Ангелы сирийского неба - Александр Тамоников

– Хорошо, что детей не завели.

– Верно. Если бы взяли ребеночка из дома малютки, не знаю, что и было бы. Отдавать обратно? Не по-человечески.

– Ирина взяла бы с собой.

– Кто знает, Паша? После того как она легко слиняла к богатому буратино, я ни в чем не уверен. А Стасу с дитем каково было бы?

– Ничего, мы помогли бы.

– Вот и вся история.

– А я ничего и не заметил.

– Да и хрен с ней, с такой личной жизнью. Все равно рано или поздно это подобие семьи расплылось бы. Не было у них любви, так, показуха.

Майор Пестов покачал головой:

– Дела! А дальше-то что?

– Что дальше, спрашиваешь? Ты, конечно, можешь не поверить, но Стас сам мне сказал, что, когда увидел первый раз в медпункте докторшу, ту самую, которая осмотр проводит, сердце у него екнуло. Он сразу же понял, что влюбился.

– Это в Машу Топалову?

– Да.

– Надо же! Не успел развестись и тут же влюбился.

– Говорю же, не поверишь.

– Дает Стас! А докторша-то знает об этом?

– Откуда? Но узнает. Левин ей скажет, он человек прямой.

– А если она его пошлет?

– Значит, не судьба. Будет холостяковать. Ладно, командир, ты и так узнал то, чего не стоило.

– Как считаешь, Ольге надо сказать о разрыве Стаса с Ириной?

– Дело твое, но я думаю, что она уже в курсе.

– Ольга сказала бы мне.

– А зачем? У вас своя семья.

– А ты чего с Валентиной поссорился?

– Ерунда. Поссорились – помиримся, но звонить первым не буду.

– А Топалова ничего женщина. Красивая, молодая. Они бы подошли друг к другу.

– Надеюсь, подойдут!

– Давай, отдыхай!

Штурман прошел в свой отсек.

Пестов присел на скамейку перед модулем в тени дерева, какие в России не растут, достал сотовый телефон, посмотрел на часы. Жена работала в школе, преподавала русский язык и литературу.

Половина девятого. Дома на час позже. Сейчас занятия, но ничего, выйдет из класса. А то потом некогда позвонить будет. Не ночью же после вылета!

Он набрал номер.

Мобильная связь действовала безупречно, даже лучше, чем внутри города.

Послышались длинные гудки, затем:

– Алло, Паша? Здравствуй, дорогой.

– Привет! Не отвлекаю от занятий?

– Я на больничном.

– Что случилось?

– Не волнуйся, ничего особенного, немножечко простудилась. Взяла три дня.

– У нас сейчас холодно?

– Напротив, слякоть, дожди. Снег выпал недавно, пролежал всего пару дней и растаял. Непонятно, что происходит с погодой.

– Ты прошлый год вспомни. То же самое было. Лишь перед Новым годом лег снег, установился легкий морозец.

– Помню. Как ты там?

– Да все хорошо, Оленька.

– А я новости не пропускаю. В каждом выпуске показывают, как там летаете, бомбите. Генералы объясняют, что и как. Признаюсь, страшновато мне, Паша.

– С чего? Такая же служба, как и дома, только полетов больше, да тебя с Игорьком рядом нет. Кстати, как у него дела?

– Все хорошо, с новой девочкой сейчас дружит.

– И в кого он такой влюбчивый?

– В его годы все влюбчивые. Пройдет, как встретит ту единственную.

– Учеба у него как?

– С этим порядок.

– Спорт?

– Сейчас готовится к областным соревнованиям. По тебе скучает. Мама беспокоится сильно, мы с ней каждый вечер о тебе говорим.

– Больше заняться нечем?

– Мы любим тебя и ждем.

– Я вас тоже люблю.

– Не говорят, когда вернетесь?

– Нет. Даже предположить не могу.

– А что в свободное время делаешь?

Пестов улыбнулся и ответил:

– Отдыхаю, телевизор смотрю. Здесь и российские каналы по спутнику идут. Видео. Сейчас приму душ и завалюсь спать.

– У вас там тепло?

– Я бы сказал, даже жарко бывает. Фруктов полно разных, тыловики виноград привозят, апельсины, мандарины. Недавно на экскурсию ездили.

– Далеко?

– Нет. В небольшой городок Хате. Там древняя крепость. Местные встречали как родных.

– В общем, все хорошо, если не считать, что ты каждый день рискуешь жизнью.

– Это сильно сказано, Ольга. Против нас не работает ПВО, так что летаем спокойно. Дорогая, скажи, ты в курсе, что мой бывший штурман Левин развелся с женой?

– Да. Но узнала об этом недавно. Ирина заезжала как-то.

– Просто так?

– Нет, конечно, похвастаться. Говорила, что только сейчас поняла, какова настоящая жизнь. Особняк, прислуга, своя машина, деньги на покупки. А через две недели Эдик – так она назвала своего нового жениха – обещал ей поездку на Мальдивы.

– Вот как? А чего именно туда?

– Откуда мне знать? Ирина говорила, там круглый год тепло, конечно, дорого, но не для ее пупсика. Бунгало в неделю стоит пятьдесят тысяч долларов, представляешь?

– Нет! Конечно, с таким папенькой Левин ей не нужен.

– Говорила, благодарит Бога, что изменил ее жизнь. Нужны, мол, эти гарнизоны.

– Передай ей, чтобы лоб, когда молится, не разбила о дорогой паркет.

– Ты зол?

– Да, черт возьми. Стас здесь интересы страны защищает, а женщина под бок к торгашу, которому Родина там, где больше платят.

– У каждого своя жизнь, Паша.

– Ты меня извини, но эта Ирина – сука, обычная подстилка. В нашем доме ей делать нечего!

– Тебе действительно надо отдохнуть. Вечером позвонить сможешь?

– Вряд ли. Но если выпадет минута, позвоню.

– Отдыхай, Паша и, пожалуйста, береги себя. Мы все любим тебя, тоскуем и ждем.

– Я вас тоже всех люблю и, конечно же, вернусь. Телевизор смотри меньше. Целую, пока! Выздоравливай!

– Обязательно, целую, пока!

Пестов выключил телефон, посидел еще с минуту на скамейке, переговорил с пилотами других экипажей, возвратившимися с боевых заданий и шедшими в модули. Затем прошел в свой отсек, разделся, принял душ и лег спать.

Он запланировал сон до 14.00, чтобы вовремя явиться в столовую летного состава. Но его разбудили раньше. Стук в дверь раздался в час дня.