно никакой любви отродясь не знаю, потому что сколько раз говорил: люблю - но это женщины от меня хотели услышать, что люблю, а сам я ничего подобного не чувствовал. Вот совокупление - у людей, у животных, не важно, - я понимаю, и всегда мне при этом смешно становится.

Но это вовсе мне не мешало преспокойно поддакивать, когда Мэки свои теории излагали, - они ведь определенный "тип личности" имеют в виду, не всех да каждого, а кто я такой, чтобы судить, может ли этот самый "тип личности" на любовь смотреть по-одному, на совокупление по-другому, я же в любви вообще ни черта не смыслю. Откуда мне знать, способен "тип личности" сразу нескольких любить или только по очереди, для меня-то любовь дело совсем темное. Да и вообще я умею с абсолютно противоположными заявлениями соглашаться, хоть бы их подряд услышал, а тут проще было - Мэки сначала одно доказывают, потом совсем другое. Правильно доказывают, неправильно - меня это не занимало.

А занимала - я про это несколько недель раздумывал - перемена во взглядах Мэков, очень заметная, а оттого занимала, что связывалась с моими размышлениями насчет нашего романа. Себя-то самого я почти и во внимание не принимал, мне любопытно было понять Гаррисона, ну в какой-то мере и Джейн, конечно, - что они за люди? Вернувшись домой после того, как в тот августовский полдень был положен конец моей добродетельности, я занялся логическими выкладками, кое-что записывал. И вот что вычислил касательно Гаррисона, насколько могу проникнуть в его психологию.

Предкоитусные экзальтации

1. Жаждет приключения.

2. Пленяется мыслью о внебрачном сексе.

3. Не уверен, предлагать ли такое жене.

4. Есть друг - подсказывает жене заняться внебрачным сексом во имя дружбы.

5. Пленяется этой идеей.

6. Беседует с женой о том, что для человека широкой души представляют собой адюльтер, ревность и т. п.

7. В подробностях разрабатывает план любовной связи между женой и другом.

Коитус

8. Отчаянно старается сохранить широту души:

"Не думай, что ты чем-то обязан!"

9. При всей интеллектуальной широте вынужден подавлять в себе ревность. С особой требовательностью добивается от жены свидетельств страсти.

10. Раздражен тем, что жена увлеклась своим приключением, но не желает и слышать о том, чтобы положить ему конец.

11. Настаивает на продолжении романа жены с другом, но ее покорность вызывает новое раздражение.

12. Замыкается в себе, но, когда жена спрашивает, что случилось, снова демонстрирует широту души и жизнелюбие, а как же, ведь иначе жена прекратит роман и, возможно, жизнь станет мучительной.

Пункты с 1-го по 10-й уже относились к прошедшему времени - в отличие от 12-го, - и, составляя свою схему, я их сформулировал без особого труда. Затем набросал вот что.

Посткоитусные тристии

13. Жена, подавляя возможные укоры совести, решает, что друга она любит - "по-своему".

14. Муж сомневается, сумел ли друг в полной мере оценить, какая ему выпала огромная удача.

15. И м., и ж. держатся с д. все более требовательно, он стал их собственностью. Ревнуют его, если и не состязаясь в обоюдной ревности.

16. Ж. и м. желают со стороны д. проявлений любви и преданности.

17. Д. в них отказывает - дружеские чувства ослабевают.

18. Явная неприязнь к д. по причине его неблагодарности.

19. Роман временно прерван.