Циклопедия - Александр Матюхин

— Вот тебе и раз, — крякнул Ирдик. — Это же коробка одного нашего старого знакомого!

— Не то чтобы знакомого, конечно… Кант здесь?

Ирдик оглянулся на разветвленный коридор.

— Загадка! Как сюда попала эта коробка? Ответ — непонятно. Вопрос — куда идти? Ответ — черт его разберет. Вопрос — что делать дальше? Ответ — не знаю.

— Пошли наугад, — предложил я, прерывая Ирдикову игру в вопросы и ответы. — В крайнем случае вернемся обратно.

Попинав коробку для приличия, Ирдик вновь вернулся к коридорам и, не глядя, ткнул пальцем в один из черных овалов.

— Вот сюда.

— Ну, пошли.

И мы торопливо побежали в темноту. Вернее, при свете джиннова факела темнота была не такая уж и густая, но все равно было немного боязно бежать неизвестно куда и, кстати, неизвестно зачем. Неужели Ирдик действительно собирается в одиночку расправиться с целым племенем циклопов? Я думаю, здесь ему даже Це-денбал не поможет. На кой, спрашивается, розовому демону, заведующему адом, столько одноглазых карликов? Куда он их совать-то будет?

Задумавшись, я не сразу заметил, что Ирдик сбавил ход, а когда он вновь резко затормозил пятками, мой нос жалобно крякнул во второй раз. Повторного позора он стерпеть не мог и пустил кровь. Зажав нос пальцами и задрав голову, я гнусаво поинтересовался, что происходит. Опять, что ли, развилка?

— Хуже, — мрачно сказал Ирдик.

Я выглянул из-за его спины.

Коридор преграждала баррикада из разнообразного хлама. Были тут и мусорные мешки с рваными боками, из которых вываливались разнообразные виды отходов, и ржавые чайники без крышек, и детали автомобилей. Отдельной стопкой валялись старые, наполовину сгнившие книжки. На самом верху, под потолком, я даже разглядел старый телевизор с почти вывалившимся кинескопом. Обойти эту преграду или хотя бы убрать ее в скором времени не представлялось возможным. В любом случае, стало ясно, что здесь Циклопедиус не пробегал.

— И надо же нам было выбрать именно этот коридор! — в сердцах воскликнул Ирдик. — Больше никогда не буду полагаться на свой внутренний голос! Ведь зарекался же! С тех пор как волосы сбрил, сказал, что не буду прислушиваться! И все равно!..

— Тебе лысым больше идет, — попытался я успокоить разволновавшегося джинна.

— Я не себе волосы сбрил, а жене, — пояснил Ирдик нервно. — Ладно, пошли обратно.

Мы развернулись.

Дорога назад тоже была перегорожена. Только на этот раз не мусором, а человеком.

— Вот тебе раз, — сказал Ирдик. — Уйди, а то я злой, покалечу!

Человек был небольшого росточка и страха не внушал никакого. Даже наличие у него в руке длинного тонкого меча никого, в принципе, не обеспокоило. После всего произошедшего за последний день меня мало волновали люди, носящие очки и густую шевелюру (а этот имел и первое, и второе). Такие просто не способны кого-нибудь убить.

— Не подходить! — тонким голоском попытался прикрикнуть человечек, когда Ирдик сделал в его сторону первый шаг, — Моя мечом — вжик-вжик — совсем со вспоротым брюх будешь!

— Что-а?! Это моя сейчас кулаком по твой башка — бум-бум — мозги собирай по всему коридору! — огрызнулся Ирдик, — Уйди, сказал!

Человек пораскинул мозгами (пока еще в переносном смысле, конечно) и решительно взмахнул мечом.

— Я есть страж входа в Пещеру! Через меня проходить только циклопы, калечные и ущербные мира сего!

— Ну, тогда ты сейчас сам туда и пройдешь! — Ирдик угрожающе пошевелил носом и сделал жест рукой, означавший, видимо, что он закатывает рукава несуществующей рубашки.

— Найн! — взвизгнул человечек, — Я есть не-крофи… э-э-э… некромант! Сейчас вызову восставших мертвецов, они вам — хэть-хэть — мозги через нос высосут!

— Были бы они еще, мозги-то! — мечтательно произнес Ирдик. — Нет, не убедил! Все равно бить буду!

— Стоять! — Человечек взмахнул руками в последней попытке нас остановить, вырвал из густых кучерявых волос внушительный клок и подбросил его высоко в воздух. — Некрономи-кон, приди!

Стены гулко дрогнули. По полу прошла легкая дрожь. С потолка на наши головы посыпалась земляная крошка. Уголком рубашки я вытер кровь под носом и огляделся по сторонам. Откуда-то послышались тихие, заунывные голоса. Словно дрожащая рука медленно перебирала по струнам бас-гитары.

Я напрягся, ожидая появления живых мертвецов. Ирдик тоже приостановился, высоко задрав горящую руку над головой…

Голоса стали ближе… Пол дрожал и дрожал. Сыпались камешки…

И вдруг я увидел, как в земле образуется воронка. Песок посыпался в нее, освобождая кого-то… чью-то белую кость, вырывающуюся из недр подземелья.

— Вон она! Рука! — закричал я.

А скелет уже поднимался из земли, судорожно загребая руками. Он поднимался все выше и выше из воронки. Вот он уже приподнялся над землей, его дрожащая тень поползла к моим ногам, и я немного отступил, в ужасе растягивая ворот рубашки.

…Скелет подтянулся, зловеще клацая зубами, замахал костьми и… упал на живот. Загреб руками пыль, попытавшись ползти, и задвигал голым черепом из стороны в сторону, словно высматривал кого-то.

— Точно калечный! — удивленно сказал Ирдик. — Я-то думал, у тебя тут армия скелетов во главе с дядькой Черномором, а тут один, да и тот безногий! И как он собрался нас убивать?

— Да не знать я, как он вас убивать! — вдруг запричитал человечек и отбросил меч далеко в сторону. — Я есть самый неумелый некромант на земле! Этот скелет наводить ужас на простолюдинов, а не на зеленокожих лысых великанов! Пошел прочь, отродье Тьмы!

Скелет заворочался, проклацал челюстями что-то обидное и стал сползать обратно в воронку. Спустя короткое мгновение осталась только его белая рука, помахавшая на прощание хозяину, а затем исчезла и она. Далекие загробные голоса оборвались на самой высокой ноте. Воронка затянулась.

— Ну и что теперь помешает мне пробить тебе голову? — мрачно поинтересовался Ирдик.

— Не надо пробить голову! — замахал руками человечек. — Я есть открыть вам проход в Пещеру циклопов!. Совершенно без платы! У них там собрание!

— Открывай, — согласился Ирдик, махнув рукой.

Человечек виновато втянул голову в плечи.

— Положена еще одна формальность! Я должен загадать вам загадку насчет того, кто утром ходить на четырех ногах, днем на двух, а вечером на трех! Если не угадать, я должен буду вас кушать! Но, — быстро добавил он, видя, как Ир-диковые брови медленно сползаются к переносице, — для вас я есть сделать весомое исключение!

— Это Сепа Лосев, — уверенно сказал джинн, не раздумывая. — Он утром в волка обращается, чтобы завтрак себе поймать, днем как человек ходит, а вечером искусственную ногу надевает и идет на дорогу дилижансы грабить, чтобы его никто не узнал! Открывай проход, пока я не обозлился!