Дистанция смерти - Александр Тамоников

– Нет.

– А чего так? Начальство полагается встречать со всеми почестями.

– Сначала посмотрим, что за начальник этот Дрейк.

– Не пытался пробить, почему именно им заменили Вайринка?

– Этого не знает даже Потапов.

– А Феофанов?

– Мне следовало беспокоить начальника управления по таким пустякам? Американцы, как и наше руководство, вправе назначать командиров групп по своему усмотрению. Кандидатура командира отряда согласовывается наверху объединенным руководством проекта. Значит, у него были причины заменить Вайринка на Дрейка, как и передать командование отрядом Даку. И вообще все совсем скоро встанет на свои места.

– В этом ты прав.

На плато въехал автобус. Тимохин повернулся:

– Едут! Так, ты давай в казарму, вызови ко мне подполковника Соловьева.

– Есть!

Шепель ушел в казарму. Тут же оттуда вышел Соловьев, подошел к Тимохину:

– Вызывал, командир?

– Американцы на подъезде. Будешь со мной встречать их.

– Надо было бы всю группу построить по этому поводу…

– Успеем.

Автобус с трудом, но поднялся по извилистой горной дороге в лагерь и встал на площадке недалеко от казармы. Первым из него вышел коренастый мужчина лет пятидесяти в камуфлированной форме; встал у дверей автобуса, широко расставив ноги, и уставился на Тимохина.

Александр остался на месте.

– Не иначе, Саныч, это Дрейк, и он ждет, когда ты подойдешь к нему, – подсказал Соловьев.

– Вижу, Леша. Но для того чтобы получить доклад, он должен представиться. Откуда мне знать, генерал Дрейк это или какой-нибудь сержант из его отдельной подгруппы?

Дрейк, не дождавшись подхода Тимохина, криво усмехнулся и пошел от автобуса. Приблизившись к российским старшим офицерам, представился:

– Бригадный генерал Дрейк, старший куратор американо-российского отряда «Марс». Вы полковник Тимохин?

– Так точно, господин генерал, – козырнул Александр, – я командир российской группы специального назначения «Орион» полковник Тимохин Александр Александрович. Рядом со мной мой заместитель, подполковник Соловьев Алексей Александрович.

– Похоже, вы знаете себе цену, полковник… Проявляете с самого начала строптивость?

Говорил Дрейк на русском языке весьма прилично.

– Я не понимаю, о чем вы.

– Все вы прекрасно понимаете… Запомните на будущее: я терпеть не могу, когда подчиненные мне офицеры проявляют строптивость.

– Вы предпочитаете беспрекословное повиновение?

– Не предпочитаю, полковник, а требую. И поверьте, я умею заставить подчиненных повиноваться.

– А я, генерал, умею отстаивать собственное мнение.

– Да, – усмехнулся Дрейк, – не таким я представлял наше знакомство. Но нам, как говорится у вас в России, вместе не детей крестить, а воевать. Так что оставим эту тему. Где ваш личный состав?

– В казарме.

– Объявите ему построение в полной боевой экипировке.

– Есть, генерал!

– И еще, полковник, называйте меня господин генерал.

– Но тогда и вы обращайтесь ко мне и подчиненным мне офицерам с приставкой «товарищ» или «господин».

– Я буду обращаться к вам и подчиненным вам офицерам так, как посчитаю нужным, мистер Тимохин, – повысил голос Дрейк. – Стройте группу!

– Конечно, мистер генерал, – в тон ему ответил Александр и повернулся к Соловьеву: – Объяви построение в полной боевой экипировке. Гранатометы, пулеметы, огнеметы не брать!

Дрейк хмыкнул и развернулся к автобусу:

– Полковник Дак, выводите группу и стройте ее вместе с русскими.

На площадку вышел американский полковник, за ним бойцы «Ирбиса», половина которых была знакома Тимохину. Джон подошел к Александру:

– Приветствую тебя, Алекс…

– Что это еще за панибратство? – рявкнул Дрейк. – И какой приказ вы получили, полковник Дак?

– Строить личный состав, сэр!

– Так стройте, черт возьми, а не любезничайте с Тимохиным.

– Слушаюсь, сэр.

Дак, пожав плечами – что, мол, я могу сделать против дуролома-генерала, – приказал вышедшим из автобуса бойцам:

– Группа, в одну шеренгу становись!

Сержант Крофт, также облаченная в боевую камуфлированную форму американского спецназа, направилась было к Дрейку, но генерал прикрикнул и на нее:

– А вас, сержант Крофт, приказ командира группы не касается? Встать в строй!

– Слушаюсь, сэр, – козырнула Луиза и заняла место в строю.

Рядом справа выстроилась группа «Орион». Тимохин встал в шеренгу. Полковник Дак отдал команду «смирно» и доложил бригадному генералу о выполнении приказа. Дрейк обошел строй и вернулся на прежнее место.

– Для бойцов российской группы: я старший куратор отряда «Марс». Но это не означает, что при выполнении поставленных перед подчиненным мне подразделением боевых задач я буду находиться на базах частей американской армии. Я привык командовать группами, отрядами, батальонами непосредственно в районах применения. Так что воевать нам придется вместе.

– Но тогда, господин генерал, в отряде должен присутствовать и российский куратор, – сказал Шепель.

– Что? – гаркнул Дрейк. – Это кто подал голос?

Михаил сделал шаг вперед:

– Я! Майор группы «Орион» Шепель.

– Шепель? Наслышан о вас… Так вот, майор, когда я говорю, вы должны держать рот закрытым. Вам это понятно?

– Мне понятно. Но и вы, генерал, будьте любезны обращаться с офицерами подобающим образом. И не забывать, что бойцы «Ориона» имеют несравненно большой боевой опыт, нежели вы. И холуев у нас нет!

Михаил встал в строй. Побагровевший Дрейк метнул взгляд в Тимохина:

– Что за разболтанность в вашей группе, господин полковник?

Шепель ожидал, что командир сделает ему замечание, но Тимохин встал на его сторону:

– Это не разболтанность, господин генерал, это выражение недовольства вашим, мягко говоря, высокомерным поведением. Подчиненные мне офицеры не привыкли к подобному обращению.

– Да мне плевать, к чему привыкли подчиненные вам офицеры! Отрядом руковожу я, а значит, все будут делать то, что прикажу я!