Зигзаги судеб - Игорь Бондарев

– Да пошёл ты, дядя хренов! Видали таких!

Иван в удивлении склонил голову чуть набок.

– Ты это серьёзно, герой ты эдакий? – Иван залепил лидеру свободных курильщиков крепкую затрещину, после которой, тот снова оказался на земле.

– У-у-у, зараза! – застонал тот, потирая ушибленное место. – Ты что, старый, молотком, что ли бьёшь? Так можно и мозги выбить…

– Можно, тем более, что у тебя, их немного и сильно бить не нужно для этого. Как зовут меня, помнишь?

– Ну?

– Загну, каралька будет! Извинись, козлячья твоя рожа, не то хуже будет!

– Правильно, правильно, весь двор задолбали, в школу через раз ходят, таких со справками нужно выпроваживать! Вымахали под два метра, только жрут, да…, пользы от них никакой! Наконец-то хоть один мужик в городе нашелся, остальные только отворачиваются, делают вид, что не видят! – ликовала женщина средних лет, развешивая во дворе бельё.

– Ну-ка встать! – вконец разозлился Иван.

Все трое встали нехотя, подчиняясь приказу незнакомца.

– Извините…– вразнобой промямлили они. – Больше не будем…

– Детский сад! – покачал головой Иван. – Пшли вон!

Подростки торопливо ретировались.

Женщина, развесив бельё, подошла поближе:

– Спасибо вам, а то ведь на них управы нет!

– Не за что. – Ивану было приятно, что хоть кто-то за последние годы выразил ему благодарность.

– Вы, наверное, нездешний, я вас в нашем дворе ни разу не видела, а ведь давно здесь живу…– женщина явно была не против знакомства с ним.

«Скучно»,– подумал Иван.– Опять бесхозная попалась… Только ведь я не солнце, и всех не обогрею».

– Я живу несколькими дворами дальше,– соврал, не моргнув глазом он,– недавно переехал с семьёй. Вот прогуливался и…

Женщина вздохнула:

– Всегда так, как человек хороший, то обязательно женат и живёт несколькими дворами дальше…

––

Иван заскучал, не зная, что бы ему ещё такого сделать во благо человечества. Поломав голову минут десять, и не придя ни к какому решению, он побрёл в свой двор. В беседке, за столиком, с особым остервенением, бились в «козла» завзятые профи. Причём, билось четверо, а на очереди стояло ещё столько же запасных игроков.

– Рыба! – радостно крикнул один из них.

– М-да… Если бы Ванька сегодня принимал участие – мы бы не проиграли! – заметил другой.

– А где он, кстати? – спросил третий.

– Да говорят, что совсем ему плохо,– вздохнул второй. – Я позавчера Харлампиевну видел – жаловалась.

– Может ему помочь, чем надо? – озабочено спросил третий.

– Нам всем только одной помощи теперь ждать…– съязвил четвёртый. – Сами знаете, какой… По выслуге лет…

– Не каркай, Кузьмич,– вмешался в разговор пятый. – Ему, между прочим, повезло меньше, чем нам, с букетом-то своим…

– Это точно,– согласился четвёртый. – Надо бы навестить его.

– А мне сегодня Харлампиевна сегодня сказала, что он по делам пошёл куда-то,– сообщил шестой. – Я её видел пару часов назад. Довольная такая была – не описать.

– К ней сегодня племянница должна была приехать,– пояснил второй.

– Да нет, ребята, племянницам так не радуются,– тонко улыбнулся шестой. – Тут что-то другое…

– Ты, прям, загадками говоришь, Евгеньич, такое можно подумать, ну прям, не знаю, что.

– Сам не знаю,– пожал плечами шестой. – Но так женщина улыбается в очень редких случаях…

– Ну? – нетерпеливо спросили все хором.

– Загну.

– Хочешь сказать, что Харлампиевна хахаля завела, что ли? Так вроде бы не по годам уж…– рассуждал вслух второй.

– «Любви все возрасты покорны…» – процитировал шестой. – Откуда мне знать, прицепились, как банный лист…

– Да, от Порфирьевича чего-то ждать в этом смысле,– выразительно кашлянул первый. – С его болезнями-то…

– Можно подумать от всех нас можно чего-то ждать в этом смысле,– презрительно фыркнул пятый.

– Ну, не скажи, я ещё…

Пятый не дал договорить первому:

– Не хорохорился бы ты, Валентиныч! Нам уже никакие средствА… Эх, все мы когда-то были рысаками!

– Да ребята, наступил тот самый момент, когда «Виагра» для нас недоступна и малоэффективна… Недоступна, в смысле стоимости, ну а какой эффективности может идти речь, – покачал скорбно головой пятый.

– Не скажи, и не отвечай за всех,– продолжал ерепениться первый.

Ивану не было охоты слушать дальше, и он вошёл в подъезд. Путь на третий этаж показался ему, впервые за много лет лёгким и быстрым. Он открыл дверь своим ключом, и вошёл в квартиру.

«С Тонькой бы не столкнуться. Блин, где моя голова была? Вот комедия будет, когда всё раскроется! Как себя вести – ума не приложу… Дурак старый… Седина в бороду, а бес в ребро! Тоже мне, герой-любовник, едрён-батон!»

Иван прошёл на кухню, сел за стол, съел несколько булок, запивая их водой из-под крана.

«Блин, как в молодости, как будто никаких проблем со здоровьем… Да, немного ж человеку надо…»

Он прошёл в спальню. Юлия Харлампиевна, спала, громко сопя. Иван присел к ней на край кровати. Харлампиевна, которая в молодости-то чутко спала, сейчас тем более, мгновенно проснулась.

– Ку-ку, мать. Это я пришёл, кое-что тебе принёс…

Через полминуты повторилось, то, что утром на кухне. После этого, Юлия Харлампиевна долго приходила в себя, не переставая удивляться столь резкой смене сексуальной жизни – от нуля, к пику страстей.

Иван снова ушёл на кухню, чтобы подкрепиться. Торопливо шаркая ногами, Юлия Харлампиевна пришла на кухню.

– Хватит всухомятку, соколик ты мой,– она чмокнула Ивана в щёку. – Я борщ приготовила, ещё кое-что… Сегодня, думаю, можно и по рюмочке пропустить…

«Чудеса, да и только. Смешно сказать, но Юлька всю свою сознательную жизнь с «рюмочками» боролась, хотя я ханыгой никогда не был, а сегодня – на тебе…»

– А где племянница, Юль?

– Завтра приедет, звонила недавно.

– Понятно.

«Неужели, имея здоровье, ничего, кроме жратвы и койки человеку не надо? Может, мне работать пойти? Чего дома-то сидеть, штаны просиживать? В грузчики, конечно, не пойду, а в сторожа… Деньги надо – зубы жене вставить, да и…»

Ивану стало смешно от своих мыслей.

«То, что я назвал «да и…», я уже сегодня два раза вставил, а на ночь ещё обеспечу. Глядишь, и лекарств меньше понадобиться, всё-таки положительные эмоции. Блин, опять я заумно заговорил – видно и мозги преобразились в лучшую сторону»