В крике от смерти - Борис Бабкин

Саратов

– Паша, – горько вздохнула стройная женщина, – Колька и так уже начал тебя бояться. Не пей…

– На свои пью, – недовольно отозвался длинноволосый, давно не бритый верзила. – Вот как забуду все это, – он взмахнул рукой, – сразу завяжу и на работу устроюсь. Еще немного потерпи, и все путем будет.

– Да тебя уже сын боится! – вспылила она.

– Хватит! – рявкнул он. – Как бабки привозил, так хороший был. И сыну нравилось, и мамане твоей тоже. А как…

– Знаешь что, – сдержанно сказала она, – твои деньги давно кончились. Ты на этот раз и рубля не дал. Да и раньше, как приезжал, купишь кое-что, и все. Я тебя уже который раз прошу – перестань пить.

– Да иди ты! – крикнул он и, войдя в комнату, сильно хлопнул дверью. Женщина, качая головой, пошла на кухню. Там за столом сидел мальчик лет двенадцати. Он испуганно посмотрел на нее.

– Мама, – тихо проговорил мальчик, – можно я с тобой пойду? Он сейчас снова бутылку купит и…

– В воскресенье отвезу тебя к бабушке, – решила мать. – И до осени поживешь там. Поедешь?

– Да. Я боюсь его.

– Пошли к тете Анне, – подумав, сказала мать, – побудешь у нее.

– Куда это ты его уводишь? – зло спросил вошедший верзила. – Пусть дома сидит. А ты давай топай, – кивнул он на дверь.

– Вот что, Паша, если ты Колю…

– Да отвали ты! – прорычал он. – Думаешь, я не знаю, как ты себе работу ухватила? Подвернула этому грузину и пашешь у него в ларьке. А я…

– Ну вот что, – перебила женщина, – предупреждаю, если все будет по-прежнему, я обращусь в милицию.

– Мама, – вскочив, мальчик схватил ее за руку, – пошли к тете Анне. Я у них пока побуду. Я есть хочу, а он ничего не дает. Лежит, телевизор смотрит и пиво пьет. И курит, дым кругом. Я попрошу, а он кричать начинает.

– Ты! – рявкнул Павел. – Щенок! Да я тебя…

– Пошли. – Взяв сына за руку, мать шагнула к двери. – И не вздумай нас останавливать, – предупредила она мужа, – сразу позвоню в милицию. А тронешь Колю хоть пальцем, я тебя сонного зарежу.

– Валите отсюда! – закричал Павел. – А ты, Лидка, запомни: на квартиру рот не разевай! Если на развод подашь, голая останешься и на улице вместе с этим щенком побираться будешь. Поняла?

– Да ведь он сын тебе! – воскликнула женщина. – А ты… – Не договорив, она вместе с Колей вышла из квартиры.

– Иди к своему грузину! – закрыв дверь, прокричал Павел. – Сучка поганая! – Он пнул стол. Открыв холодильник, вытащил бутылку водки.

– Заходите, – пропуская Лиду и Колю, отступила в сторону молодая блондинка. – Я тебе говорила: гони ты его в шею, а ты…

– Можно Коля побудет у тебя до завтра? – виновато проговорила Лида. – Я на работу иду. А оставлять его дома…

– Конечно, пусть здесь будет, – кивнула блондинка. – Но как ты дальше жить собираешься?

– Я люблю Пашку, – вздохнула Лида. – Он же таким не был, он после плена изменился.

– Знаешь, – проводив мальчика в комнату, хозяйка вернулась к Лиде, – Коля его уже папой не называет. «Он» и «он». А ты на себя посмотри, похожа стала неизвестно на кого.

– Тебе, Анька, легко говорить, у тебя муж хороший. А Пашка вон сколько воевал. Сейчас он и войны боится, и не знает, что ему делать. Он изменится, вот только успокоится и…

– Он тебя прибьет когда-нибудь. Наверняка начнет говорить, что ты шлюха и с…

– Я завтра утром зайду, – не дослушав, сказала Лида. – И денег оставлю за…

– Этого еще не хватало! – рассердилась Аня. – Ты лучше себе купи что-нибудь.

– Можно захватить детский сад, – войдя, сказал Муса. – Вот дождемся Ваху с его людьми и что-нибудь такое провернем. Надо разработать план, и как только Ваха появится, проведем операцию.

– Не думаю, что Ваха пойдет на это, – возразил Искандер. – Он хочет пробиться в Ичкерию к Басаеву…

– Надо бить везде, где можно! А вы тут наркотиками торгуете. – Муса усмехнулся.

– Зря ты так, – недовольно проговорил Искандер. – Наркотики вырывают людей из нормальной жизни и делают преступниками. Мы продаем не так уж и много, чуть меньше половины просто раздаем, то есть сажаем на иглу. И уже получили двух шахидок. Кроме того, на деньги от продажи наркоты мы живем, платим за…

– Надо проводить операцию, – перебил Муса. – Приедет Ваха, и я сумею убедить его в необходимости акции. Тем более там детишки вертолетчиков…

– Захват заложников – верная гибель, – вздохнул Искандер. – В последнее время гяуры не…

– Но прежде всего это удар по гяурам! – воскликнул Муса. – И мы погибнем во славу Аллаха.

– Надо уничтожать гяуров, – покачал головой Искандер, – и не дать им убить себя. И так слишком много верных людей погибло. Когда появится Ваха, мы решим, что и как делать. Может, вместе с ним уйдем в Ичкерию. У Вахи есть связанные с Басаевым люди. Но и здесь мы нанесем удар.

– И что? – спросил Алихан вошедшего чеченца.

– Обещали принести. Правда, цена…

– Надо узнать, на кого работает этот Федин, – перебил Алихан. – ПЗРК – это не автомат, они все на особом счету. Не исключено, что этот Федин – агент ФСБ и…

– Я его знал по лагерю, – не дал продолжить ему чеченец. – Исмаил с ним знаком.

– Все равно проверить надо. Ты точно знал раньше этого Федина?

– Точно. Мы с ним в лагере были почти год.

– Ладно, – подумав, кивнул Алихан. – Тогда ты и веди с ним все дела.

Трасса Тамбов – Пенза

– Вроде доехали, – зевнул Анджей. – Тормозни у магазина.

– Так и так придется останавливаться, – недовольно отозвался Юрий.

– Какого хрена ему надо? – увидев махавшего жезлом инспектора ГИБДД, удивился Анджей.

– Я скорость превысил, – вздохнул Юрий. – На десять километров. – Остановив машину, вышел.

– Инспектор Левин, – козырнув, представился гибэдэдэшник. – Превышение скорости в населенном пункте. Так что…

– Слушай, командир, – подошел к ним Анджей. – Десять километров всего. Мы уже сутки едем. Между прочим…

– Сейчас сядешь в машину, и там все решите. – Старший сержант посмотрел на Юрия и кивнул на «шестерку».

– Ты в Чечне был? – спросил Анджей.

– Бог миловал, – отозвался инспектор.

– А твой командир? – Анджей махнул рукой в сторону милицейской машины.

– Был…

– Где?

– Не знаю.

– Я сейчас, – сказал Юрию Анджей и направился к дверям магазина.

Из «шестерки» вышел молодой мужчина.

– И давно за то, что не пристегнут, штрафовать начали? – раздраженно спросил он.