Книга на третье - Петр Бормор

— Это почему же? Оттого, что у них нет души?

— Душа есть у всего живого, — нравоучительно заметил ангел. — У неживого тоже, но об этом тебе еще рано знать.

— Ну так в чем проблема?

— В тебе.

— Во мне?!

— Ну да. Ты же человек, у тебя душа бессмертная. А рай — царство смерти.

— Я не понимаю…

— А тут и понимать нечего.

Ангел распахнул ворота рая, где благоухали цветы, порхали бабочки, бродили звери, волк спал в обнимку с ягненком…

— Иди давай, — он подтолкнул собаку внутрь.

— А тебе — туда! — с этими словами ангел ухватил человека за шиворот и метким пинком отправил обратно на землю. — Возрождайся, бессмертный.

* * *

— Бог умер, — прошептал философ и зажмурился, ожидая грома небесного. Но ничего не произошло. Небеса не спешили карать его за озвучивание столь дерзновенной мысли.

— Бог умер! — уже увереннее заявил философ. — Ха! Вот оно, живое свидетельство.

Он поднял лицо и закричал:

— Бог умер!

Небо оставалось чистым и безоблачным.

Человек набрал побольше воздуха и заорал изо всех сил:

— БОГ УМЕР!!!

— Ну чего ты шумишь? — отозвался голос с неба.

— Ой… Простите.

Человек испуганно ссутулился, когда над его головой появился ангел с горящим мечом в руке.

— Простить? — равнодушно переспросил ангел. — Это можно.

Он вбросил меч в ножны и уставился на человека с брезгливым осуждением.

— Бог не умер. Бог спит. А ты тут орёшь!

— Я не знал… Как — спит?!

— Да вот так, спит. Уснул и, может, видит сны.

— Какой ужас! Даже просто сон разума порождает чудовищ, а если уснул сам Бог… Надо немедленно его разбудить!

— Ты серьезно? — удивился ангел.

— Конечно!

— Знаешь, я бы не рекомендовал, — ангел задумчиво почесал за ухом.

— Почему?

— Потому что чудовища, порожденные сном разума — это, в частности, ты…

* * *

Демиург строил новый мир.

— Да будет свет! — сказал он. И стало по слову его.

— Хорошо, — кивнул демиург, — а теперь разделись, мироздание, на небо и землю!

И стало по слову его.

— Хорошо, — сказал демиург. — А теперь пусть появятся моря и океаны.

И стало по слову его.

— Хорошо, — сказал демиург. — А теперь пусть земля прорастет травой. Хорошо. И деревьями тоже. Про кусты не забываем!

И стало по слову его.

— Хорошо. А теперь животные, гады всякие, птицы, звери…

И стало по слову его.

— Ну и напоследок, человек.

Демиург замесил в корыте глину и вылепил человека. Человек тут же схватил корыто и вывалил остатки глины на голову демиургу.

— ***** **** ****:-(!!!!! — сказал демиург.

И стало по слову его.

* * *

— Ну чего ты орешь? — недовольно скривился архангел и приоткрыл один глаз. — Что там опять случилось?

— Вставай! Скоро твой выход, а ты…

— Отстань, — лениво отмахнулся архангел и снова закрыл глаза. — До моего выхода еще далеко.

— Так ведь Конец Света! Война Гога и Магога!

— Нашел, чем удивить! — хмыкнул архангел. — Можно подумать, был хоть один год, чтобы какие-нибудь Гоги-Магоги не воевали. Что же мне, каждый раз трубить почем зря? Вот если бы вдруг все Гоги-Магоги разом перемирились, да и стали бы жить в любви и согласии — ну, брат ты мой, тогда можно было бы смело считать, что настал Конец Света!

* * *

— Я не понимаю, чего вам еще надо! — попятился от толпы Пророк. — Разве я вас не провел через Тростниковое море?

— Провел.

— Разве я не водил вас сорок лет?

— Водил. Еще как водил!

— Разве не привел в Страну Обетованную?

— Привел. Куда-то привел, точно.

— Так чего же вы еще хотите?!

— Жрать хотим, — отозвалась толпа.

Пророк посмотрел на алчно горящие глаза и оскаленные зубы — и ему стало неуютно.

— Меня есть нельзя, — на всякий случай напомнил он. — Я костлявый!

— Ничего, — откликнулся кто-то из толпы, — разберемся.

— Чудо давай! — подал голос еще кто-то. — Чтобы жрачки побольше! И повкуснее!

Пророк смиренно возвел очи горе.

— Они жрать хотят, — пожаловался он небу, — дай им что-нибудь.

С неба немедленно свалился огромный ком чего-то белого, аппетитного, вкусно пахнущего.

— Это что? — насторожилась толпа.

— Манна небесная, — устало ответил Пророк. — Жрите.

Толпа налетела на манну, заглатывая ее огромными кусками, толкаясь и переругиваясь. Пророк снова поднял голову к небесам.

— А для меня что-нибудь будет? — спросил он. — Вроде всё, что надо, сделал…

В небесах блеснуло, и сверху упал сияющий диск. Пророк вознес молчаливую благодарственную молитву и коснулся диска губами. Диск поплыл вверх, а вместе с ним поплыл и Пророк, по-прежнему прижимая губы к металлу.

— Ты смотри, вознесся! — сказал кто-то из толпы, на секунду оторвавшись от еды.

— Живьем, — подтвердил другой.

— А чего он так дергается-то?

— Религиозный экстаз, наверное.

— А по-моему, ему больно.

— Одно другому не мешает. Да ты ешь, не отвлекайся.

И они снова принялись заглатывать подкормку. А висящий на блесне Пророк возносился всё выше и выше…

* * *

— Создатель! — обратился Горшок к Гончару. — Вот ты меня сотворил из глины…